— Я стар и вижу то, чего не видишь ты. Я хочу помочь тебе понять то, что ты должна понять. Ты любишь его и не будешь счастлива, если уйдешь. Это будет трусливое бегство, совсем не в духе боевой валькирии, — сказал он, и в его голосе послышалась теплая усмешка.

— А что же в духе боевой валькирии? — спросила я, наконец обретя голос.

— Ты не убегаешь, ты смотришь прямо в лицо опасности. Ты примешь бой, разумеется, но ты должна сделать это в качестве законной жены и полноценной госпожи замка Глитнир, — хитро посмотрел он на меня.

Я сглотнула и отвела глаза, а Ульф помолчал, глядя на огонек лампады. А потом медленно и размеренно заговорил:

— Завтра твоя семья установит вне досягаемости от полета стелы магический требушет. Как ты знаешь, он, в отличии от той же катапульты, бьет гораздо дальше и сильнее. Они будут швырять магически заряженные камни в стены, и защита Гарольда не выдержит. Он выложится до последней капли, защищая замок.

— Он же только-только после оборота и магического поединка, — и я поднесла пальцы к вискам, слегка массируя их от свалившегося осознания.

— Вот поэтому он и проведет сегодняшнюю ночь в башне, в месте силы замка, и восстановится, разумеется, но не до конца, и полную мощь выдать не сможет. Замковые стены и руны его подпитают, но и они не всесильны, — покачал он головой. — А когда войско проломит требушетом первую дыру в стене, твой муж первым возглавит атаку. Как ты думаешь, выживет ли он? Я не знаю. Шанс есть всегда, но в этом случае он будет слишком уж призрачным.

Он замолчал, и мы сидели в тишине часовни, глядя на огонек лампады. Где-то далеко, за стенами, шумел замок, готовясь к осаде, но здесь, в этом маленьком храме, было тихо и спокойно. Как будто время остановилось. Как будто мир за стенами перестал существовать.

— Что же мне делать? — тихо спросила я.

— То, что вы должны были сделать уже очень давно. Консумировать ваш брак, — ответил он и в упор посмотрел на меня.

— Откуда вы… — начала было я, но он меня перебил.

— Драгоценная моя, я слишком стар, чтобы играть в такие игры, так что не надо мне морочить голову. Я все же Стурла Тордарсон. И поверь, мощный выброс магии, который произойдет от закрепления вашего брака, я бы не пропустил. Он напитает землю, замок и полностью восстановит Гарольда. Жалко, что Эрика в замке нет. Ему тоже было бы полезно. Парня отослали в столицу, как только стало понятно, что вы не вернетесь через три дня. Гарольд отдал такие распоряжения перед отъездом. Хотел защитить семью, — вздохнул он. — Но да ладно. Пусть сам себе невесту ищет, когда время придет.

Я слабо кивнула. Гарольд мне говорил, что отправит брата подальше, если нас ждет засада, чтобы уберечь законного наследника. Такая практика была распространена. Та же Тира Гудоттир оставила сына родителям, видимо понимая, что может проиграть.

— А это поможет? Ну… Когда мы с Гарольдом… — спросила я, отчаянно краснея, так как мне было ужасно неудобно говорить об этом со стариком.

— Еще как! Да еще и дополнительную силу ему даст. И завтра он будет держать эти стены не только своей магией, но и твоей. Ты вплетешь свою магия в замок и поможешь ему. Поверь мне, я и сам когда-то был Туманоходом речного водоворота и хорошо это знаю. Правда, таким сильным, как мой старший брат, я никогда не был, да и до силы Гарольда мне очень далеко, но поверь, я знаю, о чем говорю, — припечатал он.

— Я…

— Да, ты все еще можешь уйти, и мое предложение в силе. Я выведу тебя за стены, — прищурился он. — Я предлагаю тебе этот тайный проход не как военную стратегию, а как возможность выбора, в котором раньше особенной нужды не было.

— Нет! — решительно замотала я головой.

— Скажи мне, драгоценная. Ты любишь его? Просто если это не так, то лучше тебе не быть такой категоричной и попытаться снова встретить свою судьбу, — внимательно посмотрел он на меня, и вдруг в его улыбке что-то такое показалось мне очень знакомым. — Гар справится. Сожмет зубы и справится. Не в первый раз наш род теряет один из своих бриллиантов.

