— Эта тварь не была человеком! — зло процедил Тургэн. — Скорее демон-чотгор, слуга Эрлика!

— То был человек, — тихо возразил Сачуур, — Я слышал истории о таких, как он.

— Какие истории? — хотела спросить я, но земля почему-то начала подниматься к моей голове, а небо — давить своей синевой.

Я слабо охнула, пытаясь удержаться на ногах, и, прошелестев:

— Сейчас упаду в обморок... — ухнула во тьму.

[1] Оби-Ван Кеноби — персонаж вселенной Звёздных войн, любивший повторять "Да пребудет с тобою сила!"

Горячее дуновение скользило по щеке снова и снова. Меня слегка потряхивало, будто земля подо мной содрогалась. Попыталась отстраниться от дуновения, но что-то тут же вцепилось в моё плечо, а над ухом послышался шёпот Тургэна:

— Куда собрался? Больше не отпущу ни на шаг!

Я с трудом сфокусировала взгляд на его склонившемся ко мне лице. Я — перед ним в его седле на его коне: вот откуда эта тряска, а горячее дуновение — дыхание принца. Впереди — Зочи-хан и Сачуур, за нами — воины их свиты.

— А где мой Синко? — голос, словно у умирающей... как же болит и кружится голова...

— Там, — Тургэн неопределённо качнул подбородком куда-то назад. — Не волнуйся, о нём позаботятся. И не шевелись, мы почти на месте.

— Хорошо... — я стиснула зубы, опасаясь, что меня стошнит.

Тургэн встревоженно заглянул мне в лицо.

— Остановиться?

Но я только мотнула головой и, закрыв глаза, ткнулась лбом в его грудь. Мне показалось, ладонь принца бережно скользнула по моим волосам, и тут же раздался его голос:

— Зочи-гуай, Сачуур! Я поскачу вперёд, увидимся в крепости!

Я чувствовала, как Тургэн дёрнул ногами, подгоняя коня, и зажмурилась крепче. Только бы не стошнило... Но постепенно дурнота проходила. Поступь у коня принца ничуть не хуже, чем у Синко — убаюканная ею, я начала задрёмывать. Но вот движение прекратилось, меня легко тронули за плечо, я услышала ласковое "Просыпайся, соня" и, улыбнувшись, прошептала:

— Сейчас, Вэй... — открыла глаза... и "наткнулась" на пронизывающий взгляд Тургэна.

— Кто? — не понял он.

— Где? — глупо переспросила я и застонала. — Голова сейчас расколется...

Это было правдой, к тому же и тошнота возвращалась — я с трудом сползла с коня вслед за спешившимся Тургэном. Бросив поводья подбежавшему конюху, принц подхватил меня в охапку, но я отстранилась.

— Могу идти сам!

Убрав руки, Тургэн усмехнулся. Покачиваясь, я сделала шаг, другой... ворота крепости дробились перед моими глазами на сотни кусочков, и каждый вращался вокруг своей оси.

— Ну что, упрямец? — уже не обращая внимания на мои вялые попытки отстраниться, Тургэн подхватил меня поперёк туловища.

— Вообще... почему меня несёшь ты, а не... Сачуур? — слабым голосом съязвила я.

— Думаешь, я бы позволил кому-то ещё прикасаться к моей тени? — фыркнул принц. — Ты — мой, и чуть не погиб, защищая меня. Так что мне тебя и нести!

— Какая... честь...

— Если хватает сил дразнить, может, и скажешь, почему назвал меня "Вэй"?

Я споткнулась от неожиданности, и принц протащил меня несколько шагов. Явно собирался подхватить на руки полностью, но я толкнула его локтем.

— Совсем спятил?

Тут навстречу нам выбежали несколько слуг. Тургэн приказал им тотчас привести в мою комнату Дахая, и я застонала:

— Только не этого грифа... Он терпеть меня не может...

— Ничего, привыкнет. Главное, чтобы меня пускал, — принц наклонился к моему уху и ехидно прошептал:

— Постараешься совладать со своим сердцем, чтобы оно не выпрыгивало при виде меня, как у Шоны — при виде тебя?

— Нет ничего проще, — хмыкнула я.

— Не победи ты только что в поединке, победить в котором было невозможно, и не проведи я последние день и ночь в уверенности, что лишусь моей тени... — начал принц, но конец фразы я уже не расслышала.

