При виде приборов я ахнула от удивления и легонько ткнула Шоналоктем. Брат проследил за моим взглядом и присвистнул:

— Тяжелая артиллерия пошла в ход, а, Стив-о? [20]

Тот чуть улыбнулся.

— Сенатор хочет удостовериться, что с вами все впорядке.

— Ну, с братцем моим всегда все не в порядке, а вот мы сРиком чисты. — Я протянула Стиву правую ладонь. —Давай-ка, ткни меня.

— С удовольствием. — Охранник надел устройство мне наруку.

В наши дни изготавливают разные анализаторы: начиная с простыхполевых, которые ошибаются в тридцати процентах случаев, изаканчивая самыми навороченными, такими чувствительными, что онивременами реагируют на засевший в каждом из нас вирус и неправильновыдают положительный результат. Самые крутые портативные приборы —Эппл ХН-237. Стоят столько, что и подумать страшно. И поскольку этовсе-таки полевые анализаторы, использовать их можно толькоединожды, а потом надо менять иглы (и платить за это столько,сколько в среднем составляет годовая зарплата журналиста). Одногораза такой машине вполне достаточно. Иголки (настолько тонкие, чтопациент почти ничего не чувствует) протыкают все пять пальцев,ладонь и запястье. Великолепные системы распознавания вируса. Послухам, после выпуска ХН-237 вооруженные силы даже купили у Эпплнесколько патентов.

У нас с Шоном есть такой в грузовике, но только один. Уже пятьлет с собой возим и никогда еще не попадали в ситуацию настолькоотчаянную, что пришлось бы разориться и его использовать. ХН-237нужен, только когда необходимо удостовериться, срочно и не сходя сместа, без права на ошибку. Такие используют после вспышки вируса.Военные точно знали, что в шприце. Откуда? Эта мысль не оченьобнадеживала.

Стив включил анализатор. Защелкнулось крепление, и ладоньрасплющило так, что натянулись сухожилия. Больно. Я напряглась.Хотя и ждала боли, иголки совершенно не чувствовались. На крышкезамигали огоньки — красный-желтый. Потом один за другим загорелисьзеленые индикаторы. Весь процесс занял не больше несколькихсекунд.

Стив улыбнулся и убрал использованный анализатор в мешок длябиологических отходов.

— Ты чиста, вопреки всему.

— Опять в долгу у ангела-хранителя.

У Шона индикаторы пока мигали, Рик только-только приступил кпроверке.

— Точно, советую не перегружать этого самого ангелаработой, — тихо посоветовал Стив.

Я удивленно оглянулась на помрачневшего охранника.

— Можете покинуть зону.

— Поняла.

У ворот два знакомых молодчика в зеленых комбинезонах заставилименя снова сдать кровь. На этот раз использовали самый простойанализатор. Иголка больно впилась в руку. Зеленый-красный, сновазеленый. Ворота со щелчком открылись, и я, тряся уколотым пальцем,покинула ранчо.

Рядом с грузовиком и «Фольксвагеном» стояла еще одна машина —большой черный фургон с тонированными стеклами, судя по виду,бронированный. Крыша буквально ощетинилась антеннами и спутниковымитарелками — куда нам до такого со своими скромными передатчиками. Ямолча изучала агрегат, пока ко мне не присоединились Рик и Шон.

— Наш дружелюбный командир из громкоговорителя? —поинтересовался брат.

— Разве может быть кто-то еще?

— Тогда пошли поздороваемся и поблагодарим загостеприимство. Ну, то есть я тронут. Лучше бы корзинку с фруктамиподарили, чем устраивать вооруженную засаду. Потрясающий способпродемонстрировать теплые чувства.

Шон подбежал к фургону (мы медленно тащились следом) и постучалладонью по двери. Никакой реакции. Тогда он забарабанил кулаком, иритм успел веселенький подобрать, но тут дверь распахнулась. На насс неприкрытой злобой уставился покрасневший от досады генерал.

— Видимо, не большой любитель музыки, — сказала яРику, а тот в ответ фыркнул.

— Не знаю, что вы, молодые люди, тут делаете…

— Меня, видимо, ищут. — Позади генерала всталсенатор.

Военный перевел свой гневный взгляд на Раймана, но Питер необратил внимания. Он вышел и пожал брату руку.

— Шон, как я рад, что с вами все в порядке. Язабеспокоился, когда узнал, что звонок перехватили.

