— Шифу! — я подскочила следом. — И это — всё, что ты собираешься сказать мне о "тени будущего"?

— Сейчас — да.

— Ну уж нет! Надоели эти намёки! — разозлилась я. — Если мне грозит опасность, я хочу быть готовой! Если они придут за мной, я должна знать почему!

— Ты будешь готова, не сомневайся, — тихо проговорил Фа Хи. — А придут они за тобой, потому что только ты можешь их остановить.

На одну короткую секунду я остолбенела, и Фа Хи хватило этой секунды, чтобы исчезнуть в темноте за порогом.

[1] Кереге — решётчатые складные стенки юрты.

[2] Уук — жерди, составляющие купол юрты.

[3] Тооно — круг на вершине купола, скрепляющий жерди.

[4] Кошма — материал, покрывающий все сооружение.

[5] Хушур — пирожки с мясом, обжаренные в бараньем жиру.

[6] Буузы — вареные на пару позы.

— А как проходят свадьбы в Венеции? — любопытно блестя глазами, спросила Сайна. — Ты же была хотя бы на одной, Юй Лу?

— Для чего тебе это знать? — вмешалась в разговор Оюун. — Великий хан никогда не позволит тебе выйти замуж за латинянина, так что и думать забудь!

— Я хочу мужа, как Марко, — надула губки Сайна. — Тургэну же разрешили жениться на Юй Лу!

— Юй Лу — другое. Она выросла с нами и по духу — скорее халху, чем изнеженные варвары-латиняне... Прости, что говорю так о твоём народе, Юй Лу.

— Никаких обид, — с улыбкой отозвалась я.

Обе принцессы пришли в мои покои утром и с тех пор их не покидали... как и десятка два прислужниц, присланных моей почти-свекровью, чтобы приготовить меня к свадебной церемонии, которая состоится на закате. Хедвиг, не выносившая ни шума, ни посторонних, унеслась в неизвестном направлении, но я собиралась позвать её перед церемонией, чтобы отправиться к свадебной юрте, как и полагается будущей жене наследного принца: верхом на подаренном им коне и с хищным кречетом на руке. Купание и доведение моих тела и кожи до совершенства уже позади. Теперь, одетая лишь в тонкую нижнюю сорочку, я терпеливо ждала, пока мои новые сёстры сделают мне причёску замужней женщины. Такова традиция халху, и девчонки отнеслись к ней со всей серьёзностью. Разделили мои непослушные волосы на две большие пряди по прямому пробору и сейчас старательно заплетали их в косы.

— У нас свадьбы проходят очень весело, — я подмигнула обиженно сопевшей Сайне. — Все танцуют, поют, смеются, много и вкусно едят, ещё больше пьют.

— Как и здесь, — улыбнулась Оюун. — Тургэн вчера так упился в компании своих нукеров! Веселился и хохотал, как безумный — ещё его таким не видела.

— Так его уже откачали? — озаботилась я. — Или свадьбы не будет?

Принцессы не поняли шутки и одновременно округлили глаза.

— Конечно, будет! — заверила Оюун.

— Просто брат очень счастлив, — поддакнула Сайна. — Тоже не видела его таким.

Я почувствовала укол совести: пока мой жених полночи веселился, выражая этим радость от нашего скорого союза, я те же полночи ревела по погибшему Вэю...

— Мужчинам хорошо — они могут пить в день свадьбы и с помощью айрага одолеть все тревоги. А мы должны оставаться трезвыми, что бы ни произошло, — вздохнула Оюун, но тут же, будто о чём-то вспомнив, просияла. — Хотя средство расслабиться есть и для нас! — и, подозвав одну из девушек, что-то зашептала ей на ухо.

— Если послала её за стриптизёром... — проворчала я.

— А что это? — заинтересовалась Сайна.

Но я только махнула рукой. Принцессы уже заплели мне волосы и начали спорить из-за украшний, когда выполнявшая поручение девушка вернулась с небольшим подносиком и поставила его перед нами. На подносе — маленький светильник, коробочка с травами, тонкая металлическая ложечка и предмет, похожий на дудку, украшенный резьбой и позолотой — не сразу узнала в нём курительную трубку.

