Она сразу же сходила в душ, а после просто накинула на плечи короткий черный халат. Он удобно валялся под рукой в этой собачьей будке, именуемой ванной комнатой. Сколько там, интересно, квадратных метров? Пятнадцать на десять? Отвратительное решение. Совсем негде развернуться.

Джой могла бы попросить Джулс найти ей что-нибудь более достойное, но зачем? Она без пробок доезжала на работу, а по вечерам всегда был повод понудеть. Так что все оставалось как есть. Через одно место. Жить где попало, есть что попало, и при этом возглавлять «БМВ». Интересно, да? Единственное, чего она не могла себе позволить «что попало» — это «ездить на чем попало», но у Джой бы так и не получилось, даже будь она в последней стадии депрессии. Лучше бы сразу умерла. Сделала бы это как-то гротескно.

Она включила пару торшеров. За несколькими окнами в зале был виден закат, и это значило, что скоро Лос-Анджелес перейдет на искусственное освещение. Джой с этим не тянула. Да?

Хоть с чем-то эта женщина не тянет — так объявила бы Роуз.

Она ушла сегодня в полдень и так и не звонила. Пожалуй, то, что Джой засветло заявилась домой, было как-то с ней связано. Или, точнее, с тем, что она сказала.

Джой почему-то очень гадко было это услышать — она что, разве вещь, или, может, машина, чтобы ее подгонять к мнимой норме? Два года (скоро два с половиной) без Леты, без помолвочного кольца на безымянном — и для Роуз это казалось, видимо, целым событием, раз она на полном серьезе предложила ей переспать с собственной подчинённой.

Джой взяла бутылку «Дэлмора» и шот из «Греддиса», стоящий у нее на столе со времён переезда в эту будку, и поставила их на стеклянный журнальный столик рядом с диваном. Бутылка звонко столкнулась с поверхностью стола. Джой нравился этот звук. Умиротворяющий; и вовсе не гротескный.

Она откинула голову назад, на кожаную спинку, уже заранее зная, что прилипнет к этому дивану, как обёртка от ириски — к ириске. И не только в переносном смысле. Забавно, да? Может, это место было не таким уж плохим на самом деле, иначе что бы она делала здесь целых два года? Вот в доме действительно было плохо, хоть и просторно, и стильно, и так привычно… А здесь с точностью наоборот, но неплохо. Роуз сказала, что ее лофт чем-то напоминает покинутые руины, и ещё — что здесь свободно, пусть Джой и считала совсем иначе. Кухня, гостиная и спальня в одном. Благо, что туалет и душ в этот набор не входили и были не «в одном», а «в другом»…

Что она о себе возомнила вообще, эта Роуз?

Джой раздражённо выдохнула, подняла голову и залила в себя вторую стопку за вечер. Многовато. Из головы впервые за столько вечеров в одиночестве удалось вычленить хоть какие-нибудь мысли об окружающем мире, и Джой этому немного радовалась. Первое время после того зрелища в гримёрке — мертвое тело собственной невесты, не каждая такое увидит, правда ведь? — ей будто бы вышибло все мозги. Нет-нет, сначала потоки всех существующих на свете чувств, слёз, открытий и слов обрушились на нее разом, а потом Джой, не в силах их упорядочить, просто закрылась от всего. Отодвинула подальше.

На ее территории — там, где не властвовала бы боль, эта бешеная собака, — у Джой остались только ее работа и горсти таблеток, чтобы не было желания заглянуть за черту. И у нее действительно его не было. Это как будто другая жизнь.

Но что, если Джой все же заглянет за эту черту? Будет гротескно?

Она обвела глазами высокий потолок, с которого свисали черные лампы. Возможно.

Ладно, Роуз, твоя взяла.

Джой потянулась к телефону и набрала номер… Нет, конечно же, не Мэгги, черт возьми! Сексуальные отношения на работе — это неуместно и непрофессионально, и Джой не настолько чокнулась, чтобы нарушать свои корпоративные принципы. И Мэгги не в ее вкусе.

После шести лет отношений с одной девушкой и почти двух с половиной — в одиночестве, Джой в принципе не имела понятия, кто ее вкусам соответствует. Она не испытывала влечения уже давно. И, вероятно, сегодня тоже ничего не выйдет.

Но черт, Роуз; пусть сегодня у Джой не получится, и ее детское желание стукнуть Роуз по лбу и оказаться правой наконец-то сбудется. Хоть где-то, но этот удовлетворительный конец все же наступит.

— Кевин? Привет, — буднично поздоровалась с ним Джой. В трубке послышалось лёгкое постукивание будто бы пластика, и она узнала этот родной звук даже через телефон. Он искал свои очки.

— Мисс Джет? — удивлённо уточнил он. Ну да, Джой не звонила ему вне офиса уже года четыре, потому что сама все время просиживала в офисе и никакой необходимости в этом не было; он наверняка уже и забыл, что, помимо обязанностей личного секретаря, выполняет ещё и поручения как личный ассистент, как рабочие, так и нет. Ещё один трудоголик. Интересно, а у него кто-то есть?

— Я вспомнила, что личный ассистент это очень удобно, — сказала Джой.

— Определённо да, — он явно кивнул.

— Найди мне проститутку.

На другом конце незримого провода раздался кашель. Видимо, Кевин что-то жевал, или пил, и теперь поперхнулся. Что ж, логично… Такую просьбу Джой выдвинула впервые не то что за годы работы Кевина на нее, а впервые за всю свою жизнь.

— Кого найти?

— Ты услышал, — спокойно ответила она.

— Нет, погодите, я просто уточняю. Так-с, с-смотрите… Я должен найти вам… Горничную?

Джой уронила смешок.

— Нет, обойдёмся без ролевых игр. Проститутку, Кевин. Найди мне проститутку. Или как там они законно называются? Не старше тридцати, с гарантией здоровья и намеком на ум, не худую и не толстую, и не блондинку. Не крашенную и не вульгарную. Только найди ее, пожалуйста, не в подворотне и не в три ночи, а побыстрее и в каком-нибудь нормальном месте.

— Э-э-э, хорошо, я записал… Понятно. Постараюсь найти как можно скорее. А, мисс Джет. Что насчёт уточнений, размер… Груди там? Что-то такое?

— Кевин, какое главное правило моих уточнений?