Весь клан окружил Иштвана, принялся пожимать ему руки, обнимать и неловко нахваливать. Все они были ему примерно по грудь. И всем было стыдно за свое негостеприимство. Такого хорошего гнома обидели только из-за неудачной внешности! Позор!

Оршою накрыло облегчением, хотя изумления все же было больше. Иштван не сердился и не собирался разрывать помолвку. Он подмигнул Оршое поверх голов гномов и едва заметно улыбнулся.

— Спасибо вам всем, дорогие родственники, за теплый прием, — мягко сказал он, — я — маг и целитель. Могу лечить или доставить вас куда угодно телепортом. Не стесняйтесь обращаться ко мне в любое время.

Гномы обрадовались и принялись вспоминать что им нужно, а Оршоя решительно утащила Иштвана поговорить наедине.

— Прости за все это. Я не думала, что так выйдет. Ты обиделся?

— Нет. С гномами легко ладить: ваша прямолинейность подкупает. Недовольство вы высказываете честно и четко, и всегда понятно что нужно сделать, чтобы исправить ситуацию. Не волнуйся, я подружусь с твоей родней.

— Теперь это и твоя родня. Но ты ведь говорил, что не знал своих родителей. Откуда взялась история о Даине Огнебороде? — спросила Оршоя.

— В Гринвуде любили рассказывать ее на застольях. Не знаю сколько в ней правды, но имя гнома-торговца оказалось подлинное, — ответил Иштван.

Оршоя помолчала.

— Гномы презирают обманщиков. Теперь тебе придется до самой смерти повторять что ты гном и забыть, что это не так. Никогда не признавайся, что солгал, иначе станешь изгоем. Мы не будем жить в клане, но запомни это.

— Запомню. А ты тоже презираешь меня за ложь? — спросил он, внимательно глядя на нее.

— Нет. Ты хорошо выкрутился. Там где нельзя применить силу, приходится идти на хитрость. Но что мне в тебе всегда нравилось, так это то, что ты — честный мужчина, Иштван. Нечестных я повидала немало и никогда не связалась бы с ними. Все, идем. Пора готовится к свадьбе.

Гномы окружили их, принялись угощать, общаться, неловко хвалить Иштвана, знакомить его со всеми, а к вечеру все три клана уже были в курсе, что Оршоя выбрала себе страшненького, но славного мужа. Оршою это раздражало, а вот Иштвана забавляло и он легко нашел со всеми общий язык. Всю неделю до свадьбы он творил для гномов полезную магию и мастерил украшения из клыков огров, а гномы отдаривались хорошими вещами, поили его медовухой и обсуждали постройку дома. Ему спешно шили свадебный наряд в гномьем стиле, Оршоя же примеряла свой: кобальтово-синее бархатное платье с серебристыми шелковыми вставками и длинными рукавами, расшитыми вышивкой, а поверх плетеная кольчуга до пола — символ клана Железный кулак и того что невеста была «воительницей». Мама и бабушка по-всякому заплетали ей волосы, споря о свадебной прическе.

— Волос-то хватит на любую, а какую она сама хочет? Оршоя! Скажи уже что-нибудь.

Она пожала плечами.

— Мне все равно.

— Как это «все равно»? Это же важный день, твой день, — укорила ее мать, затем, помявшись, спросила, — доченька, а ты Иштвана выбрала потому что он выше тебя? Ты у нас тоже немного высокая, но…

— Да неважно это! — возмутилась бабушка, переплетая черные косы Оршои. — Подумаешь, высоковата! Зато глаза какие: сапфиры! Кожа белая, как снег! Губы алые, стан гибкий и сильный, спина крепкая, волосы какие хорошие! Красавица!

— Конечно, красавица! Но вот Иштван… Нет, он очень славный гном, добрый и милый, но… ты будто и не радуешься свадьбе с ним.

— Я радуюсь. Я очень довольна, что выхожу за него замуж, — с каменным лицом ответила Оршоя, — жаль, что Ская этого не увидит.

Она с тоской вспомнила, как Ская обещала украсить ее свадебный наряд лучшими магическими кристаллами, чтобы сестра сияла и затмевала всех вокруг. И предлагала сшить два одинаковых наряда и проверить, сумеет ли жених их отличить? Если не сумеет, то прогнать его с позором: любящий мужчина ни с кем не перепутает свою избранницу.

