— Я за этим прослежу. А ты собрался сделать какую-нибудьглупость?

— Можно и так сказать. Спокойной ночи, Махир.

— Удачи.

Экран погас.

Я как раз успел зарядить пистолет Джорджии, и тут зазвонилинтерком.

— Ответить.

Я надел кевларовый бронежилет, захлопнул шкаф и занялсязастежками.

— …там? Повторяю: Шон, ты там?

— Стив, дружище! — Я искренне обрадовался ему. —Парень, да ты как настоящая кошка! Сколько у тебя жизней?

— Явно меньше, чем у тебя, — обеспокоенно прогромыхалСтив. — Шон, Джорджия там, с тобой?

— Да.

Я засунул в карман электрошокер. Зомби он не остановит, но затозамедлит. Вирусу не нравится, когда через носителя пропускаютток.

— Стив-о, она сейчас не очень настроена разговаривать. Явсадил ей в позвоночник несколько пуль. Если ты не заражен исможешь открыть дверь, буду премного благодарен.

— После заражения она успела тебя укусить, поцарапать илиеще каким-то образом вступить с тобой в контакт?

Стандартные вопросы. Но никогда еще в жизни они не приводилименя в такую ярость.

— Нет, Стив, боюсь, не успела. Ни покусать, ни поцарапать,ни обнять, ни даже поцеловать на прощание. Ничего не успела — ееслишком внезапно отправили в рай делать небесные новости наемныеубийцы этого потрясающего Библией подонка. Если у тебя естьанализатор, открой дверь, и я смогу это доказать.

— Шон, ты вооружен?

— Тогда ты меня не выпустишь? Я ведь и соврать могу.

Охранник замолчал. Я уже было подумал, что безопасность для неговажнее сочувствия и я останусь гнить в этом проклятом грузовике. Ябы с радостью, но только не сейчас. История не закончена, покаостались болтающиеся концы. Я завяжу один такой, а заодно устроюдля Джордж почетный салют.

— Я не дочитал до конца ее последнее сообщение, —наконец тихо ответил Стив. — Но я прочитал достаточно. Отойдиот двери и держи руки на виду, пока не получишь отрицательногорезультата.

— Да, сэр.

Дверь распахнулась, и в кузов грузовика хлынул свежий воздух, ончуть не обжег мне легкие. На улице пахло кровью и порохом, новнутри запах был гораздо интенсивнее. Я невольно шагнул вперед, ксвету, но тут же остановился, увидев расплывчатую тень — видимо,чью-то руку.

— Не приближайся, пока я не отойду.

— Ладно, Стив-о. У вас тут, ребята, случилась маленькаявспышка вируса? Извините, что не смог присоединиться к веселью.Занят был.

— Мы сдержали инфекцию, хоть и не до конца. И японимаю.

Мои глаза приспособились, и я наконец разглядел Стива. Великанприсел, положил что-то на землю, а потом отступил. Анализатор. Несамый навороченный, но и не самый дешевый — у таких допустимыйуровень погрешности. Допустимый. Смешное слово, если речь идет очьей-либо жизни.

Легкий, весит меньше фунта. Большим пальцем я сломал пломбу, неотрывая взгляда от Стива.

— Он не должен уйти.

— Обещаю, что не уйдет, — отозвался охранник.

Хороший ответ.

— Считаю до трех. Один…

«Два», — прозвучал в голове голосДжорджии.

Я засунул руку в прибор. Привычно замигали индикаторы. Знакомыецвета. Красный-желтый-зеленый, желтый-красный-зеленый. Огонькисменялись с красного на желтый, и на лбу у меня выступил пот, нонаконец все они загорелись зеленым светом. Ты в порядке, сынок, впорядке. Иди радуйся.

«Радоваться» в мои планы не входило. Я протянул Стивуанализатор, чтобы он мог хорошо его рассмотреть.

— Пойдет?

— Пойдет. — Мужчина кинул мне мешок для биологическихотходов. — Шон, что, черт возьми, произошло?

