Смяла предсказание, положила его на блюдце.

— Можно ещё?

— Да, берите.

На этот раз я выбирала тщательно, долго колебалась между двумя равно понравившимися мне печеньками.

«Ваша любовь растопит все

преграды, словно шоколад на горячем печенье».

Скомкала и эту бумажку.

— А здесь есть предсказания не о любви?

— Полно, — кивнула девушка. — О деньгах, счастье, удаче. Хотите попробовать ещё раз?

— Нет.

Хватит с меня гаданий.

Всё равно твердить станут об одном и том же.

О любви.

Облокотилась о стол, потёрла лицо ладонями.

Ещё пару недель назад мне такое и в страшном сне не привиделось бы, а сейчас я старательно разглаживаю бумажки с глупыми предсказаниями.

«Ваша любовь растопит все преграды».

Усмехнулась.

Интересно, а продлить жизнь Эдварду она способна?

А преодолеть ненависть, с которой он временами на меня смотрит?

— Спасибо. — Постаралась улыбнуться милой блондинке как можно дружелюбней, расплатилась с ней за заказ и покинула уютное кафе.

Город давно проснулся. Мимо меня бежали крикливые мальчишки-посыльные, с жутко занятым видом проходили люди. Возчики, как обычно, на все лады проклинали мой дом, будто это он виноват в их неумении править экипажами.

Всё как всегда, да не всё.

Запястье вспыхнуло, змейка почуяла опасность, зашевелилась. Приготовилась к атаке.

Сердце моё ёкнуло в нехорошем предчувствии и успокоилось. Пока я под защитой Эдварда, мне ничего не угрожает, и уж конечно я могу не опасаться красномордого бугая с мясницким топором за поясом, широкими шагами приближающегося ко мне с явно недружелюбными намерениями.

— Попалась! — Мужик упёр внушительные кулаки в бока и загородил мне дорогу к дому.

— Какие-то проблемы? — спросила, поглаживая запястье, успокаивая змейку.

Если вдруг мужик вздумает накинуться на меня с топором, она ведь успеет среагировать? Пока же мне интересно, чем я так досадила мяснику. За покупки не заплатила?

— И ты ещё спрашиваешь! — заревел мясник, делая попытку ухватить меня за плечо. — Сожгла мою лавку! Спалила подчистую!

— Так, подождите. — Выставила ладонь перед собой. — Ваша лавка сгорела. Сочувствую. Но не понимаю, какое отношение к этому прискорбному событию имею я?

— Скажешь, не к тебе Дарвант приходил? — пророкотал мясник. — Знаю я, был он у тебя. Люди видели, как он из бюро твоего выходил.

— Не знаю никакого Дарванта, — помотала головой. — Если только... Погодите! Вспомнила. Да, заходил ко мне такой, но я его выставила.

— За дурака меня держишь? — взревел мясник. — Так я и поверил девке в ошейнике! Плати за ущерб или пришибу прямо тут.

Тяжело вздохнула.

Похоже договориться с дядькой миром не получится, придётся змейку выпускать.

— От девочки отойди. — На плечо мясника легла тяжёлая, широкая ладонь. — Сказано тебе, не она лавку жгла.

Во все глаза смотрела на своего неожиданного защитника. Им оказался высокий, плечистый мужчина. Лохматый, седой, с криво зашитым шрамом во всю щёку.

— У-у, морда наёмничья. Полюбовник что ли твой? — Мясник сплюнул и потянулся за топориком.

Седой зарычал, показывая клыки.

Оборотень!

И не седой, а серый.

Уверенности в мяснике резко поубавилось, мужик смешался. Одно дело девчонку запугивать, и совсем другое с волком разборки устраивать.

— Я твою лавку спалил, — заявил оборотень. — Дарвант мне за неё двадцать золотых заплатил. Хочешь забрать? Или как? — Оборотень выпустил пять длинных, загнутых когтей. С противным скрежетом провёл по каменной кладке, оставляя след.

Мясник побагровел, но и слова против волку не сказал, справедливо рассудив, что голова ему дороже.

— Спасибо! —- крикнула в спину уходящему волку. Тот махнул рукой, не обернувшись.

Но от меня так просто не отделаешься.

— Постойте! — Догнала своего защитника и забежала вперёд.

— Чего тебе? — Спросил волк угрюмо.

— Вы правда его лавку подожгли?

