— Но ведь теперь вы... — начала я, и в моем голосе прозвучала надежда, которую боялась облекать в слова.

— Вы боитесь, что я злоупотреблю доверием? — спросил он прямо.

— Наоборот. Я хотела бы чтобы вы занялись этим. Отец был бы рад.

— В таком случае я намерен вовлечь и вас в этот процесс, Александра.

Удивлённо посмотрела на него.

— Вовлечь... меня?

— Вы — наследница. Вы должны понимать, чем будете управлять. Ваш отец построил это. Моя задача — уберечь построенное. А ваша — перенять эстафету. Если не самой, то найти достойного управляющего.

— Я... я не знаю, смогу ли, — честно призналась ему в своей неуверенности.

— Сможете, — он ответил просто, как констатацию факта, — Потому что другого выхода у вас нет. А теперь, — он снова тронул коляску с места, — Давайте займёмся тем, для чего сюда пожаловали. Тканями.

Фредерик завез меня вглубь склада. На нас косились. Рабочие в грубых фартуках, приказчики с учётными книгами, даже матросы, грузившие тюки, — все разглядывали спутницу хозяина с нескрываемым любопытством. Кто-то смотрел украдкой, кто-то — прямо, не скрываясь. Давно я не чувствовала на себе столько внимания, и по спине снова побежали мурашки от смущения. Но стоило моему взгляду упасть на бесконечные ряды тканей, как всё остальное перестало существовать.

В окружении бесконечных стеллажей, заставленных рулонами самых невероятных тканей, я забыла обо всем на свете — о своей коляске, о посторонних взглядах, о тягостных мыслях.

Всегда мечтала побывать на знаменитом приморском рынке, о котором ходили легенды. Говорили, он значительно больше и богаче нашего столичного, и туда свозят ткани со всех уголков света — от нежных индийских шифонов до грубых скандинавских льнов. Боюсь, если бы мне удалось туда попасть, несколько дней меня бы и правда не нашли, затерявшуюся в этих «сокровищах», как в лабиринте.

Я была там лишь раз, три года назад, проездом с отцом, но даже тогда он поразил меня своим размахом. А в газетах недавно писали о его грандиозном расширении. Хотелось воочию увидеть эти изменения.

Нас у входа встретила рослая женщина в безупречно белом рабочем халате, с мерной лентой через плечо и журналом в руке.

— Мистер Демси, добрый день, — её голос, низкий и уверенный, легко перекрывал гул склада, — Не ожидали вас сегодня увидеть. Что-то случилось?

— Здравствуйте, Клара. Всё в порядке, — ответил Фредерик, и в его тоне я уловила лёгкое уважение к этой женщине, — Моя супруга изъявила желание лично выбрать некоторые ткани. Познакомьтесь, это Клара Брунген — начальник всего текстильного направления. А это моя жена, Александра Демси.

Было до сих пор непривычно слышать свою новую фамилию и роль в таком контексте. Но я собралась с духом, не стала отводить взгляд и протянула женщине руку для знакомства. Клара мельком окинула мою коляску, явно пребывая в легком шоке от новостей. Наверняка никто не знал, что хозяин женился, так еще на девушке-калеке. Сегодня сотрудникам будет о чем поговорить.

— Рада знакомству, миссис. Что желаете посмотреть? — голос Клары был низким и приятным, — Что-то конкретное?

Фредерик, прежде чем мне ответить, провел краткую, но ёмкую экскурсию, и его голос зазвучал с новой, незнакомой мне деловой гордостью:

— Всё, что вы видите вокруг — продукция наших собственных мануфактур. Справа — шерсть и камвор с фабрики «Северный ветер». Слева — шелка и бархат с комбината «Золотая нить» в предместьях. А это, — он указал на отдельный стеллаж с застекленными полками, где ткани переливались особенным, глубоким блеском, — Наша гордость. Эксклюзивные коллекции. Ручная работа лучших мастеров.

Услышав про ручную работу, захотелось прямиком направиться именно к ним. Такие материалы действительно в разы превышают по качеству станки.

В этот момент к нему подошел молодой клерк с озабоченным лицом и что-то тихо прошептал на ухо. Фредерик нахмурился.

