— Как я могу тебе отказать, — с тяжёлым вздохом сказала мама. — Отец гордился бы тобой.

В её голосе снова мелькнула короткая визгливая нотка, но она тут же взяла себя в руки.

— Держись, мам. Я уточню, как там отец, а вечером тебе расскажу. Хорошо?

— Договорились, дорогой.

Мы попрощались и положили трубку. Прикрыв глаза, я откинулся головой на стенку, чувствуя, как бетон холодит затылок. Голова сразу загудела, и я отодвинулся.

Телефон пискнул, сообщая, что он хочет есть. Пришлось встать со стула и поискать в коридоре розетку, благо их не затыкали и посетителям разрешали ими пользоваться. Подключив провод, я услышал шумные шаги: вышел Андрей. Он крутил головой в поисках меня. Я помахал рукой и Пламенный устремился в мою сторону.

— Пошли, Лекс хочет с тобой поговорить.

— С каких это пор посторонних пускают в палату?

Андрей скривился так, будто ему подсунули прокисший сон:

— Она сказала врачам, что ты её жених.

Тут я замер. Мда. Женщины. То убить готовы, то в жёны напрашиваются. Я покачал головой:

— Я сейчас сделаю один важный звонок, — показал на заряжающуюся трубку, — и тогда сразу подойду. Какая палата в итоге?

— Двести восьмая. Нужно будет на лифте на второй этаж подняться. Хорошо, ждём. — И, развернувшись, ушёл обратно.

Я же подождал две минуты. Сидеть на корточках у стены было неудобно, но что ни сделаешь ради зарядки. Когда полоска батареи доползла до двадцати процентов, я набрал номер.

— Дементий, — поприветствовал меня голос в трубке.

— Добрый, отец Феодосий. Расскажите, как дела у моего отца?

— Секунду, — монах что-то буркнул в сторону, видимо отдавая указания, после чего вернулся ко мне: — Физически твой отец в норме. Он крепко спит, и наши специалисты показывают, что он жив, пусть и очень далеко в Царстве снов.

— А не физически? — я не дал обмануть себя псевдо-хорошими новостями.

Феодосий хмыкнул.

— Он словно пытается уйти в глубину снов ещё дальше. Мы подцепляем ему сны и это помогает сохранить его состояние стабильным, но после той атаки демонов в больнице он словно не хочет идти сюда, в реальность.

Я помолчал, думая, говорить о своих мыслях или нет.

— Отец Феодосий, — чуть неуверенно начал я, — а если предположить, что прорыв реальности в больнице был не со стороны демонов, а со стороны моего отца?

Теперь настало время замолчать монаху. Я не прерывал его размышления, лишь несколько раз проверял экран телефона, чтобы убедиться, что звонок продолжается. Наконец он вымолвил:

— Такое возможно. Теоретически. Если демоны пытаются прорваться в нашу реальность, почему бы нашим душам, блуждающим по миру снов, не попасть в подобную ситуацию. Хотя это всё равно странно — он снова помолчал. — Я кое-кто проверю и тогда тебе сообщу. А пока скажи мне, удалось ли тебе наладить печать снов?

— Да, мы запустили машину и первая партия в процессе.

— Отличная новость! Машины снов должны создавать сны! Это их предназначение. Их Путь! — чуть пафосно продекламировал отец Феодосий.

— Кстати, ещё кое-что — перебил его я.

— Да?

— Мне кажется, мы случайно нашли прорыв или демона в нашем мире.

— Ты закрыл его? — голос монаха стал очень серьёзным.

— Нет. Это не мой профиль, — съязвил я, — да и далеко от машины. Поэтому говорю вам.

Монах выслушал краткую историю поиска нашей знакомой, уточнил координаты развалин, после чего попрощался и прервал связь.

«Ну ты где?» пришла мне смс от Андрея. «Лекс скоро начнёт кусаться!»

Это твои проблемы, дорогой друг. Ты любимый брат — ты и терпи. А я ещё немного заряжу телефон

— Ладно, пошли, узнаем, что там такого мне хотела рассказать Лекс.

Поднявшись на второй этаж и выйдя из лифта, я тут же напоролся на дежурную медсестру. Женщина мгновение изучала меня со скукой на лице, а потом его перекосило.

— Здрасьте, мне в двести восьмую, — сообщил я, стараясь улыбаться вежливо.

Хотя мне казалось, что моя улыбка сейчас больше похожа на оскал: на посту оказалась та же медсестра, которая чуть ранее дежурила у моего отца.

