Однако, увы, имелся нюанс. В атмосфере обнаружились вредные оксиды азота — их было совсем мало, если смотреть в процентных долях, но для дыхания воздух был всё-таки непригоден. Артём разочарованно буркнул:

— И тут с подвохом…

— Статистика подтверждается, — согласилась Осень. — Дышать свободно и без модификации организма люди способны только в Десятеричной Гавани, если мы говорим о здешнем галактическом рукаве.

— О, кстати, — сказал Артём, — я давно хотел уточнить. На планете, где остался корабль моих друзей, жители ходили без дыхательных аппаратов, хотя углекислоты там — больше пяти процентов. Мы сначала подумали, что это — местная раса, которая в таком воздухе и сформировалась. Но теперь-то я знаю, это колонисты из Гавани. То есть у них организмы модифицированы? Это здесь обычная практика?

— Как правило, это пункт в контракте для колонистов, — сказала Осень. — Если колония — с постоянными поселениями, где люди могут прожить всю жизнь, то проще модифицироваться один раз, чем всё время ходить с дыхательным аппаратом. Человек ложится на несколько суток в капсулу, и нанороботы перестраивают ему организм.

— А до каких пределов это работает? У нас на Земле никто так не делает. Надобности нет, собственно. Мы к звёздам только недавно вышли, ещё не успели даже Золочёное Ожерелье заселить плотно. Ну, наши десять планет с подходящим воздухом.

— Рамки модификации — сравнительно узкие, — ответила Осень. — Можно настроить организм так, чтобы усваивать больше углекислого газа. Но основу для дыхания всё равно будет составлять кислород с азотом. Нельзя переключить человека, например, на дыхание метаном. Это уже была бы альтернативная биохимия, она недоступна. И с силой тяжести так же — можно немного адаптировать организм, но отклонение не должно превышать тридцати процентов…

Прервал их входящий вызов с планеты.

На стереоэкране возникли двое — брюнетка с коротким хвостиком волос и мужик с бородкой. Им было лет по тридцать с копейками, они были в простых рубашках с короткими рукавами. Находились в комнате с дневным светом.

— Здравствуйте, — заговорила брюнетка. — Вы ведь из Гавани? Разведчики? Ой, ну надо же, мы не ожидали…

Глаза её чуть расширились от удивления, когда она увидела Осень. Мужик тоже удивился, это было заметно.

— Мы здесь транзитом, — сказал Артём. — Промежуточная остановка. На эту планету не претендуем, не беспокойтесь.

— Да мы-то не хозяева, — зачастила брюнетка. — Планету открыли другие люди, а мы здесь просто биологи, изучаем экосистему. Уже полгода сидим одни, скоро взвоем. Аппаратура работает, всё в порядке, но одичали уже, почти как местная фауна. Заглянете в гости? Новости хоть расскажете, пообщаемся…

— Ну, в принципе, можно, — сказал Артём, переглянувшись с Осенью. — Но только ненадолго, буквально на час-другой. Задерживаться не будем.

— Ой, ну хотя бы так! Прилетайте, ждём!

— Выходить из корабля можете без скафандров, — сказал мужик. — Мы вас встретим, и маски с фильтрами вам дадим, они специально для этой атмосферы.

— Ладно, до встречи.

Когда изображение отключилось, Артём посмотрел на Осень:

— Ты же не против?

— Нет, пообщаться мне будет интересно. Надеюсь, я не покажусь слишком скучной.

— Ну, это вряд ли, — хмыкнул Артём. — Судя по тому, как они на тебя смотрели.

И он повёл корабль на снижение.

Континент, который перед ними открылся, был весь покрыт лесами, от одного края до другого. Правда, листва была не зелёной, а карминово-красной. И вряд ли так получилось из-за сезонного увядания, слишком уж однородным выглядел цвет. Под лазурным небом с белыми облаками это смотрелось нетривиально.

Лес поднимался на холмы и спускался с них. Иногда встречались долины, свободные от деревьев, но и трава имела красный оттенок. Лишь однажды справа по курсу мелькнула зеленовато-бурая проплешина — что-то вроде болота, как показалось Артёму, но подлетать туда он не стал.

В одной из долин приткнулся модульный домик с хозяйственными постройками, а поблизости — продолговатый корабль.