— Как Джорджия и сказала. Какой-то больной ублюдок убилкошку Рика и подложил в наши фургоны взрывчатку. Но мы не погибли,и они всадили в Джордж специальный дротик, такой же, как мы нашлина ранчо. Черт, как жаль, что мы не осмотрели место происшествиятогда, в Икли. Готов поспорить, нашли бы подобное и там.

— Согласен. — Стив внимательно наблюдал, как язапечатываю пакет.

Очки он держал в руке, у него были глаза человека, которыйтолько что заглянул в настоящий ад. Наверняка у меня сейчас такиеже.

— План есть?

— Да как обычно, раздобуду машину и поеду туда, где сейчасдержат кандидатов…

— Там же, где вы их оставили.

— Прекрасно. Я знаю, как там организована системабезопасности. Так вот, найду их и побеседую по душам с губернаторомТейтом. — Я пожал плечами. — Может, размажу ему мозги постенке. Не знаю. План пока на доработке.

— Подвезти?

Я улыбнулся — ощущение было какое-то странное.

— Было бы здорово.

— Хорошо. Мы с парнями… Вернее, с теми, кто остался из моихпарней, не хотели бы, чтобы ты поехал один, начал делать глупости ив результате пострадал.

Как это все нелепо. Я рассмеялся.

— Погоди, то есть только и всего? Только-то и надо было,чтобы раздобыть себе отряд сопровождения?

— Пожалуй.

— Ребята, я вас раскусил. — Я посмотрел на Стива и тутже сделался серьезным. — Пора ехать.

В Центре все еще свирепствовала инфекция. Казалось, что зомбиповсюду, хотя это было не совсем так: они прятались в тени ибросались на людей. Ими управлял вирус, который каким-то образомпозволяет зараженным узнавать себе подобных и определять тех, ктоеще не успел подвергнуться амплификации, в ком болезнь покатаилась, ожидая своего часа. Вот уже двадцать лет ученые пытаютсяпонять, как работает этот механизм. Насколько мне известно, они непродвинулись ни на йоту с тех самых пор, как фильмы Джорджа Ромероиз второсортных ужастиков превратились в инструкцию по выживанию.Мне бы радоваться — не каждый ведь день случается оказаться вэпицентре настоящей вспышки, но ярость во мне вытесняла все прочиечувства. Джордж убили не зомби, Джордж убили люди. Живые,незараженные люди.

У многих зомби были знакомые лица: стажеры из предвыборногоштаба, несколько сотрудников службы безопасности, мужчина свытянутым лицом и редкими рыжими волосами — он с нами путешествовалуже полтора месяца, писал речи для сенатора. «Прости, приятель,больше никаких речей», — подумал я и выстрелил ему прямопромеж глаз. Он беззвучно упал, простой человек, уже совсем неопасный. Я отвернулся, к горлу подступала тошнота.

— Если выберусь живым, поищу себе другую работу.

— Что? — спросил Стив.

Он не переставая вызывал по рации тех из своих ребят, ктоостался в живых, и направлял их к автомобильной стоянке. Некоторымприходилось двигаться медленно — они охраняли плохо вооруженныхгражданских. Действовали истинно по-человечески, что, кстати, идетвразрез с неофициальными правилами выживания во время вспышкивируса. Не хочешь погибнуть, когда вокруг кишмя кишат зомби?Передвигайся либо в одиночку, либо в небольшой группе, где у всехприблизительно одинаковые физические данные и уровень владенияоружием. Не останавливайся, не сомневайся, не проявляй милосердияпо отношению к тем, кто может замедлить твой отход. Именно так, помнению военных, мы и должны поступать. Встречу когда-нибудьчеловека, который следует этим правилам — сам его пристрелю, просточтобы улучшить генофонд. Можешь помочь кому-то выжить — помоги. Мы— это все, что у нас есть.

— Да нет, ничего. — Я покачал головой. — Как тамподмога?