— Ты что, собираешься... — начала я, но Оюун уже ловко засыпала ложечкой травяной порошок, подожгла его и затянулась. В воздухе тотчас запахло можжевельником и чем-то ещё.

— Что за зелье? — нахмурилась я.

— Это для тебя, — она протянула мне раскуренную трубку. — Ты очень напряжена, это поможет легче перенести церемонию и произнесение брачной клятвы.

— Нет, спасибо, — тряхнула я головой. — Как-нибудь обойдусь без этой гадости.

Оюун пожала плечами, с удовольствием затянулась снова и горько усмехнулась:

— А я точно запасусь чудо-порошком для моей свадьбы!

Тургэн рассказал отцу, что произошло в крепости Идууд и на обратном пути в Астай. Каган, подавленный предательством младшего брата, приказал до свадьбы об этом не распространяться и ничего не предпринимать, только послать лазутчиков к ставке хана Северной Орды. Оюун, у которой никогда не было близких отношений ни с отцом, ни с братом, не заподозрили в соучастии, но, видимо, всё же решив убрать дочь изменника подальше от столицы, каган просватал её за нового хана Восточной Орды Сачуура. Принцесса выслушала решение своей участи без эмоций, и теперь впервые показала своё истинное к нему отношение.

— Сачуур — благородный, — я утешающе погладила её по плечу. — И смелый воин. Уверена, он окажется хорошим мужем.

— Спасибо, Юй Лу, — через силу улыбнулась она. — А я надеюсь, что буду ему хорошей второй женой.

— Вторая жена ведь может стать и первой по значению, — прищурилась я.

Оюун рассеянно кивнула и снова затянулась, а Сайна, отложив выбранные для моей причёски украшения, замахала ручками:

— Дай и мне!

— Тебе не рано? — округлила я глаза.

Но девочка только снисходительно хмыкнула и тоже затянулась, будто делала это всю жизнь. После нескольких затяжек работа над моим свадебным имиджем пошла быстрее... и веселее. Принцессы то и дело хихикали, украшая мои волосы золотыми зажимами, нитками жемчуга и кораллов, а я никак не могла дождаться, когда вся эта кутерьма вокруг меня наконец прекратиться. После Сайны и Оюун за меня взялись прислужницы — слой за слоем укутали в шёлк с красивейшей вышивкой, на пальцы нанизали кольца, в уши вдели серьги — около недели назад специально прокололи мне мочки, так как замужние женщины халху всегда обязаны носить ушные украшения...

— Ты такая красивая... — выдохнула слегка осоловевшая Оюун. — Моему кузену очень повезло!

— Тургэн — тоже красивый, — заявила Сайна и вздохнула. — Конечно, не такой красивый, каким был Марко...

— Марко не было, глупышка, — захихикала Оюун и тут же оборвала смех.

Дверь в мои покои открылась, и в комнату вошла принцесса Янлин. Разодетая, окружённая прислужницами, китайская гостья держалась с поистине царской помпой. До сих пор она старательно избегала меня — интересно, для чего явилась теперь? Одевавшие меня девушки поклонились, Сайна и Оюун настороженно уставились на вновь прибывшую, а я дружески махнула ей рукой:

— Принцесса Янлин! Мы как раз говорили о свадебных обычаях разных народов — расскажешь, как проходят свадьбы в Шихонге!

Кажется, моя приветливость удивила всех, включая Янлин. Но она быстро овладела собой и, поклонившись, жеманно выдала по-китайски:

— В другой раз. Сейчас не смею отвлекать тебя. Первая свадьба наследного принца — судьбоносное событие для всей империи. Напряжение велико, а для не закалённых аристократическим воспитанием плеч — непосильно... Юй Лу, верно?

— Нет, мастер Поло, — расплылась я в улыбке. — Что до напряжения, то о его силе могут судить лишь те, кому приходилось быть активным участником свадеб наследных принцев. А наблюдатели со стороны знают о подобных свадьбах не больше, чем никогда не рожавшие — о родах.

Сайна захихикала в ладошку, более сдержанная Оюун сделала вид, что закашлялась, а лицо принцессы на мгновение утратило "пушистость", как тогда на дне рождения Тургэна.

— Я пришла лишь поздравить тебя, как принцесса принцессу, — с лёгкой снисходительностью проговорила она. — Но ответ на поздравление не достоин принцессы.