— Повезло нам, — ухмыльнулся Шон. — Спасибо, чтопомогли с бюрократической волокитой.

— Не за что. — Райман оглянулся на сердитоговояку. — Генерал Бриджес, спасибо за заботу, которую выпроявили по отношению к моим журналистам. Я переговорю с вашимначальством насчет данной операции и прослежу, чтобы они всеузнали.

Генерал побледнел. Ухмыляющийся Шон помахал ему рукой:

— Приятно познакомиться, сэр. Хорошего вам вечера. —Потом брат повернулся и обнял нас с Риком за плечи. — Ну что,возлюбленные мои коллеги и сотоварищи по влезанию в идиотическиеприключения ради просвещения масс? Сделал я сегодня еще процентатри, как думаете? Нет, к чему скромничать. Я же бог, я тыкаю палкойтуда, куда никто тыкать не осмеливается. Пусть будет пятьпроцентов. Начинайте-ка мной восхищаться.

Я посмотрела на сенатора, он натянуто улыбался, но только однимигубами. Лицо у него было напряженное.

— Потом повосхищаемся. Сенатор, вы приехали прямо сюда?

— Стив принял ваше сообщение. Услышав, что вы что-то нашли,сразу же позвонил мне, и мы немедленно выехали.

— Спасибо, сэр, — вмешался Рик. — Если бы не вы,нам бы грозили неприятности.

— Например, слепота, — добавил Шон, бросив взгляд наменя.

— Или полностью оплаченный визит в правительственныйкарантинный изолятор, — подключилась я. — Сэр, хотите,чтобы мы отправились с вами и все рассказали?

— Спасибо, Джорджия, но нет. Прямо сейчас езжайте-ка вгостиницу и займитесь делами. У вас же наверняка куча работы.

Что-то случилось у него с голосом. Сенатор показался мнепостаревшим на похоронах, но нет — по-настоящему он постарел именносейчас.

— Я позвоню вам утром, но сначала объясню жене, что нашадочь погибла не из-за несчастного случая. И хорошенько напьюсь.

— Понимаю. — Я обернулась к Рику. — Встречаемся вгостинице.

Казинс кивнул и направился к своему «жуку». Поедем каждый насвоем автомобиле. Нечего оставлять здесь машину. Мы здороворазозлили военных, вдруг им вздумается устроить «несчастный случай»и заняться вандализмом.

— Сэр, звоните, если что-то понадобится.

— Непременно, — невеселым голосом пообещал Райман и,ссутулившись, отправился к своему внедорожнику.

Стив распахнул для него дверцу. Других охранников не было видно,но они точно находились где-то здесь. Еще бы, кандидат в президентыв такой близости от опасной зоны — риск тут неуместен. Особенноучитывая нашу находку.

Райман забрался в автомобиль, Стив захлопнул за ним дверцу,кивнул нам и уселся за руль, выехал со стоянки. Через пару минут заним, громыхая, последовал бронированный «Фольксваген». Назад кцивилизации.

— Джордж? Готова? — Брат положил мне на плечоруку. — Надо ехать, пока эти надутые вояки не придумали, зачто нас повязать. Помимо кошки, то есть. Рик ее взял с собой, такчто и ответственность на нем. В случае чего, это его побьютрезиновыми дубинками и понатыкают электродов в…

— А? — Я подняла голову. — Ладно, поехали. Да,готова.

— Ты в порядке? Вся побледнела.

— Просто подумала о Ребекке. Поведешь? У меня головараскалывается, в таком состоянии вести опасно.

Теперь Шон по-настоящему встревожился. Я обычно не пускаю его заруль и не езжу с ним в качестве пассажира. У брата довольноспецифические представления о правилах дорожного движения: «Дави нагаз, чтобы копы не поймали».

— Уверена?

Я бросила ему ключи. В обычной ситуации вряд ли стала бы такделать, но сейчас не обычная ситуация: у меня тут куча трупов,убитый горем кандидат в президенты и страшная головная боль.

— Веди.

Шон смерил меня еще одним обеспокоенным взглядом и направился кгрузовику. Я забралась на пассажирское сиденье и закрыла глаза.Брат так пекся о моем благополучии, что вел машину, как нормальныйвменяемый человек. Удивительно. Всего какие-то пятьдесят миль вчас, да еще и тормозами пользуется. Обычно-то тормоза нам нужны,только если «на дороге толпа зомби». Я устроилась поудобнее и, неоткрывая глаз, приступила к анализу ситуации.