Утро в столице королевства Эления всегда пахло одинаково: сыростью от полноводной реки, свежей выпечкой из пекарен на окраинах и отборной, сочной руганью на центральной рыночной площади.

Девятнадцатилетняя Тася протискивалась сквозь бурлящую толпу с ловкостью портового угря. В её левой руке была зажата тяжелая плетёная корзина, где уже лежали два десятка яиц (каждое проверено на просвет лично), связка лука и кочан капусты — тугой, зеленоватый, свитский, за который она торговалась с местным фермером добрых двадцать минут, пока бедолага не сдался и не уступил его за полцены, лишь бы она перестала критиковать его родословную до седьмого колена.

Под правой мышкой Тася крепко удерживала жирного, невероятно упитанного гуся. Гусь по имени Гаврюша недовольно гоготал на весь базар, косился на прохожих наглыми бусинками глаз и периодически пытался ущипнуть их за полы кафтанов.

— Да не ори ты, суп ходячий, — прикрикнула на него Тася, перехватывая птицу поудобнее и уворачиваясь от проезжающей мимо телеги с сеном. — Хозяйка велела к полудню вернуться, а у меня ещё специи не куплены. Опоздаю — она мне эту капусту на голову наденет и заставит в ней трактир подметать. А у меня сегодня и так дел по горло: полы перемыть, эль из погреба перетаскать и выслушать нытье повара о том, что у него опять скисло тесто.

Тася работала старшей служанкой в портовом трактире «Сытый кабан» и жизнь знала с её самой практичной, приземленной стороны. Романтические бредни о магии, прекрасных эльфах и утонченном высшем свете её не интересовали от слова совсем. Магия в Элении угасала, лорды стремительно беднели, а кушать хочется каждый день — вот её главная философия. Золотой монетой сыт не будешь, если её нельзя обменять на кусок хорошего свиного окорока.

Вдруг на рыночной площади образовался затор. Толпа лоточников, прачек, бродячих музыкантов и просто зевак хлынула к центральным торговым рядам, сметая всё на своем пути.

— Бесплатные заморские специи! Экзотические травы из южных провинций! Аттракцион невиданной щедрости от восточных купцов в честь праздника Выбора! — орал какой-то зазывала в шёлковой чалме, размахивая расшитым платком.

Слово «бесплатные» подействовало на Тасю как боевой клич на породистого скакуна. Её глаза загорелись истинным азартом экономной хозяйки. В трактире шафран и перец ценились на вес золота, и если бы ей удалось раздобыть хотя бы щепотку даром, хозяйка точно простила бы ей вчерашнюю разбитую супницу.

— Дорогу, дорогу молодой растущей помощнице трактирщика! Поберегись, дядя, а то гусь укусит! — кричала Тася, пробиваясь к прилавку и ловко работая локтями.

Ей было абсолютно плевать, что заморские купцы выглядели, мягко говоря, странно: их карета слабо светилась фиолетовыми искрами, лошади подозрительно напоминали замаскированных иллюзией единорогов, а сами торговцы больше походили на строгих придворных магов Тайной канцелярии, чем на честных купцов.

На прилавке стоял огромный, окованный серебром сундук, из которого поднималось густое, мерцающее золотистой пыльцой облако. Старший купец с длинной седой бородой держал в руках пергаментный свиток и монотонно зачитывал какие-то странные, ритмичные слова.

На самом деле это были королевские ищейки. Королевский совет, паникуя из-за угасания Источника магии, нанял лучших менталистов, чтобы те везли во дворец «Пыльцу Истинного Призыва» для Отбора невест. Древний артефакт должен был сработать строго в тронном зале, чтобы пронзить пространство и притянуть тринадцатую, скрытую сильными чарами невесту из самого древнего благородного рода, чья кровь могла бы спасти увядающий Источник. Заклинание было настроено на поиск сильнейшего магического всплеска.

Но маги не учли Тасю. Точнее, они не учли биологию.

Тася просунула руку между плечом какого-то коренастого мясника и пузом бондаря, вплотную дотягиваясь до сундука.— Эй, уважаемый с бородой! Мне горсточку шафрана и перца поострее! — крикнула она, пытаясь перекричать гул толпы.

