С вулканом же связано и появление зеленого тумана. Инфокристалл об этом ничего не знал, но я предположила, что пятнадцать лет назад что-то опять потревожило покой озера и на дне в его северной части образовалась маленькая трещина, через которую начал поступать токсичный газ.

В пользу того, что трещина именно маленькая, говорил тот факт, что лишь одна часть озера была заражена фосфином. И это играло мне на руку. Есть шанс, что я не только смогу умилостивить духов и снять «проклятие», но и предотвратить его появление в будущем. Правда, для этого придется где-то раздобыть много-много-много песка. Но об этом я подумаю чуть позже. И если все получится, то княжество Ламберт обретет таки свою солеварню.

В замок я вернулась уже поздним вечером и всерьез думала, что получу выговор от Мойны, мол, негоже княгине весь день где-то шляться, забросив дом. Однако быстро стало ясно, что я ошиблась. Все оказалось с точностью до наоборот, и за ужином моя свекровь дала это понять не только мне, но и всем остальным Ламбертам.

— Я смотрю, наша леди-княгиня — вольная птичка. Муж за порог — и она тоже полетела, — саркастично заметила Шона, не отрываясь от своей миски с кашей, когда большинство Ламбертов расселось за общим столом.

Из всех женщин семьи, проживавших в крепости, только Мойна и ее незамужняя пожилая золовка вели себя с достаточной свободой и раскованностью. Ну, разве еще маленькая Рэйс, моя пятилетняя племяшка, проявляла характер. Все остальные изображали молчаливое приложение к своим мужьям, а за неимением супругов — просто тихих скромниц.

До сего дня мои новоиспеченные родственники лишь присматривались ко мне издалека, а сейчас, похоже, начали осторожную проверку. Или не очень осторожную, судя по недвусмысленному высказыванию Шоны. Впрочем, настоящей агрессии за ее словами я не ощутила. Просто она, как и все остальные в замке, хотела знать, что это за чудо-юдо такое вошло в их семью, и теперь тыкала в меня виртуальной палочкой, чтобы посмотреть, как я отреагирую, и вынести свой вердикт.

Что ж, я подозревала, что такое может случиться, и уже давно для себя решила, что тушеваться в подобных ситуациях не стану. Даже если первая инстинктивная реакция «накрыться ветошью и не отсвечивать», надо все же как-то себя преодолевать. Мне с этими людьми жить, в конце концов. И лучше жить, не сгибаясь вечно под давлением чужой воли.

Да, это не привычный мне мир, и я вынужденно принимаю местные правила игры. Однако правила можно постепенно менять, чем я и собираюсь заняться в будущем. Главное, не допускать глупых ссор и действовать спокойно, медленно, шаг за шагом.

— А как же не полететь, тетушка Шона? — изобразила я на лице искреннее удивление. — Лорд-князь меня в жены брал не для того, чтобы я тут зад отсиживала, цветочки вышиваючи у окошка. Вон дел и забот в деревнях сколько. Да и землю мне осмотреть надо.

Отвечала я намеренно в грубоватой форме, такая манера общения была этим людям ближе и понятнее, чем всякие великосветские расшаркивания.

— Смотри-ка, только наша леди кровью камни пометила, так прям сразу трудиться и понеслась, — покачала головой Шона. — Как бы не начала порядки тут свои наводить раньше времени.

Интересно, что она не обращалась ко мне напрямую, адресуя сентенции куда-то в воздух. Мол, я что, я ничего, так, мысли вслух высказываю, обидеть никого не хочу. Но этот приемчик нам знаком, играли в такое и не раз.

— Вот уж действительно, — откликнулась я не без сочувствия в голосе. — Явилась, понимаешь ли, бывшая юродивая, в княжестве без году неделя, да еще и муж надолго уехал. А ну вдруг станется с нее метлой махать да всех неугодных выметать?

И я улыбнулась, с добродушным прищуром, чтобы Шона не воспринимала мои слова, как скрытую угрозу. Как поддевку, да. Но ни в коем случае не враждебность.

Мне даже было любопытно, что на это ответит женщина, но тут в разговор вмешалась моя свекровь.

— Уймись, золовка, — беззлобно махнула она рукой Шоне. — Разве мой сын последний глупец, по-твоему? И не разумел, кого себе брать? Нет, наша леди свое дело знает, вот увидишь еще. Да и все увидят.