Ноги подогнулись внезапно и так же внезапно окружавшую меня мозаику лиц и стен сменила тьма...

— Марко! Марко! — голос Тургэна доносился словно издалека. — Слышишь меня? Посмотри на меня, Марко!

Я открыла глаза... Когда же прекратится это головокружение? Моя комната, я лежу распластавшись на ложе, рядом — Тургэн.

— Чего ты вопишь? — я поморщилась. — Слышно и по ту сторону небытия...

Тургэн облегчённо улыбнулся.

— Это хорошо. Уверен, ты выживешь, мой бесстрашный Марко. Но каждый раз, когда закрываешь глаза и не отвечаешь на мой зов... — он запнулся. — Дахай сейчас придёт. Может... продержишься до того времени здесь, со мной?

— Вообще, хотел бы переодеться... снять с себя это всё...

Тургэн уже освободил меня от наплечников, но я была не против избавиться и от остального.

— Хорошо, я помогу, — с готовностью отозвался принц.

— Лучше бы пока вышел.

— Зачем? — на лице Тургэна — искренее недоумение. — Думаешь, у тебя есть что-то, чего я ещё не видел... у себя или у других парней? Или на твоём теле и правда шрамы?

— Да, шрамы... — устало согласилась я. — Нет сил с тобой спорить... Просто выйди, ладно?

Тургэн сузил глаза, потом пожал плечами и направился к выходу, но от двери обернулся.

— Ты странный, Марко. И я слишком тебе потакаю — во многом.

— Пусть никто не заходит, пока не крикну, что можно! — проигнорировала я его "замечание".

Он усмехнулся и исчез за дверью. А я с трудом сползла с ложа... Только бы успеть переодеться, пока не появился лекарь-гриф! Чтобы скрыть некоторые выпуклости, под одеждой я носила что-то вроде корсета из плотного материала, называемого здесь "хатангу дегель" — "крепкий халат". Из похожего материала шили военную одежду. Теперь, путась в застёжках и завязках, сорвала с себя доспехи, оставив только "хатангу дегель", закуталась в лёгкий дээл и рухнула на ложе за мгновение до того, как дверь начала открываться. От напряжения тошнота накатывала волнами, и перед глазами всё плыло. У меня даже не было сил возмутиться, что моему указанию не последовали. Просто, увидев ворвавшегося в комнату лекаря, бессильно закрыла глаза.

Следующие дни и ночи слились для меня в одно расплывчатое пятно. Дахай отпаивал меня какими-то отварами, и я почти всё время спала. Но сны были неспокойными — в них пробрался поверженный мною монстр с глазами ящерицы. Неизменно видела его перед собой. Он шёл ко мне, расставив когтистые лапы, с довольной ухмылкой на звероподобном лице. И всякий раз я отступала, повинуясь тихому голосу Фа Хи: "Скрой свой дух, ещё не время." А, отступая, оказывалась в монастыре в ночь, когда похожие на этого монстры рыскали вокруг, пытаясь меня обнаружить. Иногда, прорываясь сквозь марево видений, ко мне склонялись лица лекаря, Шоны, но чаще всего — обеспокоенное лицо Тургэна. Его губы шевелились, но я не могла разобрать ни слова и просто закрывала глаза, снова погружаясь во мрак, где терпеливо ожидали мои "демоны". И, самое досадное, вновь и вновь переживая ту ночь в монастыре, я отчаянно пыталась найти Вэя среди замерших в медитативных позах адептов. Но все фигуры в белых одеждах были безликими... Если бы только эта ночь, наконец, закончилась! Если бы только наступил рассвет... И однажды он действительно наступил.

Яркие солнечные лучи залили сиянием монастырские ворота, и зашипевшие, словно вода на раскалённом камне, монстры исчезли, а неподвижные ряды адептов обратились в туман на моих глазах... Глубоко вздохнув, я разомкнула веки... и вздрогнула, увидев скрючившегося рядом Тургэна. Сидя на полу, мой царственный приятель сложил на край ложа локти, а на них — буйную голову, и тихо посапывал. Я приподнялась на подушках, повертела головой вправо-влево... Не болит! И — ни головокружения, ни тошноты, только небольшая слабость. Радостно выдохнув, легко тронула за локоть Тургэна.