Мир редко был справедлив, и смертность в первые недели жизни не была чем-то таким удивительным, но смириться с этим всё равно было тяжело.

«Sov barn, jeg vil vokte søvnen din! Sov barn, du er under min beskyttelse!» * – Кайя пропела старую колыбельную, значение слов которой и сама не знала. Закрыв глаза, она продолжала покачивать младенца на руках. Когда ребёнок всё же уснул, Хранительница воззвала к магии, чтобы вновь взглянуть на него, лишь чтобы убедиться в полном отсутствии какой-либо магии в нем.

Внезапно младенец раскрыл глаза, в которых засияла неестественная ясность, затем потянулся своими крохотными ручками и схватил палец Хранительницы.

Странное ощущение; магия Кайи развеялась, но при этом её тело наполнилось привычным теплом. Младенец начал словно высасывать из неё энергию, но не так жадно, как это происходило во время первого собрания.

Прошло несколько минут, и вокруг ребёнка вновь образовался ореол из магической энергии, но в этот раз его свечение было голубоватым, таким же, как и у самой Хранительницы.

Малыш вновь заснул, но теперь его дыхание стало более ровным. Кайя уложила его назад в кроватку и с нескрываемым удивлением посмотрела на Амалию, которая всё так же стояла у входа в комнату.

– Какая же я дура! – покачивая головой, сказала Хранительница. – Это же было настолько очевидно!

– Возможно, ты только что спасла это создание… Но разве это не усложняет ситуацию ещё больше? - целительница приложила ладонь к своему подбородку, поглаживая его.

* Спи, дитя, я буду охранять твой сон! Спи, дитя, ты под моей защитой!

***

Минуло ещё два дня, и состояние ребёнка нормализовалось, теперь даже он вновь ел с аппетитом. Кайя всё так же продолжала навещать его и каждый раз отдавала ему частичку своей магии.

Но увы, с каждым днём недовольство в поселении росло всё сильнее и сильнее! Ведьмы не желали терпеть на своей территории существо, способное поглощать магию! Опасаясь дальнейшего напряжения, Кайя не стала раскрывать, что ребёнку требуется чужая магическая энергия, чтобы просто выжить.

В запасе у Хранительницы оставалась от силы неделя, две, чтобы принять решение. Наверное, самым очевидным было бы позволить Сайе забрать ребёнка и скрыться за пределами Волчьих лесов, но возникало сразу несколько проблем. Во-первых, Кайя просто не могла взвалить подобную ношу на свою собственную дочь. Во-вторых, младенцу требовалось больше магии, чем могла восполнить Сайя за день, ну и самой большой проблемой оставалось то, что без магии юная ведьма окажется практически беззащитной!

Сама же Кайя была привязана к поселению, а Скава вряд ли позволила бы ей отказаться от роли Хранительницы, хотя до этого и были случаи, когда эта ноша передавалась, но только если избранница доживала до стадии увядания и более не могла исполнять свои обязательства.

К сожалению, большая часть ведьм, обладающая достаточной силой, чтобы стать опекуном ребёнка, были настроены довольно враждебно или просто не посмели бы воспротивиться воле Матери своего Дома.

У Кайи в голове была ещё одна мысль; для этой миссии можно было попытаться привлечь Алиру, хотя она была слишком юна, даже Сайя была на пару лет старше. К тому же этот вариант приведёт к полному забвению Дома Охоты, и хоть казалось, что Охотницы стали пережитком прошлого, но Хранительницу терзали сомнения.

***

После первой войны с Империей, когда было достигнуто перемирие, Ковен взял на себя обязательство по усмирению отдавшихся во власть магии дикарок, а также уничтожению Тварей. Несмотря на то, что ведьмы были способны прожить пару столетий, лишь каждая десятая из них доживала до своего совершеннолетия, если не была рождена в Ковене. Большинство дикарок просто сходили с ума или становились одержимыми в слепой погоне за могуществом. Но встречались и более одарённые девушки! Кто-то из них, конечно, старался вести мирную жизнь, но чаще искушение было слишком сильно! Со временем часть выживших находила способ увеличить свой потенциал, разрывая плоть мира и вступая в контакт с Тварями из Зеркальной Бездны, а часть прибегала к запретной силе, паразитируя на энергии других ведьм. Но и тот, и другой вариант нёс в себе последствия, ведь инородная магия была способна извратить саму сущность ведьмы!