— Мне нужно отлучиться на полчаса. Клара, пожалуйста, покажите миссис Демси всё, что она пожелает. Александра, вы не против?

— Конечно, нет, — кивнула, спокойно отпуская Фредерика по делам, — Уверена, мы с Кларой прекрасно справимся.

— Для начала я бы хотела выбрать что-то для моей... падчерицы, Виктории. Ей нужна ткань для платья. Синяя. Очень... особенная.

Лицо Клары озарилось понимающей улыбкой.

— Для юной мисс? Позвольте предложить... — она подвезла меня к одному из тех самых застекленных стеллажей и ловко сняла рулон с верхней полки, — Шёлк-сатин с вплетением настоящего перламутра. Краситель получают из раковин средиземноморских моллюсков — отсюда этот уникальный глубокий цвет.

Она развернула ткань, и я замерла. Это было именно то — насыщенный синий, словно вода в глубине океана, с мерцающим, переливающимся эффектом, который менялся при каждом движении.

— Идеально, — прошептала я, касаясь прохладной, переливающейся поверхности. — Она будет в восторге.

Пока Клара отмеряла нужное количество, аккуратно отрезая идеально ровный край, мой взгляд самопроизвольно упал на соседний стеллаж. Там лежал рулон ослепительно белого атласа, а рядом — невесомое кружево с причудливым растительным узором.

— А это? — не удержалась я.

Клара посмотрела в указанном направлении, и её глаза загорелись особым блеском.

— Это для свадебных платьев. Атлас «Лебединая песнь» — плотный, матовый, но с глубинным свечением. И кружево «Снежная вуаль» — плетётся на старинных станках, технология хранится в строжайшем секрете.

Сердце ёкнуло. Я еще не решила буду ли самостоятельно шить себе свадебное платье. Этот брак не был настоящим. Но... что если? Что если сшить его просто для себя? Как символ новой жизни, в котором я буду чувствовать себя сильной, даже сидя в этой коляске.

— Я... я возьму и это, — сказала твёрже, чем планировала. — Столько, сколько нужно для платья. И кружева на отделку.

Клара кивнула без малейшей тени удивления или неуместного любопытства, лишь с профессиональным одобрением и легкой долей энтузиазма.

— Прекрасный выбор, миссис Демси. С этим атласом приятно работать. Он послушный, хорошо держит форму. Из него получится великолепное платье.

Пока мы двигались дальше, я приметила ещё несколько интересных тканей для повседневных платьев — прочный, но приятный на ощупь хлопок с набивным рисунком, лён цвета морской волны, тонкую шерсть для костюмов. Мне нужно было занять руки делом, чтобы не сойти с ума от вынужденного бездействия и тягостных мыслей.

Мне было безумно интересно абсолютно всё. Я засыпала Клару вопросами, перемещаясь с ней по огромному складу, как по волшебной стране.

Я расспрашивала как добиваются стойкости цвета, как достигается фактура: за счёт особого переплетения или специальной обработки? Сколько в среднем уходит времени на создание одного ручного рулона?

Клара отвечала охотно и подробно, видно было, что она горит своим делом и любит его всей душой.

— А аксессуары вы тоже сами производите? — поинтересовалась я, разглядывая коробки с изумительными пуговицами из перламутра и дерева.

— К сожалению, нет, это пока не наше направление, — покачала головой Клара. — Мы закупаем у проверенных поставщиков. Хотя... — она немного замялась, — Я слышала, что вашему мужу как раз предлагали несколько лет назад масштабный проект — открыть собственную сеть ателье и мастерских по пошиву готовой одежды и аксессуаров по всему побережью, использовать наши ткани. Говорили, дело очень перспективное и выгодное. Но что-то пошло не так на стадии обсуждения, и мистер Демси больше не возвращался к этой идее.

Сразу захотелось расспросить Фредерика подробнее об этом. Почему он отказался? Ведь, должно быть, очень выгодное дело, если вместо чужих закупок использовать материалы собственного производства. Или мне, дилетантке, неизвестны какие-то подводные камни и нюансы в таких делах?!

АЛЕКСАНДРА