Сеанс связи завершился, капитан «Патфайндера» взял паузу, чтобы проинформировать других звездолётчиков.
— Сейчас у нас бодрствует одна смена, — пояснил он. — Но мы инициируем процедуру вывода остальных из анабиоза. Я не торопился с этим приказом, хотел сначала прояснить обстановку. Но, кажется, пора.
Когда он отключился, встречающие заговорили почти все разом, наперебой. Лишь через пару минут на планетолёте установилось затишье.
— Они летели полвека по их часам, — заметил один из физиков. — И, по словам капитана, у них там было пять смен, вылезали из криокапсул по очереди. То есть на каждого в среднем — по десять лет полёта…
— Да, судя по всему, — согласился его коллега. — Невероятно. Я лично не уверен, что согласился бы на такое. Но всё-таки это не корабль поколений, как в старинных фантазиях. Кто начинал полёт, тот и финиширует…
Впечатлениями обменивались долго и бурно. По большей части, правда, обсуждали сам факт прилёта и физические параметры корабля. Хотя Артёма больше интересовало другое — мотивация тех, кто оплатил экспедицию и при этом наглухо засекретил.
Но задавать такие вопросы в лоб Артём не спешил — сейчас, в торжественной фазе, это смотрелось бы не слишком уместно.
До Новой Флоренции «Патфайндер» с эскортом долетел через трое суток. Планетолёт встречающих мог бы лететь быстрее, но темп задавался гостем, уже растратившим скорость.
За это время было ещё несколько сеансов видеосвязи. Теперь обговаривались технические моменты и организационные.
— Господа, — сказал капитан встречающим, — мы будем признательны, если наше прибытие обойдётся без лишней помпы. Мы понимаем, что присутствие журналистов необходимо, но не хотим речей и пресс-конференций. Если потребуется, мы пообщаемся с прессой позже, без официоза.
— Как пожелаете, — сказал шеф-администратор слегка растерянно.
— Благодарю, — сказал капитан. — Как только встретимся лично, я подробнее познакомлю вас с ситуацией у нас на борту.
На звездолёте имелся челнок-разведчик, способный сесть на планету, но им решили не пользоваться — местные гравитационные транспорты были удобнее и надёжнее. Договорились, что часть прибывших сразу после стыковки переберётся на эскортный планетолёт.
А раз так, команда планетолёта вежливо попросила на выход всех лишних пассажиров, чтобы освободилось как можно больше противоперегрузочных кресел.
Алтанчимег, Артём и Николай перешли к себе на «Вальдшнеп», который пилотировала Оливия. Даша тоже была уже на борту.
«Вальдшнеп» больше не висел возле червоточины, в этом не было смысла. Гравитационная рябь исчезла после того, как «Патфайндер» прекратил торможение.
— Отправим отчёт на Землю с ближайшим почтовым транспортом, — сказал Николай. — Загадку мы разгадали, с рябью всё ясно.
— С рябью-то ладно, — сказала Даша, — а с этим звездолётом? Для чего его строили, что надеялись здесь найти? Вам их капитан рассказал? Пока вы к нему летали, я извелась тут от нетерпения!
— Врунишка, — засмеялась Оливия. — Ты с Марко гуляла и днём, и вечером. Никакой звездолёт старинный не волновал, you just didn’t care.
Даша покраснела, а Николай сказал:
— Насчёт звездолёта — постараемся разобраться. Обратимся к кому-нибудь из команды, когда ажиотаж подутихнет. Хотя, наверно, они до этого и сами расскажут.
— Стыковку показывают, — сказала Алтанчимег, кивнув на экран.
«Патфайндер» с эскортом уже дополз до орбиты Новой Флоренции и теперь висел на фоне её выпуклого края. Шла прямая трансляция.
Планетолёт притёрся к «Патфайндеру». Шлюзы были разными по диаметру и конструкции, поэтому к кораблям подтащили и дополнительный стыковочный узел, переходник.
— Стыковка подтверждена, — частила за кадром дикторша. — Сейчас звездолётчики начнут покидать корабль, впервые за много десятилетий! Мы передаём слово нашим коллегам, которые непосредственно наблюдают за встречей…
Изображение сменилось, теперь трансляция велась с борта планетолёта. Виднелись спины встречающих.