Оршоя и Ская были близняшками.

Гном без друга это пол гнома. Но гном без той, чье сердце билось рядом еще в материнской утробе… кто этот гном?

Без сестры Оршоя все еще ощущала себя калекой с отрубленной половиной тела: неловкой, неуклюжей, вечно заваливающейся набок. Боль утихла, рану прижгли каленым железом, убийца Скаи была уничтожена, но ощущать пустоту на месте сестры было безумно тяжело. Они планировали жизнь наперед и не сомневались, что проживут ее вместе.

Не вышло.

Оршоя привычно подавила горечь. Загнала внутрь и постаралась забыть о ней, хотя бы на время.

Ничего. Гномы были стойкими. И не ломались, как бы больно и страшно им ни было.

— Мам, у нас есть красивые кристаллы?

— Есть.

— Укрась ими мою свадебную прическу. И сделай пояс с ними поярче. Я хочу сверкать и всех затмевать, — тихо попросила она.

Та кивнула и обняла ее. Поцеловала в щеку и замерла.

— Хорошо, доченька. Как же повезло, что ты выжила. Что задержалась тогда в своей башне. Что перебила некромантов и вернулась с победой. Что выросла такой сильной и одаренной. Спасибо вам, боги, что сохранили мою Оршою живой. Что не отняли обеих дочерей. Пусть все у нее будет хорошо, за двоих хорошо, за двоих славно, за двоих…

Оршоя обняла ее.

— Будет. Обещаю.

На свадьбе Оршои и Иштвана гуляли три гномьих клана, половина Середины (приятели и знакомые Иштвана), почти весь Обсидиановый шпиль вместе с ректором, куча магов из других башен, десяток знакомых групп героев, два десятка стальных рыцарей во главе с предводителем Хагаром и, конечно же, Шандор с Гроккой — товарищи Оршои и Иштвана по «Бесстрашной четверке».

Шандор был человеком: рослый, сильный, широкоплечий и мускулистый мужчина, с короткими темно-каштановыми волосами, серыми глазами, квадратной челюстью и крупным, «орлиным» носом. Он был молод, хорош собой и пользовался огромной популярностью у женщин. Сражаться мог как врукопашную, так и на любом оружии, но предпочитал лук и короткий меч, которыми владел одинаково хорошо.

Грокка была зеленокожей орчицей, того же роста, но заметно уже в плечах. Но в слабости ее заподозрил бы только слепой: литые мыщцы были везде, Грокка состояла из них целиком и полностью, предпочитала биться на топорах и метать широкие ножи. По меркам орков она была чудо как хороша: гибкая, ловкая, молодая, с широким, коротким носом, пухлыми губами и двумя крупными клыками, торчащими из-под нижней. Волосы у нее были такими же короткими, как у Шандора, но черными и волнистыми, а глаза желтыми, с вытянутыми зрачками, как у кошки.

Бесстрашного героя Шандора как-то застали (и прогнали) из спальни одной из принцесс Ханмира. Потом второй. После третьей его пригрозили кастрировать, а когда Шандор обнаглел настолько, чтобы соблазнить замужнюю королеву, за ним отправили стражу и долго искали по всей крепости стальных рыцарей, чтобы казнить за это. Не нашли и не узнали, хотя на главной площади стоял памятник всей «Бесстрашной четверке» и Шандор на нем получился особенно хорошо. Через три месяца Шандор спас короля и всю его семью от нападения некромантов и тот, поскрипев зубами, тоже его «не узнал». Зато пощечин от обиженных принцесс и королевы Шандору досталось больше десятка и все пришлось терпеть.

Ради благосклонности великолепной и роковой орчицы Грокки было уничтожено целое орочье племя, причем ее собственное. Перебили их стальные рыцари и сама Грокка, уставшая отбиваться от поклонников-орков (особенно от вождя клана и его сыновей), действующих по принципу «одолей женщину и она твоя». Одолеть Грокку не удалось никому и всех это так возмутило, что клан приговорил Грокку к смерти и дружно отправился в Ханмир (куда она сбежала, вступив в стальные рыцари), исполнять приговор. Ее предупредил единственный разумный орк в клане, молодой маг Гровик, и он же благополучно выжил. Всех остальных перебили: стальные рыцари не любили, когда кто-то покушался на одного из них. И были главными защитниками империи Ханмир, обязанными разбираться с любыми угрозами.