— Шон, а как в твоем разделе дела?

Я как раз вывела на монитор необработанную запись, где былизапечатлены нападения, и теперь просматривала ее кадр за кадром.Сама не знала толком, что ищу, но у меня появилось смутноепредчувствие. А я своим предчувствиям доверяю. Баффи можетмастерски проработать визуальную сторону репортажа, а Шон знает,как потрясти зрителей, что же до меня — то я умею находить новости.Саботаж. Но почему? Когда? И как злоумышленник умудрился обрезатьпровода и не засветиться ни на одной из камер Баффи?

— Заберу-ка я у тебя Бекс, — откликнулся брат.

Я оглянулась: на экране у Шона прокручивалась та сцена, где мывозле ограды отбиваемся от последних зомби. Ничего не было слышно:звук проигрывался у него в наушниках.

— Она хочет стать ирвином, — без тени улыбки продолжилбрат. — Уже давно просится. И Джордж, вестники не делают такихрепортажей. Ты это знаешь.

Я нахмурилась, хотя уже давно ждала чего-нибудь подобного. Редковстретишь действительно хорошего ирвина, ведь столько народупогибает во время обучения. Когда заигрываешь с зомби, постигатьтонкости некогда.

— Что с ее послужным списком?

— Тянешь время?

— Просвети меня.

Записи на моем экране теперь проигрывались в режиме отображенияреальных событий. То есть одни прокручивались почти непрерывно, анекоторые в определенный момент останавливались, когда на них былпропущен какой-то эпизод. Камеры возле ворот засняли далеко не все,а вот нападение возле ограды записалось почти целиком. Явздрогнула, когда узнала в толпе зараженных женщину из штабасенатора. Слова Тайрона легко угадывались и без звука: «Стойте!Назад! Предъявите документы!» Но она все шла и шла, слегкапошатываясь.

— Ребекка Атертон, двадцать два года, Нью-Йоркскийуниверситет, диплом бакалавра в области кинематографии, блогерскаялицензия класса А-20. Получила ее полгода назад, когда сдалапоследний экзамен по стрелковому мастерству. До этого работала поВ-20. В следующем месяце сдает на А-18.

Получив класс А-18, можно в одиночку отправляться в зоны суровнем 4.

— Если ты ее заберешь, мой раздел весь следующий год будетполучать шесть процентов прибыли от всех ее репортажей.

Зараженная девушка вцепилась зубами Тайрону в предплечье. Онбеззвучно закричал и выстрелил ей в голову. Поздно. Непоправимоеуже свершилось.

— Три процента, — принялся торговаться Шон.

— Идет. — Я не отрываясь смотрела на экран. —Набросай предложение о работе. Согласится — забирай.

Раненый Тайрон, спотыкаясь, нарезал круги, прижав к грудиукушенную руку. Трейси отдавала приказы. Карлос развернулся иубежал — видимо, его послали за подкреплением. Сбежал и именнопоэтому и остался в живых. Такому, как он, тяжело, наверное, будетсмириться с подобной мыслью.

— В чем дело, Джордж? Я думал, ты так просто мне ее неуступишь.

Вместо ответа я выдернула из разъема наушники. Звук переключилсяна внешние колонки.

— Трейси, боже мой, боже мой… — бормотал Тайрон.

Низко и приглушенно стенали мертвецы; они приближались, а воротастояли нараспашку.

— Заткнись и помоги закрыть, — рявкнула Трейси.

Женщина обеими руками ухватилась за створку, и Тайрон послеминутного раздумья присоединился к ней, хотя и старался держатьсяподальше. Охранники действовали правильно. Пока Трейси не вступилаво взаимодействие с живым вирусом, амплификация ей не грозит. А прикомплекции Тайрона полное заражение потребует некоторого времени —вполне успеют закрыть ворота, даже такие тяжелые. После онаприкажет напарнику отойти на безопасное расстояние и пристрелитего. Не самый красивый поступок, но по-другому нельзя избежатьзаражения.

Изображение дернулось. Тайрон лежал на земле в луже крови.Трейси кричала и пыталась оттолкнуть зомби, который вцепился ей вшею. Ворота они закрыли, но почему-то вокруг столпилось шестерозараженных: один кусал Трейси, еще трое медленно приближались, аоставшиеся двое брели куда-то по направлению к фургонам.

— Нажми на паузу, — нахмурился Шон.

Я стукнула по клавише. Кадр остановился.

— Отмотай туда, где дернулось.

Послушно вернув запись на несколько минут назад, я нажала настоп и вопросительно посмотрела на брата. Но он уставился вмонитор.

— Теперь запусти, в замедленном режиме.

— А что ты?..

— Джордж, запусти запись.

Те же события.

— Стоп! — сердито выкрикнул Шон.

На экране заходилась в беззвучном крике Трейси, надвигалисьзомби, мертвый Тайрон лежал на земле. Шон с видом обличителя ткнулпальцем в ногу охранницы:

— Она не смогла убежать. Кто-то прострелили ей коленнуючашечку.

— Что? — Я прищурилась. — Не вижу.

— Так сними свои чертовы линзы.

Откинув голову назад, я пару раз моргнула и подцепила правуюлинзу кончиком указательного пальца. Еще мгновение зрениеперефокусировалось, а потом я закрыла левый глаз и просмотрелазапись снова. Детали различались уже гораздо лучше: на брюкахТрейси темнело пятно, а вокруг на снегу веером раскинулись капликрови — ее собственной крови.

— В нее стреляли. — Я распрямилась на стуле.

— Как раз тогда, когда запись на мгновениепрервалась, — напряженным голосом согласился Шон.

Я посмотрела на брата, но он отвернулся и принялся тереть рукойглаза.

— Господи Иисусе, Джордж. Она ведь согласилась на этуработу только ради красивой записи в собственном резюме.

— Знаю, Шон. Знаю.

Я положила руку ему на плечо. На застывшем кадре Трейси отчаянноборолась за жизнь, хотя была уже мертва.

— Мы выясним, что здесь происходит. Обещаю.

Наступил Супервторник, [17]а в предвыборном штабе всеходили как в воду опущенные. Обычно в такой момент люди переживаюти надеются: всего через несколько часов станет ясно, увенчалосьславное мероприятие успехом или же все полетело в тартарары. Носреди сотрудников сенатора царила почти похоронная атмосфера.Охранники по сто раз перепроверяли всех и вся, никто не хотелвыходить со стоянки без сопровождающего. Даже вечно меняющиесястажеры, которые обычно не видели ничего дальше собственного носа,и те заметно нервничали. Плохо.

Наш караван разместился в трех кварталах от дворца съездов набывшем футбольном поле (теперь-то из-за угрозы зомби школьникибольше не играют на улице). Хорошая локация: под рукойэлектричество и водоснабжение, на ровной открытой площадке легкоустановить защитную ограду, и камерам ничто не закрывает обзор. Напраздник в Оклахома-Сити собралось столько народу, что до дворцапришлось пустить специальные автобусы. В каждом обязательно ехалавооруженная охрана, которую снабдили самыми современнымианализаторами.

Через два дня после нашего с Шоном открытия (а мы, конечно,сообщили обо всем сенаторской службе безопасности) пришлоокончательное подтверждение: в ночь нападения Трейси Макнеллидействительно прострелили правую коленную чашечку. Если прибавить кэтому перерезанные в ревуне провода, становилось совершенноочевидно: мы имеем дело с плохо спланированным покушением.Подробности выяснились как раз перед отъездом из Икли, так что впуть мы отправились уже в гораздо более мрачном настроении.