Шлюз открылся, и капитан «Патфайндера» первым шагнул на планетолёт, где его ждал шеф-администратор.
— Рукопожатие! — воскликнула репортёрша. — Момент, который войдёт в историю! Потомки встречают предков…
Шеф-администратор выдал короткий пафосный спич, капитан ответил в том же ключе, только лаконичнее. Все внимали.
— Сразу хочу представить двоих коллег, — сказал капитан. — Это Эндрю Линь, научный координатор полёта, и Торстен Шульце, старпом. Они отправятся на планету в составе первой группы и, если нужно, поделятся информацией.
— Простите, а как же вы, капитан? — спросил шеф-администратор.
— Мой статус подразумевает, что я сойду на «берег» последним. К тому же моя обязанность — показать вам корабль.
Тем временем звездолётчики выходили из шлюза, все в своих строгих комбинезонах, только нашлёпки различались по цвету. Эмблема корпорации тоже просматривалась на униформе — QW Space, стилизованные буквы на фоне круга, который был сдвинут вправо, символизируя, очевидно, планетный диск.
Молодёжи не было — всем за тридцать как минимум или старше, а некоторым и под полтинник. Мужчин и женщин — примерно поровну. Может быть, специально так подбирали, учитывая долгий полёт.
Репортёрша сунулась с микрофоном к вышедшей женщине, похожей на мексиканку:
— Добро пожаловать! Что вы чувствуете сейчас?
— Я даже не знаю… — растерянно ответила та. — Не могу никак осознать, что всё это происходит на самом деле, боюсь проснуться…
На планетолёте гостей встречали и помогали устроиться в противоперегрузочных креслах. Слышались чьи-то пояснения, даже смех раздался за кадром.
Вновь подключилась камера, снимавшая всё извне. Планетолёт отстыковался от звездолёта и развернулся к планете, а его место занял другой корабль, чтобы принять на борт следующую группу.
— Вот как-то так, — сказал Николай, глядя на экран.
— А если б не мы… — намекнула Даша многозначительно.
— … то их всё равно бы встретили, — сказала Алтанчимег. — Мы только чуть-чуть ускорили организационный процесс.
Репортаж продолжился с космодрома, который располагался возле столицы Новой Флоренции. Там садились планетолёты, а новоприбывших отвозили в санатории, где врачи должны были взять их под наблюдение. Впрочем, у экипажа имелась биоблокада — её изобрели в прошлом веке, лет за пятнадцать до отлёта «Патфайндера». И у местных она была поголовно, само собой, так что эпидемий не опасались.
Как и просил капитан, обошлось без пресс-конференций у трапа. Но журналисты пообещали подробные интервью через пару дней, в том числе с самим капитаном.
— Ну вот, — огорчилась Даша, — опять откладывается.
— Пусть отдохнут, акклиматизируются, — сказал Николай. — Хотя, как я понял, несколько технарей останутся пока на «Патфайндере», чтобы законсервировать все системы…
— Да, так они сказали, — подтвердила Оливия. — Техники с Нью-Флоренс им помогают. А когда сделают, туда можно будет гостям. Экскурсия в engine room, для специалистов. Кэп разрешает.
— Ты подала заявку?
— Да, её смотрят. Жду.
— Аннигиляционную установку я тоже глянул бы, — сказал Николай, — хоть я и не спец. Хтоническая штуковина.
— А я бы прогулялся в жилые модули, но туда пока не пускают, — сказал Артём. — Тоже буду ждать.
На этот раз, впрочем, Артём не маялся от безделья.
В сети уже появились списки всех прилетевших, для этого завели специальный сайт. Контактных номеров не было, позвонить напрямую было нельзя, как и написать, но имелась опция — оставить заявку. Артём воспользовался, конечно.
Мелочиться не стал, запросил общение с капитаном или с научным координатором. Указал, что имеет профессиональный интерес как историк и даже был в составе встречающей делегации. Не баран чихнул, как сказали бы в старину.
Заявке Артёма присвоили высокий (хоть и не высший) приоритет, появилась соответствующая пометка.
Пока же он стал отслеживать новости насчёт звездолётчиков, смотрел репортажи. Блиц-интервью тоже появлялись.