Что же касается Тварей – эти существа, населявшие иной пласт мироздания, были неразумны и следовали за единственным инстинктом – пожирать всё на своём пути! И именно этот инстинкт приводил их в наш мир, а маяком служили ведьмы, взывавшие к магии! Если сил дикарки оказывалось недостаточно, чтобы совладать с этим существом, то оно проникало в материальный мир и после этого терроризировало Темноземье.

Ковен довольно долго искал эффективный способ борьбы с этими угрозами, и решением стали Охотницы!

Часть наиболее физически сильных девушек отбиралась для специального обучения, которое было направленно на то, чтобы перенаправить внутрь себя потоки магии и тем самым превзойти пределы возможностей человеческого тела. И именно так со

временем появился дом Охоты, ведьмы которого стали передовым отрядом для борьбы с дикарками и Тварями.

***

Хранительница, в сопровождении своей дочери, направлялась в северную часть поселения, где располагался некогда величественный Дом Охоты, но теперь об этом напоминало лишь огромное поместье, пришедшее в запустение. Практически у самого входа женщины пересеклись с мужчиной-северянином, который сильно выделялся своим исполинским ростом и крепким телосложением.

– Здравствуйте, госпожа Хранительница! – почтенно поклонившись, низким громогласным голосом пробурчал гигант.

– Рада тебя видеть в добром здравии, Рон! – ответила Кайя, мягко улыбнувшись. За три десятка лет, которые этот мужчина прожил в поселении, она так и не смогла запомнить его полного имени. – Твоя дочь сейчас у себя?

– Алира? Думаю, она, как обычно, тренируется где-то на заднем дворе! – гигант утёр пот со лба, а потом, словно опомнившись, добавил. – Проходите внутрь дома, а я пойду приведу свою дочурку.

Некоторое время спустя Алира, запыхавшись, вбежала в гостиную, где, ожидая её, сидела Хранительница вместе с дочерью.

– Простите, госпожа Кайя! Если бы я знала, что вы нас навестите… – девушка взволнована щебетала.

– Успокойся, малышка, я пришла всего лишь для небольшого разговора! – Хранительнице было довольно тяжело выдавить из себя эти слова, особенно зная, что вскоре она будет вынуждена попросить о чем-то невообразимом.

Кайя решила начать с довольно обыденной светской беседы, но время уходило, а ей ещё предстояло поднять главную тему, какой бы сложной она ни была.

– Вы же пришли не ради подобных мелочей? – спросила девушка напрямую, но при этом не отважившись посмотреть в глаза Хранительницы. – Ваш визит как-то связан с произошедшим во время собрания?

– Да, это так… – Кайя грустно вздохнула. – Ты же понимаешь, что в тот самый момент спасла ребёнка от верной гибели?

– Я не могла… Это просто противоречит… – Алира несколько раз начинала фразу, но все слова казались какими-то неправильными, и она замолкала.

И сегодня я хочу попросить тебя дать ребёнку ещё один шанс… Ты единственная, кто на это способен! – в голосе Хранительницы была слышна неуверенность или, скорее, обречённость.

– Но я же всего лишь…

– Ты куда больше, чем сама о себе думаешь! Ты Охотница, и это что-то да значит! Ты ещё совсем юна, но уже довольно могущественна! – всё сказанное, каждое слово, было правдой, но делало дальнейшие слова лишь более тяжёлыми. – Увы, если ты согласишься выполнить мою просьбу, то, вероятнее всего, действительно станешь последней, а Дом Охоты, по сути, перестанет существовать.

Повисла давящая тишина, Алира поднялась с кресла и вышла во двор, оставив своих гостей одних в давно потерявшей своё великолепие гостиной. Впервые кто-то настолько открыто заявил о последних днях искусства Охоты. Увы, такова правда; обе младших сёстры Алиры не могли сменить её на посту Матери, средняя была слаба физически, а младшая и вовсе избежала проклятия. Возможно, однажды Охотница смогла бы взять себе ученицу из другого Дома, но в этом не было особого смысла, так как теперь в поселении была своя дружина, состоящая из крепких мужчин, которых поддерживали обычные ведьмы, а Империя уже давно отказалась от помощи Ковена, и проблемой дикарок там занималась Инквизиция.