— Капитан⁈ — изумился я, вскинув брови. — Нынче прямо день встреч. Как вы оказались с этими достойными людьми?

— Как-как. Прибился. Я ведь здесь неподалёку живу. Услышал возле дома хлопки выстрелов, понял, что кто-то пытается организовать сопротивление, вот и выбежал к ним, желая помочь. А они мне о каких-то демонах давай талдычить.

— А где ваша семья?

— Слава богу, ещё на той неделе всем составом в деревню отбыли, — с облегчением вздохнул капитан и перекрестился, а потом иронично добавил, глядя на мои пистолеты: — А вы, смотрю, тоже решили попытаться защитить город? Оружие-то откуда? Надеюсь, не краденое? Иначе мне придётся посадить вас за кражу.

— Так, хватит болтать! — нетерпеливо процедил рослый, который наверняка являлся командиром отряда. — У меня есть приказ, который предписывает мне использовать в бою даже гражданских, так что вы, гражданин, хоть и немолоды, но поступаете под моё командование.

— Э нет, вы чуть ошиблись. Это я беру ваш отряд под своё командование, — улыбнулся я.

— Старик, ты совсем рехнулся? — процедил широкий и больно ткнул меня глушителем в грудь.

— Господи, я понял, что за полоумный старик может оказаться на нашей стороне, — ошарашенно протараторил боец, молчавший всё это время. — Господин Игнатий Николаевич Зверев.

— Он самый, — криво ухмыльнулся я, сняв бороду и парик.

Народ ахнул в едином порыве, словно с небес спустился ангел божий. Понятное дело, что лично никто из присутствующих не знал меня, но все видели мою физиономию по телевизору, в интернете и в газетах.

Люди опустили оружие, а капитан вытаращил глаза так, словно усомнился в реальности происходящего. Даже дал себе звучную пощёчину, после чего кивнул и понятливо ухмыльнулся, мигом соотнеся всё то, что ему уже довелось видеть в моём исполнении.

К счастью, командир бойцов оказался всё же профессионалом.

— Пароль, господин Зверев, — сипло проговорил он, напряжённое застыв.

— Империя превыше всего, — вспомнил я, почесав кончик носа.

— Верно, — радостно заулыбался командир и схватил меня за руку, принявшись исступлённо пожимать её. — Я так рад, что вы с нами, Игнатий Николаевич. Нам только что пришёл приказ срочно атаковать Речной вокзал. Вы поведёте нас? Времени нет, пора приступать к делу.

— Тпру, ретивый какой. Надо всё продумать. Две минуты погоды не изменят. В таких делах спешка ведёт к глупой и ненужной смерти. Нельзя вот так в лоб атаковать Речной вокзал. Ты видел, сколько там демонов? У иной бродячей собаки блох меньше.

— Тут такое дело… — облизал губы командир, придвинувшись ко мне ближе.

Он оказался почти лысым блондином с худощавым лицом, носящим шрам над верхней губой прямо под длинным, острым носом.

— Какое дело? — нахмурился я, слыша голоса демонов, хозяйничающих за глухой стеной дома, возле коего мы стояли.

Блондин взял меня под локоть и торопливо отвёл к противоположной стене проулка, чтобы нас не слышали его подчинённые, капитан и второй гражданский.

— Мы должны отвлечь внимание демонов, чтобы другой отряд смог с реки высадиться на набережную и скрытно войти в здание Речного вокзала, — объяснил он свистящим шёпотом.

— Ты же понимаешь, что никто из вас не выживет? Демоны положат всех, — прямо проговорил я, торопливо прикидывая, что делать в такой ситуации.

— Мы готовы умереть во благо империи, — решительно отчеканил воин, стиснув челюсти так сильно, что едва не раскрошил зубы.

На меня он посмотрел с толикой презрения, словно заподозрил в трусости. А его подчинённые бросали на меня восторженные взгляды. Их явно воодушевило моё появление. Так Ахиллес в древнегреческой мифологии одним своим появлением на поле боя заставлял соратников чувствовать прилив храбрости.

Бойцы видели во мне того, кто проведёт их живыми через ад грядущей битвы. Ведь они не были юнцами или дураками. Все понимали, что никто не выживет, ежели в точности исполнить приказ.

— Кто приказал вам атаковать так тупо? — прошипел я, раздувая крылья носа. — Князь Корчинский? Чувствую его руку, беспощадную к соратникам.

