— Бабушка сказала, Грегсоны идут, поэтому нам надо спрятаться в замке.

— Может, еще и не придут. Посмотрим. Но ты не бойся, все будет хорошо.

— А я и не боюсь! — с неожиданной злостью воскликнул мальчишка. — Пусть приходят, я сам их всех убью! Отомщу за маму и папу!

Я только и смогла, что молча кивнуть. Бедный ребенок…

Лейла и жена Дэнниса Мэй остались присмотреть за людьми, а тетушка Шона отправилась еще раз проверить кладовые. Спустив Эвана с рук, я пошла вслед за ней — тоже посмотрю на всякий случай.

Наш склад не то что прям ломился от еды, но все-таки вид заполненных полок, мешков с зерном и сложенных горками овощей придавал оптимизма. Конец сентября — замечательное время, время праздников и отдыха, время, когда урожай уже собран, овцы пострижены, запасы на зиму сделаны, но еще не пришел серьезный осенний холод. Время, когда крестьяне могут немного повеселиться. Ведь жизнь у большинства из них трудная. Не беспросветная, конечно, однако все равно не так уж много дней, когда можно хоть чуточку расслабиться.

И теперь даже эти дни испорчены…

Пока я разглядывала полки, меня вдруг посетило сомнение, что наших запасов хватит. Если Грегсоны успеют подпалить Карннан, то придется помогать с едой тем, кто останется без крова.

Но ладно, справимся как-нибудь. В конце концов, всегда можно прикупить что-то у Стетхэмов да и в других кланах.

— Леди-княгиня, — произнесла Шона, трогая меня за плечо, — какая-то вы бледная слишком. Идите-ка отдохните немного, я сама тут управлюсь.

— Бледная?

— Да уж поверьте.

Я прислушалась к собственным ощущениям. Честно говоря, я и впрямь чувствовала себя не очень. Может, и впрямь чуть-чуть полежать?

— Идите, идите, — подтолкнула меня тетушка.

По дороге к покоям я все же завернула на кухню, проследила, чтобы был готов ужин для основных обитателей замка и котлы с наваристой кашей — для наших воинов и дунморцев. А затем заглянула в зал, где Эдмунд совещался со старшими Ламбертами и своими лэрдами.

У мужчин все было нормально. Если, конечно, это слово можно применить в нашей ситуации. Но план обороны был заранее продуман нами до мелочей, так что хотя бы за это я не волновалась.

Интересно, успеем ли мы поужинать, прежде чем Грегсоны придут по нашу душу?

Полежав немного в своей комнате, я вновь спустилась в зал.

Ужин все-таки состоялся. Хоть и очень нервный. Мужчины быстро покидали в себя еду и вновь ринулись к своим воинам. Мы же с женщинами немного задержались.

Аппетита — видимо, из-за непрекращающегося беспокойства — не было совсем. Я придвинула к себе миску с ячменной похлебкой и заставила себя проглотить несколько ложек. Внезапно сдавило виски, и меня замутило так резко и сильно, что похлебка чуть не пошла назад. Я поспешно сглотнула, залпом выпила чашку воды и закашлялась. Все посмотрели на меня и тут же уткнулись взглядом в свои тарелки. Я откинулась на спинку стула и глубоко вздохнула. Дыхательная гимнастика хорошо помогает от нервов, и я постаралась продышаться. Вроде отпустило.

Неожиданно для всех наша ребятня, Малькольм и Рэйс, спросили разрешения у матери сходить в подвал и проведать дунморских детей. Мэй, бросив быстрый взгляд на меня и Мойну и удостоверившись, что мы не против, отпустила их.

Я всецело одобряла просьбу детей. В конце концов, нельзя растить юных Ламбертов в отрыве от их сверстников из более бедных семей. Пусть они сызмальства привыкают к тому, что «аристократ» — это не столько про комфорт и богатство, сколько про ответственность и заботу.

Когда я опять спустилась в подвал, чтобы проверить, всех ли накормили и напоили, то увидела, что Малькольм с Рэйс на самом деле сидят здесь и, как могут, развлекают дунморских ребятишек. Рэйс разложила свои вырезанные из дерева и сшитые из кусочков материи куклы перед деревенскими девчонками, которые распахнув глаза от удивления, несмело притрагивались к игрушкам. А Малькольм о чем-то разговаривал с Эваном, да еще так серьезно…

Я подошла к мальчишкам чуть ближе.