В этот самый момент Гаврюша, испугавшись слишком яркого блеска серебряного сундука, мощно и панически хлопнул крылом. Удар пришелся точно по краю тяжелой крышки. Сундук качнулся, фиксаторы сорвались, и плотное, концентрированное облако чистейшей золотистой пыльцы взметнулось вверх, прямо в лицо Тасе.

Магические крупицы мгновенно защекотали в ноздрях. У Таси перехватило дыхание, в глазах поплыли разноцветные круги. Мир вокруг неё на секунду словно замедлил свой ход, а звуки базара превратились в глухое эхо.

— А... А-а... — протянула она, шатаясь и чувствуя, как внутри неё созревает нечто грандиозное и неотвратимое.— Назад! Назад, глупцы! — в ужасе заорал седобородый маг, наконец сообразив, что произошло. — Закройте сундук! Произошел преждевременный контакт! Магическая детонация!..— А-а-апчхи-и-и! — оглушительно, со свистом и чувством выполненного долга чихнула Тася на всю рыночную площадь.

Вместо обычного человеческого чиха воздух разорвал громовой раскат, от которого задрожали стекла в ближайших домах. Золотая пыльца, среагировав на яростный выдох, вспыхнула ослепительным фиолетовым пламенем. Заклинание Истинного Призыва, подпитанное спящей, неосознанной магией самой Таси (о которой она, конечно, и не подозревала), сочло этот чих за идеальный магический выброс колоссальной силы.

Пространство вокруг девушки сжалось, завертелось воронкой и затрещало, словно рвущаяся парусина. Рыночные ряды, испуганные крики торговцев и привычный запах свежей рыбы мгновенно растворились в фиолетовой вспышке. Тася почувствовала, что летит куда-то в бездну, но даже в этот момент её рыночная закалка взяла верх: она мертвой хваткой вцепилась в ручку корзины и еще сильнее прижала к себе ошалевшую птицу.

В то же самое время в Императорском тронном зале царила гробовая, почти зловещая тишина, нарушаемая лишь шорохом дорогих тканей.

На высоком возвышении, на массивных золотых тронах, сидели старый король Альберт и его единственный сын, Кронпринц Дариан. Дариан выглядел так, словно присутствовал на пытках, причем в качестве главной жертвы. Его темный парадный камзол из тяжелого бархата был застегнут на все пуговицы до самого подбородка, челюсть упрямо сжата, а в глазах застыло ледяное презрение к происходящему.

Вдоль красной ковровой дорожки, вытянувшись по струнке, замерли двенадцать идеальных, утонченных леди. Каждая из них прошла через сито жесткого отбора Тайной канцелярии: генеалогическое древо до десятого колена, безупречные манеры, умение играть на арфе и держать веер под правильным углом. Все они замерли, едва дыша под тяжестью своих парчовых юбок.

Верховный маг королевства, облаченный в парадную мантию, расшитую созвездиями, как раз заканчивал читать финальную часть древнего ритуала.— О, Древний Источник, яви нам ту, чья чистая кровь свяжет королевство! Пронзи пространство и приведи тринадцатую избранницу! — провозгласил маг, высоко поднимая руки к сводчатому потолку.

Кронпринц Дариан мысленно досчитал до трех и приготовился к худшему. Он знал, что сейчас из фиолетового дыма выйдет очередная жеманная девица из какого-нибудь пограничного графства. Она либо картинно упадет перед ним на колени, изображая священный трепет и пуская слезу, либо ослепит зал отрепетированной перед зеркалом улыбкой, в которой искренности будет меньше, чем золота в казне разорившегося барона. Дариан заранее ненавидел её. Он ненавидел весь этот фарс. Королевство стояло на пороге масштабной войны с наступающей Тьмой, границы трещали по швам, а совет лордов заставлял его тратить драгоценные дни на свидания, балы и выбор «той самой».

В центре зала воздух внезапно сгустился, и закружился мощный фиолетовый вихрь. Придворные восторженно ахнули. Леди-невесты затрепетали, захлопали ресницами и приготовились оценивать конкурентку.