«Магистр боевой магии второго ранга Оршоя Айронфист. Героиня из отряда 'Бесстрашная четверка», убийца некромантов Лисии Безжалостной, Тобиаса Проклятого, Коннора Лживого, Виора Мертвеца, Лазло Трупоеда, Тарии Мародерки, Аранки Мумии, Эребуса Двудушника и Сабека Урса Хозяина огров. Победительница королевы некромантов Кенотаф и орд ее нежити. Спасительница девяти вольных городов Середины, шести городов Ханмира, трех городов Галавера и восемнадцати деревень. Храбрая истребительница разбойников, огров, троллей, мантикор, грифонов, гарпий, горгон, циклопов, минотавров, виверн, василисков, гидр и древних чудовищ.

И ее муж, ученик Иштван Гринвуд'.

Оршоя заскрипела зубами.

— Я им эту табличку о головы погну. Они заменят ее в ближайшее время.

Иштван огладил бороду и улыбнулся:

— А что не так? Все же так и есть.

— Не так. Ты тоже герой, некромантов не меньше моего прикончил, а людей спас намного больше. Без твоей защиты я не перебила бы и половины этих ублюдков. Кенотаф мы одолели вместе, всей «Бесстрашной четверкой». Аранка меня чуть не убила, ты с того света вытащил. И Лазло мы вдвоем загоняли, я бы по тем болотам одна не продралась. А Сабека ты тогда почти уничтожил! Не объявись та дрянь…

Перед глазами разгневанной Оршои всплыли кадры давнего боя: яростная схватка в укрепленном логове Кенотаф, толпа нежити, все прибывающей и прибывающей, двое некромантов, пытавшихся их задержать… Иштван, легко перехватывающий управление над ограми Сабека Урса, и приказывающий им умереть или напасть на бывшего хозяина. Серьезный, сосредоточенный на битве и желающий исправить свою ошибку, как и обещал.

Оршоя пробила магический щит Эребуса Двудушника, а Грокка метнула в него топор, раскроив башку. Одним некромантом меньше, остался один… Сабек Урс Хозяин огров. Изувер, садист, убийца. Тот, кого Иштван много лет хотел стереть в порошок. И был близок к этому, как никогда.

Но тут объявилась новая противница.

Некромантка Алма Сабо. Чертова гадина с мощной защитой и кучей пакостных заклинаний. Бывшая целительница, мать ее! Оршоя пыталась раздавить ее, как всегда давила своих врагов, но не смогла. Шандор и Грокка раз за разом атаковали ее, но некромантка успешно отбивалась. И Иштвану пришлось отвлечься, чтобы прикрыть Оршою для сотворения высокоуровневых огненных чар.

«Метеорит» рухнувший на поле боя сжег все вокруг: огромную толпу нежити, ближайшие постройки, труп Эребуса Двудушника, тела огров и еще живого Сабека Урса, чья защита сломалась, как яичная скорлупа в железном кулаке.

Все сгорели, кроме Алмы Сабо, на голову которой Оршоя и обрушила «Метеорит». Паршивая тварь поставила слишком мощный щит и устояла в огненном аду. Но после этого ее защита была сломлена и она открылась для атаки Шандора и Грокки.

А от Сабека Урса остался обгоревший скелет и ничего больше.

Оршоя глубоко вздохнула.

— Иштван, я не хотела отнимать твою победу. Скажи, ты обиделся на это?

— Нет. Таковы были обстоятельства. Я хотел убить этого нелюдя сам, но не жалею, что это сделала ты, — спокойно ответил Иштван, — я бы придушил его лианами или скормил ограм, чтобы его смерть была такой же, как у его несчастных жертв. Ты поджарила Сабека Урса заживо и он это заслужил. Туда ему и дорога.

— Я велю исправить эту табличку. Они перечислят все твои подвиги.

— Оршоя, ты беспокоишься из-за пустяка: меня вся Середина и весь Ханмир знает, как героя. Меня не унижает, что мои заслуги не отпечатаны на какой-то табличке, они вписаны в историю. И не исчезнут от того, что кто-то о них забыл.

Оршоя смягчилась.

— Хорошо, как скажешь. Пойдем, я покажу тебе Обсидиановый шпиль. И столицу. Это — мой дом. Надеюсь, тебе тут понравится.

Они спустились вниз в медленном, просторном лифте, чьи стены были отделаны отполированным до зеркального блеска обсидианом. Лифт представлял собой небольшую комнатку с тремя удобными диванчиками по бокам. Оршоя осталась стоять, а Иштван сел рядом. Никого кроме них в лифте не было.