— Нет. — Оборотень сложил руки на груди, демонстрируя внушительную мускулатуру.

Я оценила. То что нужно.

— Ой, да без разницы. Беру!

— Кого? — изумился волк.

— Вас! — Я ослепительно улыбнулась оборотню.

Показалось, или волк попятился?

Правильно. Прицепилась тут какая-то странная девица. Укусит ещё.

— Я хорошо заплачу, — пообещала мужчине. — Дело на пять минут.

— Что нужно? — спросил оборотень.

— Девушку похитить.

— Я таким не занимаюсь, — оскалился волк. Шерсть на его загривке встала дыбом.

— Да не по-настоящему! — закатила я глаза.

— Если не по-настоящему, то могу, — подумав, решил оборотень.

— Отлично. Сейчас объясню, что нужно делать. Я Грейс, кстати.

— Бренвир. — Оборотень протянул мне свою лапищу.

Настроение моё взлетело до небес.

Уцепила оборотня под руку и нельзя сказать, что далось мне это легко. Чувствовала себя рядом с ним гномихой. Но какая фактура!

Катрин точно впечатлится.

— Идём.

Пока шли в бюро, волк косился на меня со всё возрастающим подозрением, окончательно уверившись в моей неадекватности.

Ещё бы! Почти силой тащу к себе домой огромного, подозрительного мужика, с явно криминальными наклонностями.

Но только змейка, подаренная Эдвардом, ведёт себя спокойно, никак не проявляет себя рядом с Бренвиром, а значит я могу не опасаться его.

Когда мы с волком вошли в гостиную, на нас разом воззрились четыре пары мужских глаз.

Севиль, Маркус, Огонёк и Лесвел, с утра пораньше прибежавший в бюро за очередным, наверняка бесполезным, советом нашего консультанта по налаживанию взаимоотношений вытаращились на оборотня, он на них.

— Все в сборе? — обрадовалась я. — Как вовремя. Позвольте представить вам своего спасителя.

Решила подольститься к волку и заодно поднять его значение в глазах собравшихся. Разумеется, последнее удастся, только если я сама для них хоть что-то значу, но да ладно, не об этом сейчас.

Лесвел неуверенно поздоровался с волком. Маркус с Севилем переглянулись и кивнули.

— Знакомьтесь — новый сотрудник. Бренвир — это Маркус и Севиль, они также служат в моём бюро. А это Лесвел, наш клиент. Именно его девушку ты должен похитить.

— Похитить?! — вскинулся Лесвел. — Зачем? Я не позволю!

— Да, похитить.

Я села за стол и, понадеявшись на крепость мебели, предложила присесть оборотню. Надеюсь, стул под ним не развалится, иначе Маркус не простит мне порчу имущества.

— Я знаю как нам завоевать сердце Катрин. Как вы правильно заметили, Лесвел, вы не должны позволить Бренвиру совершить злодеяние. Наоборот! Вам нужно храбро кинуться на защиту возлюбленной.

Лесвел взглянул на оборотня, с трудом сглотнул.

— Я, я готов. Но я не понимаю зачем. Если мы знаем о готовящемся нападение, — Лесвел понизил голос, словно надеялся, что сидящий рядом Бренвир его не услышит, — нужно сообщить жандармам.

— Ага, — фыркнула я. — И будет тогда ваша Катрин уже не ваша, а жандарма, который к ней на помощь примчится. Особенно если жандарм окажется молодым и хоть немного симпатичным.

— Только не говори, что после того, как волк тебя спас, ты в него влюбилась, — заметил Севиль.

— Не скажу, — ухмыльнулась я. Потому как один спасатель у меня уже есть. Спасибо ему, кстати, за идею.

— Если коротко, то план таков. Бренвир притворяется бандитом и пугает девушку. Только не до полусмерти, понял? — обратилась к оборотню. Тот молча кивнул. — Катрин растеряна, ей страшно. Но в этот момент появляется наш Лесвел и...

— И волк помирает от смеха, — каркнул Маркус, вызвав всеобщий хохот.

— Даю гарантию, трюк с нападением подействует, — сказала, отсмеявшись. — Но, если и после этого сердце Катрин не дрогнет, то всё бесполезно. Она безнадёжна. И да, Лесвел! Не забудьте в конце притвориться умирающим, пусть Катрин вас пожалеет.

— Зачем? — не понял Лесвел.

— Просто поверьте мне.

Подавила тяжёлый вздох.