«В самых глубоких тенях, где доверие обращается в пепел, а тайны кровоточат словно открытые раны, воздух полнится шёпотом, и яд просачивается сквозь тишину. Подойди ближе, дорогой читатель, не бойся. Ведь каждое предательство — это загадка, шифр, скрывающий могущественную истину, а каждое мрачное откровение — ключ, который затянет тебя ещё глубже в тайну, лежащую в самом сердце этой истории».

«Тем, кто хранит мечты в своём сердце, кто осмеливается верить в себя, даже когда путь крут, а ночи бесконечно длинны. Пусть даже в самые тёмные мгновения вы всегда находите свет, в каждом испытании — силу, а в себе — смелость продолжать тянуться к звёздам, какими бы далёкими они ни казались. Ваши мечты — это крылья, которые понесут вас вперёд. Никогда не отказывайтесь от них».

Дорогой читатель!

Спасибо, что отправились в это путешествие вместе со мной. Прежде чем погрузиться в четвёртую книгу цикла, я хочу ещё раз подчеркнуть, насколько важно прочитать первые три книги, а также книгу о злодеях. Каждая часть — важнейший фрагмент большой головоломки, и поверьте, вам не захочется упустить ни единого мгновения.

До сих пор мы путешествовали сквозь время вместе с нашими любимыми героями: от древних чудес Рима в книге «Рождённые временем» до опасных поисков Клинка Теней в Америке XIX века во второй книге, а затем — к путешествию Романа в современный мир, где в третьей книге наши герои раскрыли леденящую душу правду об Обществе охотников за временем. Это путешествие завершилось потрясающим откровением: мать Оливии всё ещё жива. Теперь, в книге «Охотники за временем», ставки высоки как никогда. Наши герои продолжают поиски кинжала Луны в Уэльсе 1597 года, где их уже поджидает судьба.

Надеюсь, вы готовы, потому что эта книга изменит всё. Самая большая тайна, которую я до сих пор хранила, вот-вот будет раскрыта. И когда вы узнаете правду, пути назад уже не будет.

Я вложила всю душу в этот цикл и надеюсь, что он увлечёт вас в незабываемое приключение. Пристегните ремни — вас ждёт путешествие, равного которому ещё не было.

Со всей любовью,

Сара

АЛИНА

НЕДЕЛЕЙ РАНЕЕ

Резкий запах страха смешивался с металлическим смрадом крови, когда я наклонилась ближе к извивающемуся мужчине, прикованному цепями к стене. Кляп, засунутый ему в рот, заглушал его скулёж, но широко распахнутые, влажные глаза кричали об ужасе, который не могли выразить скованные кляпом губы.

Скудный свет, проникавший через маленькое окно под потолком, отбрасывал зловещие тени на грязный, прогнивший пол темницы. Воздух был тяжёлым, пропитанным тошнотворным запахом разложения и отчаяния. Я почти не обращала внимания на окружающую обстановку, поглощённая единственной целью — любой ценой вернуть проклятый кинжал Луны.

— Где он? — прошептала я, и мой голос прозвучал словно змеиное шипение, пока лезвие моего кинжала скользило вдоль старого шрама на его щеке — напоминания о нашей последней встрече. Он отчаянно замотал головой, его кожа дрожала под холодной сталью.

— Подумай хорошенько, — произнесла я. — Кинжал Луны и древние свитки времени — не какие-нибудь безделушки, о которых можно просто забыть.

Остриё кинжала прокололо его кожу, и на ней набухла алая капля, словно обещание.

Четырнадцать лет… Прошло четырнадцать лет с тех пор, как я впервые сделала смерть своей союзницей. Четырнадцать лет криков и молчания, кровопролития и предательств…

Каждый вырванный мной крик, каждая пролитая капля крови становились нотой в симфонии моего существования, свидетельством беспощадного мастерства, которое я отточила за эти годы. Мои руки, когда-то нерешительные и неуверенные, теперь двигались с точностью искусного мастера, вырезая страдание на плоти с изяществом, доступным лишь опытному убийце.