— Почему не садишься?

— Я еще молодая. Диванчики предназначены для пожилых магистров, которым тяжело долго стоять на ногах.

Иштван встал.

— Удобно. Но как же медленно он движется! Может стоило воспользоваться лестницей?

— Мы спускаемся с тридцатого этажа и нам понадобится минут пятнадцать. Лестницами пользуются только маги, живущие на нижних этажах.

Иштван опешил.

— С тридцатого? И это не шутка?

— Нет. Пространственная магия позволяет строить удивительные вещи в весьма скромных пределах, — оживилась Оршоя, — Обсидиановый шпиль выглядит внушительно снаружи, но внутри он еще больше, чем кажется. В башне четыре телепорта: один у ворот, второй в холле, третий в большом сквере позади башни, четвертый на крыше. Это место просто великолепно, его построила сама архимаг Асмела, чтобы маги никогда не забывали, что мы — лучшие из лучших и с магией возможно все. Башня стоит в самом центре столицы Галавера, символизируя власть магов и силу магии.

Иштван огляделся и коснулся гладких стен рукой.

— В Ханмире считают, что архимаг Асмела была узурпаторшей, с помощью заговора посадившей на трон Галавера новую династию и всю жизнь державшей ее в кулаке. По словам моих знакомых гномов, во времена ее жизни, все переговоры велись именно с ней, а королева Галавера Эльжбетта и ее наследник Витольд пикнуть не смели без разрешения своего «придворного мага». Из страха перед ней многие правители стали нанимать заклинателей, чтобы хоть как-то защититься. И брали в охрану элитные отряды стальных рыцарей.

Оршоя пожала плечами.

— Архимаг всегда влияет на политику. И должен быть силен. Мне плевать кто сидит на троне, главное чтобы ладил с магами и не поддерживал некромантов. Кстати, у архимага Корвуса нынешняя королевская семья ест с руки, легко исполняя все его просьбы. Он их полностью очаровал. Помнится прежний архимаг, старый Алдвен Разумный, напротив был с ними не в ладах. Или просто не мог затмить архимага Асмелу, которую сменил после ее смерти. Я лично его не знала, но в Обсидиановом шпиле болтали, что он был не разумный, а трусливый и слабый, и побаивался предводителя стальных рыцарей, часто идя ему на уступки. Рядом с ним королевская семья Галавера не чувствовала себя защищенной.

— А с архимагом Корвусом чувствует?

— Не знаю. Но, думаю, что да: Корвус все-таки очень могущественный маг и с этим никто никогда не спорил.

Иштван задумчиво огладил бороду. Этот его жест Оршое всегда нравился. Иногда ей самой хотелось потрогать его бороду, но она сдерживалась.

— Значит, после Асмелы был Алдвен, а потом его сменил Корвус. А как вообще становятся архимагами?

— Архимаг — это пожизненная должность, он избирается после смерти предыдущего, из магистров первого ранга, доказавших свою силу и влияние на все общество магов, — вспомнила Оршоя, — там должна быть большая поддержка остальных магистров. А вообще это политика. Склоки, подкупы, интриги… не люблю в это лезть. Это не мое. Но кажется Корвус пошел по другому пути.

— По другому?

— Алрани рассказывала, что он сразил архимага Алдвена на дуэли и тем доказал свою силу и совершенство. Но это было десять лет назад, в тот год я потеряла Скаю и мне было не до того, — рассеянно ответила Оршоя, — я впервые увидела его на одной из своих комиссий по получению очередного ранга. Удивилась, как фамильярно он общается с окружающими его женщинами: у него все «драгоценные», «дорогие», «очаровательные» и тому подобное. Потом привыкла: Корвус — чистокровный эльф, а они все странные.

— Пожалуй, ты права. Полуэльфы еще ничего, а эльфы… впрочем, не будем судить о целой расе по паре представителей. Это нехорошо.

Иштван замолчал и погрузился в размышления. Оршоя тоже молчала. Рядом с Иштваном ей было уютно даже молчать.

Наконец, лифт доставил их на первый этаж и распахнул двери. Оршоя и Иштван прошли мимо толпы учеников и магистров низкого ранга, почтительно пропустивших их, и отправились гулять в столицу. Оршоя с удовольствием вспоминала и показывала ему свои любимые улицы, магазинчики и лавки, трактиры и парки. Иштван с любопытством оглядывался и надолго застревал в магических лавках.