— Ты сдохнешь от моей руки, мразь. От руки князя Корчинского! — гордо выпалил дворянин и упал на одно колено подле демона.

— Охренеть, какая ты крыса, — ядовито заметил я, медленно поднимаясь с пола.

Руки дрожали, а доспехи, кажется, каким-то чудесным образом стали весить минимум пару тонн.

— Заткнись! — гневно бросил мне Корчинский, попутно сорвав шлем с головы рыцаря. — Зверев, ты всего лишь тупой инструмент, деталь в сучьем механизме! Шестерёнка, которую всегда можно заменить. А я — тот, кто управляет механизмом, потому и вся слава должна достаться мне! Ты слуга, а я господин!

Он ожег меня взглядом, полным слепой ненависти, а в его руке блеснул обломок сабли. Ещё миг — и князь воткнёт его в шею Ира-Кана, чьё смуглое, изрезанное шрамами лицо блестело от пота, а чёрные как мрак глаза глубоко запали в череп. Но вот его губы… Они вдруг дрогнули и сложились в ехидную улыбку.

— Ты слишком много болтаешь, человечек, — прошептал он и умудрился вызвать «призрака», каким-то образом сумев наскрести выносливость там, где её, по сути, не должно было остаться.

Однако Ира-Кан был не рядовым демоном, даже не являлся просто каким-то высшим, он был членом Совета Тринадцати, а это о многом говорило. И пусть «призрак» получился мелким и тщедушным, похожим на бледно-чёрную летучую мышь, у которой лишь клыки и когти получили временное овеществление, но они стали твёрдыми и опасными.

«Призрак» метнулся к перекосившейся от ужаса и изумления физиономии князя и распорол её когтями.

— А-а-а! — завопил Корчинский, упав на спину и прижав ладони к окровавленному лицу. — Мои глаза! Глаза!

— Су-у-ука! — успел выдохнуть я, прежде чем «призрак» вцепился в мою шею, вырвав из неё приличный кусок.

Кровь обжигающей струёй вырвалась из раны, будто кто-то вытащил пробку из бочки с вином. Тут же в ушах раздался противный писк, а перед глазами всё поплыло. Руки ослабли, и я снова грохнулся на пол, ткнувшись носом в быстро расползающуюся лужу горячей крови. Тело словно перестало принадлежать мне, такая слабость пронзила его.

А вот Ира-Кан натужно захрипел сквозь зубы и медленно, тяжело, перебарывая себя, сумел встать на ноги, подтверждая, что он могучий воин, способный быстро восстановиться даже после полной потери выносливости.

Да, рыцарь едва стоял на ногах, качался как пьяный, но его рука поползла к кинжалу на поясе. Клинок блеснул в свете пламени, подрагивая в руке демона, шагнувшего к князю. А тот, сидя на заднице и отталкиваясь ногами от пола, пополз прочь от Ира-Кана, всё так же прижимая к лицу обагрённые кровью ладони.

— Господин, господин! — залопотал Корчинский дрожащим голосом, срывающимся на фальцет, режущий барабанные перепонки не хуже скальпеля. — Молю, оставьте мне жизнь! Мы можем договориться! Заберите жизнь Зверева!

Я стекленеющим взором сумел разобрать, как демон повернул голову в мою сторону.

— Он и так сдох, как я и говорил. Из него крови натекло больше, чем из иного хряка. Всё же надо признать, что он был достойным противником. Даже имел все шансы убить меня. Но ты, человечек, своей подлостью помог мне.

— Я… я ещё могу помочь вам. Клянусь! У меня есть власть, деньги! — выпалил сквозь ладони Корчинский и что-то залопотал дальше.

Но я уже не мог разобрать его слов. Голос князя лично для меня превратился в шёпот. Слух, как и зрение, начал оставлять меня, вытекая с каждой каплей крови, покидающей организм. Сердце уже билось через раз, мысли туманились, а слабеющий пульс отстукивал последние секунды до забвения.

Да, «регенерация» принялась латать моё тело, но успеет ли? На счету каждая секунда. Стоит мне потерять сознание, и в себя я уже могу не прийти. Демон легко сумеет заметить, что моя рана исчезла, и добить…

Третий этаж Речного вокзала

Ира-Кан переступил ногами, стоя в метре от Корчинского, судорожно прижавшегося спиной к двери с табличкой «Н. Е. Черная, бухгалтерия».

— Я… я буду служить вам! — выпалил объятый ужасом князь и отнял ладони от лица.

