— Говорят, что тебя невозможно победить, — глубоким и низким тоном заявил гладиатор, делая тяжёлые шаги в сторону Криза. — Будто обладаешь техникой, против которой нет никакой защиты.
— Это правда, — спокойно ответил ему охотник за головами. — Прости, конечно, но мне придётся тебя убить.
Из-под шлема раздался тихий смех.
— Мне это говорили множество других гладиаторов, видя мои доспехи. Мол, с ними я слишком неповоротливый и поэтому не смогу победить. И где они теперь? Мертвы!
Криз ощущал в его голосе некую силу. За этим эльфом явно шла большая дорожка из трупов и, возможно, печальная история. И ему предстоит это прервать. Сжав со всей силы ладонь, охотник за головами закрыл глаза, концентрируя как можно больше силы, чтобы одним мощным движением разрезать противника пополам, как он это делал несколько раз во время сражений до этого ранга.
— Молчишь? Тогда умри! — заявил рыцарь, нанося прямой удар булавой.
Мужчина в ответ мгновенно отреагировал, делая тяжёлый взмах в ответ. А затем отлетел в сторону, болезненно упав на левую руку. Ушиб был серьёзным, но не помешал человеку вскочить, быстро отходя в сторону.
— Что… Это… Было? — спросил он сам себя под нос, тяжело дыша.
— Ха-ха-ха-ха! — смеялся тем временем эльф. — Столько раз вижу ваши лица, и по сей день смешно. Наивные, неужели вы считаете, что я пришёл сюда в простых доспехах покрасоваться? Великая судьба даровала мне мощное тело и силу, чтобы впитать настолько большое количество драгоценного металла, чтобы создать непреодолимую защиту как от физических повреждений, так и от влияния техник.
— Но как это возможно?! — непонимающе воскликнул вслух Криз, удивлённый настолько, что совершенно забылся в конспирации. — Моя техника абсолютна!
— О да, всё те же самые слова! — восхищался происходящим гладиатор. — Да будет тебе известно, человек… Все техники разделяются не только по стилю и сложности, но и резонансу с конкретным мастером. Я долго готовился к этому походу к чемпионскому трону. Искал лучших кузнецов по зачарованию камней и тренировал умение их чувствовать. Я первый в мире эльф, который видит все техники от начала и до конца. Вижу поток, идущий на меня. И поверь, мне не стоит совершенно никакого труда поймать их взглядом и разорвать на части!
— Что за бред я сейчас слышу? — растерянно спросил сам себя мужчина, перестав что-либо понимать. — То есть он вообще не имеет атакующей силы за исключением булавы в руках? Только защитные техники и камни на защиту? Получается, что даже техника Крон ничего не может поделать? Мне что… Побеждать его в честном бою?!
Их область боя была строго ограничена, поэтому пятиться бесконечно охотник за головами не мог. Криз прикусил губу, собираясь с мыслями. А затем решил применить другую технику, с помощью которой отсекал головы своим противникам.
— Давно не удавалось это использовать, — прошептали его губы, а после в сторону эльфа направились две волны друг за другом.
Гладиатор демонстративно прикрылся своим огромным щитом, о который его техника самоуничтожилась, перестав существовать. На красивой поверхности не осталось даже царапины, а драгоценные камни разных цветов на нём продолжали сверкать. Охотник за головами был ошеломлён, ни разу не встречая на своём пути врага, для которого его сила оказалась не более чем назойливой проблемой, которую можно легко раздавить одним движением пальца.
— Я же сказал, — терпеливо повторил эльф, медленно шагая к застывшему человеку. — У тебя не получится победить меня техникой. Твоего меча не хватит, чтобы пробить мою броню. У тебя нет никаких шансов. А у меня нет никаких предубеждений, поэтому если сдашься, я тебя быстро убью.
Сдаваться Криз не собирался. Но и выхода пока не видел. Смотря на неспешно идущего противника, мужчина быстро перебежал на другую сторону их поля, создавая себе пространство для отступления. Под тяжёлыми доспехами гладиатора раздался тяжёлый вздох. Затем огромная груда стали повернулась и продолжила шагать уже в другую сторону.
— Бегать бесполезно. Я могу так делать более суток. Настолько долго человека не хватит, — сообщил он.