Гнилостное зловоние пропитывало воздух, душило меня, подавляя все остальные ощущения. Запах разлагающейся плоти заполнял помещение, напоминая о моей неудаче и предупреждая об ужасах, которые ждали меня, если я не сумею вернуть оружие. Но я продолжала, полная решимости выяснить, где находится кинжал, несмотря на всепоглощающий смрад смерти, окружавший меня.

Приглушённые крики моей жертвы эхом отражались от каменных стен, когда я просунула холодное, острое лезвие кинжала под кляп. Резким движением руки я без труда разрезала его, заодно задев плоть мужчины. Из зияющей раны хлынула кровь, густым багрянцем заливая мои руки. Его тело содрогалось в агонии, но я упивалась силой, которая с каждой секундой всё мощнее струилась по моим венам.

— Пожалуйста, — наконец выдавил он, с трудом выговаривая это отчаянное слово.

Я слишком хорошо знала, что нельзя доверять мольбам тех, кто хранит секреты. Секреты, способные открыть доступ к могуществу, которого я добивалась, к силе, которую мы все жаждали заполучить.

Я наклонилась ближе, позволив своему дыханию коснуться его уха.

— Твоя боль закончится, когда ты скажешь правду, — заверила я его, хотя мы оба прекрасно понимали, что это ложь.

Его рот исказился в гримасе. Он стиснул зубы и покачал головой, отказываясь говорить. Собравшись с духом, я наклонилась ещё ближе и прошептала с непоколебимой решимостью:

— Ты сделал свой выбор.

С плавной, почти бархатной лёгкостью я провела холодным лезвием по его шее, оставляя тонкую алую полоску крови, которая потекла вниз по груди. Воздух словно застыл от напряжения: мы оба понимали всю тяжесть этого мгновения и необратимость его последствий.

Его глаза, широко распахнутые от осознания неминуемой гибели, на долю секунды встретились с моими, прежде чем я оборвала его жизнь. Я расстегнула оковы, и его тело рухнуло на пол, присоединившись к остальным, кто пал от моей руки. Я стояла над их безжизненными телами, и осознание окончательности содеянного окутывало меня словно густой туман. Сердце глухо стучало о рёбра — единственный звук в мире, погрузившемся в безмолвие. Ни кинжала Луны. Ни свитков. Лишь неподвижность смерти, ставшей моей неизменной спутницей.

— Есть успехи? — Голос нарушил уединение, в которое я погрузилась. Я обернулась и увидела Матиаса, прислонившегося к косяку двери темницы. Он скрестил руки на груди, а тени скрывали выражение его лица, не позволяя угадать мысли.

— Отец, это ты! — воскликнула я. Словно повинуясь невидимым нитям, связывавшим нас узами крови, я перепрыгнула через поверженную жертву и бросилась к нему, с каждым шагом сбрасывая с себя тяжесть недавнего убийства. Отец следил за моим приближением, и его глаза сияли гордостью. Он встретил меня с распростёртыми объятиями, а знакомый запах кожи и стали окутал меня словно плащ, даря ощущение его одобрения.

Я уткнулась лицом ему в грудь, когда он крепко обнял меня. По щекам потекли слёзы, и я прошептала:

— Я так сильно по тебе скучала.

— Я тоже скучал по тебе, дочь моя, — ответил отец дрожащим от волнения голосом. Он нежно поцеловал меня в лоб, а затем слегка отстранился.

— Алина, — произнёс он, оглядывая разлагающиеся тела, разбросанные по комнате. — Только посмотри на себя — моя дочь, моя ученица. Ты превзошла все мои ожидания.

Я позволила себе едва заметную улыбку, наслаждаясь его редкой похвалой и чувствуя, как тьма внутри меня довольно мурлычет.

— Твоя точность и беспощадность, — продолжил он, широко ухмыляясь по-волчьи. — Ты стала смертоносной убийцей, и мне это чертовски нравится!

Эхо наших шагов смешивалось с шёпотом прошлого, пока мы шли по тускло освещённым коридорам, покидая темницу и поднимаясь наверх, в кабинет Сальваторе. Дверь со скрипом распахнулась, открывая стены, заставленные книгами, хранившими тайны куда мрачнее их кожаных переплётов. Я повернулась к отцу, сгорая от нетерпения узнать новости.

— Отец, рассказывай! Что тебе известно?