Артём сел рядом. Из домика уже вышли хозяева, на них были маски для дыхания. Брюнетка приветственно замахала.

Точно такие же маски Артём и Осень получили, шагнув из шлюза. Баллонов с воздухом не было, только фильтры напротив носа и рта.

Когда респираторы заработали, а гости осмотрелись, хозяева представились. Звали их Нугг и Тхигга, они были супружеской парой.

— Как вам наш лес? — улыбнулась Тхигга.

— Цвет необычный, — сказал Артём.

— Тут вместо хлорофилла другой пигмент отвечает за фотосинтез. Зелёные лучи поглощает, красные остаются. Ну, и вообще, лесной массив колоссальный, вы сами видите. Корнями опутал весь материк. Вот мы и исследуем. Ну, то есть я исследую флору, а Нугг — животных. Они здесь тоже с особенностями.

Пройдясь по двору, они зашли в дом, и Тхигга пообещала:

— Будем сейчас кормить вас местными продуктами. Всё опробовано на себе многократно, усваивается отлично. Я, правда, не совсем уверена насчёт вас, Осень… О вашем народе я слишком мало знаю…

— Не беспокойтесь, — сказала Осень. — Метаболизм у нас сходный. В Гавани я уже достаточно давно и пробовала местную кухню.

— Простите за любопытство, но как вы оказались в экипаже разведывательного судна Конгломерата? Мне всегда казалось, что ваш народ держится обособленно…

— Вы совершенно правы. Я не вхожу в экипаж, но мой собственный корабль получил повреждение, а Артём согласился меня подбросить.

— Да уж, — заметил Нугг, — теперь, если расскажем кому-нибудь, не поверят.

Они стали расспрашивать Осень о её земляках и о ней самой. Она отвечала в своём фирменном стиле, ровно и чуть занудно.

Артёма такой расклад устраивал полностью — Осень перетянула внимание на себя, а ему не пришлось рассказывать, как он оказался в Конгломерате.

Еда понравилась, стейк с обилием специй. Плюс мясистые овощи на гарнир — вроде помидоров, но синие. И сладковатый морс из фиолетовых ягод.

— Владелец этой планеты хочет, чтобы сюда летели охотники, — сказал Нугг. — И, в общем-то, вариант неплохой. Экзотика есть, баллоны таскать не надо, дичи полно. Но с хищниками не очень понятно. Планету открыли с год назад, изучали, потом забросили и перепродали. Якобы как раз из-за хищников. Экспедиция, которая была здесь до нас, вдруг резко сбежала. Оставила капсулу на месте своего лагеря, с сообщением. Но капсула повредилась, только клочок от записи сохранился. Если хотите, то могу показать…

— Ой, Нугг, прекращай, — поморщилась Тхигга. — Ребятам оно зачем? Они здесь всего-то на пару часиков, а ты привязался…

— Если речь о какой-нибудь научной загадке, — сказала Осень, — то это может быть любопытно. Я бы взглянула, если не возражаете.

Нугг, торжествующе посмотрев на Тхиггу, включил настенный экран.

В кадре появился спортивно сложенная блондинка с короткой стрижкой. Она что-то объясняла взволнованно, но шипение помех заглушало голос, а картинка подёргивалась ежесекундно. Только однажды пробился нормальный звук.

— … улетаем, — говорила блондинка. — Стая из четырёх… Сверххищник…

Прервавшись на полуслове, блондинка вздрогнула, оглянулась через плечо. Послышался чей-то вскрик. Изображение смазалось и исчезло, рябь пошла по экрану, а звук опять сменился шипением.

— Они взлетели с планеты, — добавил Нугг, отключив экран, — но перед отлётом что-то произошло. В их организме позже нашли неизвестный нейротоксин. Критического вреда он им не нанёс, но кратковременная память нарушилась. Грубо говоря, они забыли последние полчаса перед их отбытием. Смутно помнили только, что некий хищник ворвался в лагерь, его не остановили даже с оружием. Но разобраться уже нельзя.

Нугг включил ещё одну запись. Низина с красными склонами как будто заплесневела — зеленовато-бурые пятна покрывали траву, среди них угадывались остатки фундамента.

— Такое пятно мы видели, когда подлетали, — сказал Артём. — Мне издалека показалось, что там болото.