— Гар? Гарь? Гарант? — прошептала я слова, которые уже произносила другому старику с похожей улыбкой, и тогда он просил меня приглядеться.

— Он все вместе, доченька, — ласково сказал старик, повторив их почти в точности.

— Я люблю его, — тихо прошептала я, понимая и осознавая это.

Я прошептала это скорее себе, чем даже отвечая на вопрос старика. Я люблю его, и сильно. Я готова подставиться ради него под меч драуга, я готова выйти на бой с тысячной армией, что сейчас стоит под стенами нашего замка, в одиночку, я готова вытаскивать его из беды и тащить его к реке, я готова встать рядом и пройти всю отмеренную мне жизнь рядом с ним.

— Я люблю его, — уверенно сказала я.

— Я почему-то так и подумал, — и он сжал мою ладонь. — Спасибо, драгоценная моя.

— Это вам спасибо! — горячо воскликнула я, сжимая в ответ его руку.

— Кстати, я уверен, что ты будешь отныне у Гарольда единственной. Мальчик перебесился и встретил ту самую. И он достаточно умен, чтобы никогда не натворить глупостей, потому что будет дорожить тобой, — хмыкнул старик.

— Мальчик-то у нас умный, но если что, у меня и топор есть, — хмыкнула я.

— Тоже верно, — покладисто согласился старик, и мы, переглянувшись, расхохотались. — Иди, — сказал он. — Я останусь помолиться. И помни, что бы ни случилось, ты не будешь одна.

Я поднялась, вышла из часовни и почувствовала, как мир снова наваливается на меня своим шумом, суетой и напряжением. Факелы, несмотря на поздний час, горели, на стенах суетились люди и Ярок бегал по стене, размахивая руками и громко вопя что-то.

— Войско подошло? — спросила я у Эйнара и Бьёрна.

Те дружно замотали головой, а я покрутила головой и снова спросила:

— Где Гарольд?

Оба отвели глаза, но потом Бьёрн бодро сообщил:

— Гарольд ушел в место силы, восстанавливаться. Мы проводим вас в ваши покои!

— Нет! Я иду к мужу, в место силы замка. Мне тоже нужно восстановиться перед завтрашним боем, — громко сказала я.

— Но… — начал было Эйнар, но я не дала ему попробовать мне возразить:

— Я приказываю!

Я, признаться, раньше этого не делала и никогда не приказывала воинам из хирда мужа, но отчаянные времена требуют отчаянных действий. Они уважительно на меня посмотрели и кивнули.

— Мы проводим до башни силы, госпожа.

Мы прошли через весь замковый двор и подошли к уже знакомым мне дверям. Гарольд мне показывал замок в первые дни моего пребывания здесь. Внутрь мы с ним тогда не зашли, и что такое это место силы, я, если честно, до конца так и не понимала. Наверное, я должна была это знать, у семьи Иудекс оно скорее всего тоже было.

Эйнар и Бьёрн остановились у тяжелой дубовой двери, окованной железом, и один запустил руку в бороду, а второй взлохматил вихры.

— Госпожа, мы дальше не пойдем. Гарольд отдал приказ его не беспокоить, но к вам же это не имеет отношения? — вопросительно посмотрел на меня Эйнар.

Я понятия не имела, имеет это ко мне отношение или нет, ведь раньше я никогда не вторгалась вот так незваной в святая святых, но кивнула и решительно толкнула дверь.

Башня была круглой, сразу же при входе располагалась лестница. Ступеньки вели вверх и вниз, и Гарольд рассказывал, что первый этаж и второй отданы под библиотеку, а вот нижний полуподвальный этаж и есть место силы замка. Поэтому я взялась за поручень и стала спускаться вниз, подобрав подол юбки.

Внизу снова оказалась дверь, которую я, не раздумывая, решительно толкнула. Мне было поздно отступать, да и не привыкла я вот так пасовать, когда решение уже принято.

Я сразу попала в огромный круглый зал с высоким куполообразным потолком, и сквозь него, казалось, было видно глубокое, сиреневое небо, усыпанное звездами. Потолок подпирали колонны, испещренные рунами, которые, будто деревья, вырастали прямо из земли. В центре зала было озеро, в котором, как мне показалось, плескалась не вода, а яркая сиреневая магия. Она переливалась и сверкала, а над ней клубился сиреневый туман.