Мойна кинула мне ободряющий взгляд. И у меня аж сердце защемило от радости и благодарности. Она же мне поверила! И затеи мои рыбно-соляные не отвергла с ходу. И перед родственниками вон теперь защищает. Такой карт-бланш мне выдала, на который я и надеяться не смела.

— Да уж посмотрим, посмотрим, — проворчала Шона. — Раз ты так за нее ручаешься, может, и есть в том толк, подождем, поглядим.

Она скептически фыркнула, но больше ко мне лезть не стала, только продолжила изучающе зыркать издалека.

А вот вдовствующая княгиня, напротив, довольно громко, чтобы все слышали, произнесла:

— Леди-княгиня, я брату своему письмо отправила, так что со дня на день ждем либо посланца от него, либо его самого.

— Благодарю, — отозвалась я, тоже немного повысив голос. Пусть народ потихоньку осознает, что мы с Мойной уже душевно спелись и выступаем на одной стороне. — Надеюсь, мы сможем заключить с ним обоюдовыгодную сделку.

— Не сомневаюсь, — кивнула та.

Остаток ужина прошел мирно, хотя Ламберты и пытались выудить то у Мойны, то у меня подробности нового бизнеса с кланом Стетхэмов.

— Нечего еще рассказывать. Вот приедет брат, поговорим и посмотрим, выходит у нас что-то или нет, — в конце концов отрезала свекровь, после чего расспросы утихли.

Письмо — это было хорошо, но теперь, в связи с соленым озером, мне требовалось кое-что еще. Провожая после ужина вдовствующую княгиню в ее покои, я поинтересовалась:

— Мойна, помните, вы говорили про клан Бейлов, у которого можно разжиться камнем? А у нас в княжестве разве нет каменоломен? Неужто известняк, из которого построена наша крепость, тащили аж с восточного полуострова?

Свекровь подошла к двери своей комнаты и остановилась, в задумчивости постукивая посохом по полу.

— Хм… замок возведен давно. Когда я вошла в него невестой Грэя, он уже служил Ламбертам не меньше семи десятков лет. Мой муж любил повторять, что эти стены заложены его прапрадедом и простоят еще многие века, но, по чести, я никогда не интересовалась подробностями строительства… Для небольших построек мы берем камень в долине, там, где разливается река. Не могу назвать это полноценной каменоломней, однако другой в наших краях нет.

— А есть ли при ней печи для обжига известняка? И… песок. Мне еще нужно много песка. Он ведь наверняка имеется в русле реки, так?

Мойна в очередной раз уставилась на меня с удивлением во взоре.

— Кое-что там устроено. Нам иногда бывает нужна известь — для земли, для побелки, для выделки шкур. И песок берут там же, неподалеку. Но зачем тебе все это, Ноэль?

Как бы так ответить, чтобы не испортить грядущее шоу по спасению озера?..

— Боги сказали мне, что снимут проклятие с Лох-Саланн, если я вместе с друидами принесу им особую жертву. Для этого мне понадобится освященный белый камень. Позже вы все увидите сами, — сказала я осторожно.

— Ну, что ж… раз это повеление богов…

— Да. И я не могу идти против их воли. Спасибо вам. Завтра я поеду смотреть каменоломню. И надеюсь, на днях мы получим весточку от вашего брата.

Мойна кивнула и, не став больше ни о чем расспрашивать, открыла дверь и вошла к себе.

Мне не хотелось оставлять вдовствующую княгиню в такой растерянности, но для всеобщего блага лучше было не раскрывать деталей грядущего действа. Никому. Ни жрецам, ни даже Мойне. Со временем, может быть. Когда все жители княжества ко мне привыкнут. А сейчас пытаться объяснить им что-либо с точки зрения науки — это дохлый номер. Я скорее получу ярлык ведьмы и Проклятия богов, чем кто-либо вообще поймет, о чем я им толкую. Пусть уж пока смотрят на чудеса, а там видно будет.

Прикинув план на завтрашний день, я тоже отправилась спать.

Утром в поисках обещанного серебра для брата Финиса я внезапно вспомнила о свадебном подарке матери. Достав из сундука шкатулку, о которой за всеми хлопотами чуть не позабыла, я вынула из нее большой, почти на полруки, серебряный браслет. Вот и отлично, даже ничего другого искать не нужно. Надеюсь, жрец сможет аккуратно вставить кристаллы прямо в это украшение, и я наконец перестану волноваться, что случайно оброню или потеряю камни.