— Да, это его приказ, — нехотя кивнул командир, словно выдал какой-то секрет.

— Значит так, поступим по-моему…

— Я не могу нарушить приказ! — перебил меня блондин, сверкнув глазами.

— Никто и не просит тебя его нарушать. Мы атакуем Речной вокзал, но сделаем это так, как я скажу. Все последствия я беру на себя. Уяснил? — обрушил я на бойца тяжёлый взор, способный расколоть алмаз.

Тот переступил ногами, покосился на подчинённых, кивнул и хрипло спросил:

— Какой у вас план?

— Гляди, — проронил я, вытащил из-за пояса штанов пистолет и нажал на спусковой крючок.

Раздался щелчок, но пуля не вылетела из ствола.

Да, как мне и думалось, огнестрел уже перестал работать.

— Дерьмо, — очень точно обрисовал ситуацию блондин. — Но нас уже предупредили, что такое возможно. Придётся использовать холодное оружие.

— Самое лучшее холодное оружие — это ум. Не будем мы махать саблями и мечами. Демоны владеют ими в десятки раз лучше. Поступим хитрее. Воспользуемся одной из древнейших уловок. Мы с тобой нацепим доспехи демонских рыцарей и поведём остальных к Речному вокзалу. Сделаем вид, что они наши пленники.

— Чушь! Ничего не получится! — выдохнул боец, вскинув подбородок. — Нас сразу раскусят, стоит демонам что-то спросить у нас на их ублюдском языке, похожем на хрюканье спаривающихся животных.

— Нам повезло, я умею хрюкать, как спаривающееся животное. Чего глаза таращишь? Не понял? Я разговариваю на их языке лучше, чем на английском. Ежели они чего-то спросят, то скажу им, что веду людей в дар Ира-Кану. Это их нынешний военачальник. Думаю, нам поверят, ведь все твои люди — маги, верно? Капитан тоже маг. Значит, их души весьма ценны для демонов.

Лицо блондина исказилось от тяжёлых дум, морщины стали резче, взгляд замылился, словно пытался узреть будущее. Даже испарина на лбу выступила, а на шее тревожно забилась жилка.

— Ладно, — неуверенно проронил он, явно колеблясь. — Из этого что-то может получиться. Командуйте, господин Зверев.

— Надо наведаться в особняк неподалёку. Там лежит как минимум один дохлый рыцарь-демон. Сколько у нас есть времени до высадки группы, которая прибудет по реке?

— Десять минут, — без запинки отчеканил он, словно у него в голове тикали часы.

— Успеем. Только пойдём по крышам. Надо миновать всего две, так что ничего сложного не предвидится. Вон балкон второго этажа выходит в проулок. На него заберёмся, затем в дом, потом на крышу. За мной.

Я скользнул вдоль стены к кованому балкону, неведомо каким хреном направленному в проулок.

Остальные поспешили за мной. И что самое важное, мы все, помогая друг другу, сумели взобраться на балкон и проникнуть в дом. Тот уже смердел кровью. Она заляпала паркет, дорогие ковры и резную мебель. Никто уже не стонал и не звал на помощь. На лестнице лежала прислуга с распоротым горлом, на третьем этаже в зале обнаружилась полуголая семейная чета. Демоны убили всех и покинули дом. Даже шпица не пожалели.

— Суки, — процедил я, поднимаясь на крышу по вертикальной лестнице.

Впереди меня следовал капитан, предпочитавший не смотреть на трупы, словно винил себя в том, что с ними произошло.

— Давайте руку, — хмуро бросил он мне, первым выбравшись на черепичную крышу.

— Сам справлюсь, — выдал я и следом добавил, очутившись рядом с полицейским. — Вы не смогли бы защитить местных граждан. Не вините себя.

— Не получается, — вздохнул тот, мрачно глядя на горящий город, оглашаемый криками и автоматными очередями, раздающимися где-то на окраине, куда не добиралось действие артефактов демонов. — Что вы задумали, Зверев? Какой у вас план?

— Надеюсь, что блестящий, — дёрнул я уголками губ и, согнувшись в три погибели, двинулся за бойцами, посеменившими к соседнему дому, стоявшему так близко, что он соприкасался крышей с этим особняком. — Капитан, вы можете не участвовать. В этом нет никакой трусости, просто вы вряд ли обладаете должной подготовкой.