—А что? Я тоже хочу драться! — настаивал Эван. — Я же мужчина. Мы с тобой можем всем помочь. Пойдем!

— Нас к воинам не пустят, — вздохнул Малькольм. — Но когда все закончится, я могу научить тебя драться на мечах. Ну, то есть меня отец сейчас учит, а я тебя буду. Хочешь?

— Да! Еще как!

Я присела рядом с ними.

— Парни, давайте договоримся. Сегодня вам поручена важная миссия — охранять женщин. Малькольм, ты приглядывай за мамой и сестрой. А ты, Эван, остаешься за главного здесь. Но когда подрастешь, лорд-князь обязательно возьмет тебя в свою дружину.

Эван глянул на меня исподлобья, его светлые бровки были упрямо нахмурены, а закушенная губа подрагивала, видимо, от несогласия. Он-то собирался прямо сейчас бежать на стены замка на помощь страже.

— Обещаю, — мягко улыбнулась я, и только тогда он выдохнул и прижался к моему боку.

Во время нашего разговора и дети, и взрослые притихли, а я заметила быстрый заинтересованный взгляд, который Милли бросила на Малькольма. Удивительно, что бы ни происходило: битвы, опасности, испытания — девчонки все равно будут строить мальчишкам глазки, а мальчишки будут старательно их не замечать.

…К ночи большая часть наших женщин собралась в главном зале. Они потушили почти все свечи, оставив лишь пару штук, и теперь сидели в полумраке. Да и вообще в замке не горели ни свечи, ни факелы — на тот случай, чтобы дозорные врага, если они есть, могли доложить, что Ламберты уснули.

Посидев с ними немного, я отправилась на поиски Эдмунда. Хотела узнать, как он там, и что вообще происходит прямо сейчас.

Это оказалось не самой легкой задачей. По замку и двору передвигалось множество вооруженных людей, а муж вот вроде только что был тут, но стоило мне пойти туда, куда мне указали, его там уже и след простывал. Однако, когда я уже почти отчаялась, он вдруг нашел меня сам.

— Ноэль!

Эдмунд крепко прижал меня к себе, а я ткнулась носом в его шею и вдохнула запах, за последние полгода ставший таким родным и знакомым.

— Все готово? — спросила я, поднимая глаза.

— Да. Мы начеку. Меня волнует только одно: отряд Габриэля до сих пор не вернулся.

— Времени прошло еще не так много, — постаралась успокоить его я. — Сам посуди, пока они доскачут, пока схватятся с врагом, потом еще нужно будет успокоить карннанцев, помочь им…

— Ну, может быть.

— Я знаю, ты волнуешься за брата. И за Карннан. Я тоже.

Муж притиснул меня к себе еще крепче.

— Береги себя, — тихо сказал он. — И обещай, что в случае опасности, уйдешь вместе с женщинами и детьми по подземному ходу.

— Мы это уже обсуждали. Не беспокойся ни о чем. Главное, сам будь осторожен. Пожалуйста, прошу…

Я на секунду замерла, а потом вдруг порывисто обняла его за шею и приникла к губам.

Он тут же ответил мне. И на несколько мгновений мы отключились от всего окружающего.

Затем он нашел мою руку и сжал ее в своей.

— Знаешь, мне кажется, в этот раз Росс Грегсон напал на нас не просто так, — произнес лорд-князь задумчиво. — То есть он сделал бы это в любом случае: его страсть к стычкам, истреблению соседей и захвату их земель известна всему Нагорью. Но сейчас он воистину превзошел сам себя. Убийство друидов — это уже не обычное преступление, а нечто за гранью. Сами боги и духи могут покарать его за подобное святотатство. И все же он не побоялся.

— Но что же ему нужно?

— Возможно… ты.

— Я? — Мое удивление было столь сильным, что я даже немного отстранилась от Эдмунда, чтобы взглянуть на него — не шутит ли.

— Росс жаден до чужого добра. А все в округе знают, что я женился на Даре богов. Есть вероятность, что на сей раз он хочет заполучить не только наши земли, но и наше благословение, — пояснил муж.

— Но… — Я покачала головой в раздумьях. — Не знаю, так ли это. Однако, даже если так и если ему каким-то образом удастся меня захватить, то все равно… как он может рассчитывать на то, что я соглашусь сделать для него хоть что-нибудь? Для него! Для Росса Грегсона! Убившего моих людей! Да я скорее умру…