— Ты не советуй мне лучше, — огрызнулся Криз, пытаясь взглядом найти комфортную точку для удара. — Невозможно защититься от всего!
— Возможно и так, — согласился с ним воин. — Но не тебе явно это доказывать.
В эту секунду охотник за головами совершил рывок вперёд, чтобы нанести пробный укол в колено рыцаря, но получил по всему корпусу удар щитом, от которого у него сразу же потерялась вся сила и дыхание. Его отбросило прочь, а по лицу начала течь кровь от царапин и болезненных ран из-за крошечных шипов на защитном снаряжении эльфа. Его глупая попытка проверить врага на прочность оказалась жестоко пресечена.
На этот раз встать ему не удалось, и сверху прилетела булава, но лишь на ногу. Противник решил наказать его за попытку сильнее, сломав конечность мощным ударом. Раздался хруст, после которого Криз закричал от боли сквозь маску, пытаясь сохранить остатки рассудка. Он попробовал отползти в сторону, но его тут же наказали второй сломанной ногой. С трибуны восторженно кричали, подбадривая уверенного в себе гладиатора.
— Так глупо и быстро? — мелькнуло лишь в опалённом страданием разуме Криза.
Ему нужно было время, поэтому, быстро сделав глубокий вдох, он прервал крик и погрузился в глубины собственного разума. Небольшой остров. Океан. Пение птиц и пульсирующая алым сфера. Ничего не изменилось с его последнего визита. Человек лишь не мог ходить, ползая по земле с помощью движения рук. Он упрямо приблизился к сосуду, касаясь его ладонью. Золотая поверхность была холодна, хоть и жидкость внутри продолжала кипеть.
Криз поднял глаза, смотря на источник своей силы.
Как оказалось, эта техника была и отличительной чертой его слабости. Стоило ему встретить врага, способного преодолеть технику, как больше у него не было никаких способов сражаться дальше. Действительно, как и говорил эльф, оставалось лишь сдаться и принять быструю смерть. Ему стало ещё обиднее, когда мужчина вспомнил все те разы, когда он отказывался от тренировок в пользу обычных разговоров с эльфийкой. Ему было лень, и теперь этот факт сильнее терзал его сознание. Да, человек поверил в неуязвимость, за это теперь расплачиваясь.
Ему становилось труднее дышать. Сказывалось повреждение тела, которое нельзя принять со спокойствием. Если бы не пытки убийц до этого, Криз сразу бы сломался. Сейчас его интересовал лишь один вопрос — может ли он повторить свой предыдущий подвиг и победить якобы непреодолимого врага. Если нет, то смысла в борьбе ему не виделось.
— Но для этого нужно сделать… То самое, — понял охотник за головами, неохотно обращаясь к прошлому опыту.
Представить боль. Родных. Близких. Тех, кого уже не вернуть. Страдание от утраты. Пепел той, кто доверилась и жила рядом с ним. Криз погружал себя во мрак, из которого выбирался целый год. Все наслоения контроля, который был получен за счёт медитаций, разрушались с каждой секундой, а сфера над его головой сразу же начала набухать, зашипев раскалённой кровью, что из неё текла. Для него это выглядело как погружение в лаву, в которой его тело постепенно распадалось, превращаясь в чистую энергию.
Но теперь у Криза были иные планы. Преодолевая желание уснуть и отдаться технике, он упорно пытался барахтаться и ухватиться за вожжи, чтобы не превратить Высшую Арену в кровавую бойню. С самого начала человек пытался держать до конца глаза открытыми, чтобы увидеть всё, но из раза в раз не получалось. Всегда случался тот миг, после которого враг падал уже разрезанный на части. Именно поэтому воин отказывался считать это своей силой, если на самом деле настоящего контроля не было, а лишь набор ограничений и правил.
И ему это впервые за всё время удалось. Из отчаяния и понимания, что дальше уже будет смерть, его тянуло вперёд. Возможно, на это повлияли тренировки с Крон, но большая часть человека желала верить в то, что это и его заслуга. В один миг он открыл глаза в реальности, смотря через маску на летящую к его голове булаву. После чего оружие рассыпалось на маленькие аккуратные кубики, которые не могли причинить вред уже никому.