Левый глаз вытек, но правый уцелел. Он лихорадочно сверкал на физиономии, наискосок пересечённой двумя глубокими бороздами, сочащимися кровью.

— Хочешь предать свою расу? — презрительно усмехнулся Ира-Кан, сжимая кинжал. — Я уже видел, на что ты способен. Такие, как ты, легко предают всех и вся. У тебя один путь… в Пекло!

— Не-е-ет! — завизжал Корчинский, когда клинок понёсся к нему.

Однако кинжал демона вонзился не в лицо князя, а со стуком вошёл в дверь над головой вопящего аристократа, будто что-то помешало Ира-Кану нанести точный удар. Более того, рыцарь с вытаращенными от боли глазами рухнул на князя всем своим весом.

Корчинский заорал пуще прежнего, но умудрился ужом выскользнуть из-под Ира-Кана. А демон остался лежать лицом вниз. Из его шеи под затылком торчал прекрасный кинжал с пульсирующим рубином в навершии. И казалось, именно он заставил тело демона чуть ли не в мгновение ока превратиться в мумию.

— Что за бросок… что за бросок… — восхищённо просипел Зверев, умудрившись подняться на четвереньки.

Князь уставился на него совершенно диким взглядом единственного взгляда. У Корчинского даже воздух застрял в горле, как у человека, увидевшего, как скелет поднимается из могилы. Пропало ощущение реальности. Всё казалось чёртовым кошмаром! Бредом!

Корчинский отказывался верить, что проклятый старик снова выжил и победил. Какие же мерзкие бесы помогают ему⁈ Он словно и не человек вовсе, а какой-то древний бессмертный!

Мистический страх пронзил спину Корчинского, заставил его руки затрястись, но уже через мгновение внутренний голос жарко зашептал князю, что опасность ушла, демон повержен, больше нечего бояться, можно снова чувствовать себя истинным князем, а князья не могут выглядеть растерянными, перепуганными и уж тем более трусливыми.

— Ты вовремя метнул кинжал, Зверев, — чуть свысока произнёс Корчинский, пряча за спину дрожащие руки, — пока я отвлекал его глупыми речами, давая тебе время прийти в себя. Ты молодец.

— Ага, всё именно так и было, — ехидно усмехнулся вставший на ноги старик, заставив щёки князя заалеть.

— Да, именно так и было! — яростно выпалил Корчинский, брызжа слюной. — Никто не поверит в другую версию, понял⁈ И лучше тебе молчать! Я сам расскажу народу, как всё было!

— Уж ты-то расскажешь…

— Не ты, а вы! Я князь!

— Шли бы вы отсюда… князь. Дальше я сам разберусь, так будет больше шансов, что никто не оттолкнёт меня в сторону, когда я буду в мгновении от того, чтобы убить какого-нибудь демона.

Корчинский неожиданно быстро вскочил на ноги, подброшенный яростью и стыдом, клокочущими в груди. Эмоции буквально раздирали его. У него аж вены вздулись, а желваки играли под кожей. Взгляд единственного глаза прожигал Зверева, как лазер. Рука же скользнула в карман, цапнула там что-то и швырнула старику под ноги.

— Артефакт, закрывающий проход. Он здесь, на крыше, в башенке, — процедил князь, резко развернулся и почти побежал к запасному выходу с этажа.

— Корчинский! — бросил ему в спину Зверев. — Мой вам совет. Прикупите чёрную повязку на глаз, возьмите корабль и отправляйтесь пиратствовать. Покиньте империю.

Тот ничего не ответил, а выскочил вон.

Всё тот же третий этаж Речного вокзала

Пламя, пожирающее кресло, начало стремительно опадать. И мне хотелось упасть. В ушах будто комары пищали, а ноги стали ватными из-за потери крови. Из меня столько вытекло, что можно было кораблики пускать.

К счастью, всё же «регенерация» не дала мне помереть. Более того, я даже сумел швырнуть «Вампира» в Ира-Кана, стремясь убить его до того, как моё сознание канет в черноту. Благо оно не оставило меня. А кинжал убил-таки демона, хотя я бросал его чуть ли не наугад, поскольку уже плохо видел и слышал. И надо же такому было случиться, «Вампир» угодил в рыцаря как раз в тот миг, когда Ира-Кан решил избавить мир от мрази по фамилии Корчинский. Нет, всё-таки сам Сатана бережёт его жизнь!