Медсестра молча указала куда идти, а когда я отошёл, пробубнила что-то. Уловил я только «достал» и «задрали». Что ж, каждому своя планида. Морфей ей судья.

Вежливо постучав в дверь палаты, я вошёл. Внутри оказалось четыре койки, но занята была лишь одна — на ней лежала перебинтованная Лекс.

Она была одета в больничную пижаму, нога в гипсе торчала из-под одеяла. Андрей сидел рядом с пунцовым лицом. Лицо девушки было обмазано зелёнкой, от чего она походила на командос, которого раньше времени эвакуировали из джунглей.

— Чего так долго? — спросила Пламенная, поправляя волосы.

Я молча подтянул стул от соседней койки, уселся, разглядывая девушку. Пытался найти в ней что-то. Что? Да демоны его знают. Возможно то, что потерял?

— Как нога? Перелом? — спросил я.

Лекс нахмурилась, но ответила:

— Трещина. Тварь сжала мне ногу так, что кость хрустнула. Плюс гигантский синяк от упавшей балки.

— Как состояние в целом? — продолжил я.

Взглядом ненароком зацепился за её грудь. Под тонкой тканью было видно, что она без лифчика и на меня нахлынули воспоминания и пришло возбуждение. Вот демон! Я перевёл взгляд обратно на её лицо.

— С чего такой интерес? — с вызовом ответила Лекс и чуть кокетливо улыбнулась. Заметила, куда я смотрел.

— У меня всегда был интерес, — непроизвольно вырвалось у меня, — да только толку-то. Использовали и двинулись дальше. Неприятно.

— Тогда почему приехал? Если неприятно?

Андрей поднял руку, планируя вклиниться, но я остановил его жестом.

— Во-первых, потому что мне не всё равно. Во-вторых, потому что попросил Андрей. В-третьих, я знаю, что ты ввязалась в неприятности, которые могут выйти боком не только тебе, но и всей твоей семье.

Лекс сжала губы в тонкую линию и бросила короткий взгляд на брата. Тот не заметил этого, потому что с открытым ртом смотрел на меня.

— Куда она влезла? Кроме дома. Кстати, — Андрей повернулся к сестре, — ты так и не сказала, как оказалась внутри этого дома.

Я закинул ногу на ногу, положил руки замком на колено и изобразил вежливое любопытство. Глядя на меня, Лекс вздохнула.

— Сама попросила о помощи, самой расплачиваться. В общем дело было так.

Она рассказала, что последовала за отцом, когда тот в спешке приехал домой после той ночи. Он собирался куда-то и был крайне неразговорчивым. Сказал не высовываться. Лекс не послушалась и сказала Андрею, что они с отцом уезжают, а сама ранним утром втихаря проследовала за Осколом.

До фабрики Пинчей они дошли пешком, а после Пинч с Осколом и несколькими людьми сопровождения сели в машины и уехали. Перед тем, как сесть внутрь, их отец спросил у Пинча, куда они направляются и тот ответил, что едут на встречу с инвесторами на приморскую виллу.

Лекс знала о двух виллах, что принадлежали Пинчу, поэтому не стала изображать из себя шпиона, и вместо такси села на электричку и поехала к морю. Там она быстро нашла нужно место и угадала прямо с первого раза: у той виллы стоили все три машины, на которых уехали люди Пинча, плюс белый лимузин и два красных джипа — видимо тех самых инвесторов.

— Я попробовала проникнуть внутрь, — грустно усмехнулась Лекс, — но стена оказалась высокой, с колючкой, по углам камеры. На крыши соседние тоже не забраться. Думала использовать

Она замолчала, снова глянув на брата, на что Андрей ответил:

— Я знаю про шестерёнку. И про твои силы. Тебе предстоит кое-что узнать

— Позже, — перебил его я. — Сначала говорит она. Ты смогла проникнуть внутрь виллы?

Теперь Александра выглядела заинтригованной и от этого, видимо, у неё из-под ткани стали торчать сосочки Демон, прекрати!

Лекс продолжила:

— В общем, я попробовала использовать силу шестерни, но — Она задумалась. — Словно что-то мне помешало. Словно весь огонь, который я могла создать, сдувало куда-то. Относило в сторону. Так что я покружила вокруг виллы, пожала плечами и пошла домой. Было уже поздно, опоздала на электричку. Решила прогуляться пешком. Думала, если повезёт, поймаю такси или попутку. На удивление дорога была совершенно пуста, стало холодно. Не нашла ничего умнее, чем пойти под крышу погреться. Задремала, привалившись к стене. Когда проснулась, поняла, что продрогла: почти утро на дворе. Решила развести огонёк, а тут