Что может лучше этого сказать: "Я хочу быть с тобой"?

Все мысли, все страхи и рассуждения вылетели из головы. На пол бесшумно полетела одежда, и мы стали единым целым. Это был лучший момент в моей новой жизни.

Хотя, наверное, лучший момент наступил после. Когда мы, укутавшись в одно одеяло, могли просто говорить. Доверяться. Раскрывать все карты.

— Наверное, это и есть причина, — прошептала я, перебирая темные пряди его волос. — Твоя работа с мертвыми, твоя энергия. Энергия смерти. Подобное притягивает подобное.

— И теперь у меня есть жена, которая может помогать мне с мертвецами? — в его голосе прозвучала усмешка, но я уловила в ней и нотки облегчения.

— Да, тебе очень повезло, — я поцеловала его. — Хотя Кайру... мне очень ее жаль.

— Ее душу поглотил темный артефакт, — тихо сказал он. — А я… я даже ничего не заметил вовремя..

Лежа в его объятиях, в тишине и покое, мы еще не знали, что очень скоро мне понадобятся мои знания, полученные в том, другом мире. Те самые знания, которые раньше были для меня просто работой.

Мы сидели с Эдмуром у камина, и отблески пламени танцевали на его сосредоточенном лице. Он с неподдельным интересом расспрашивал о моей прошлой жизни. О той, что оборвалась так внезапно.

— Были ли у тебя дети? — его голос был тихим, почти виноватым. — Любимый человек?

Я смотрела на огонь, задумавшись. — Почему ты так беспокоишься об этом? — Потому что я выдернул твою душу в свой мир, — он отвел взгляд, и я увидела в его глазах знакомую тень вины. — Я не спрашивал твоего согласия. Это получилось... спонтанно. Просто потому, что тебе было еще слишком рано умирать.

Я накрыла его руку своей.

. — Ты дал мне второй шанс, Эдмур. Шанс, о котором я и не мечтала. И должна признать, мне здесь хорошо.

— Со мной? — он повернулся ко мне. — Да, — честно ответила я, легко улыбнувшись. — Особенно после того, как я наконец-то навела порядок в твоей лаборатории. Терпеть не могу такую антисанитарию. Колбы с плесенью и пыль в палец толщиной — это даже для некроманта перебор.

— Посмотрим, какой порядок будет в твоей лаборатории, — хмыкнул он.

Обиделся, что ли?

Вместо того, чтобы спрашивать, я подалась вперед и поцеловала его. Это был лучший способ отвлечь его от мрачных мыслей и сделать то, что мне так нравилось самой. Единственный минус наших поцелуев заключался в том, что нам было крайне сложно останавливаться. А дел, к сожалению, накопилось невпроворот.

И некоторые из них требовали стальных нервов. А именно — выполнение моих приказов.

Слуги, науськанные моей "чудесной" свекровью, устроили тихий саботаж. Утренний кофе подавали остывшим, мои платья "случайно" пачкали, а некоторые поручения просто игнорировали.

Пришлось действовать жестко. Я собрала старший персонал и спокойно, глядя каждому в глаза, объяснила, что любая оплошность, в которой я усмотрю злой умысел, будет иметь последствия. Одна кухарка, дородная женщина, уверенная в своей незаменимости, открыто фыркнула, считая, что мне, временной хозяйке, подчиняться не стоит. — Главное — госпоже герцогине служить, — процедила она, и я сразу поняла, какой именно госпоже.

Собственно, так я и вычислила главного агитатора. Мне было неприятно беспокоить Эдмура по таким мелочам, но без демонстрации его поддержки было не обойтись. Его короткого, ледяного визита на кухню хватило. Кухарка, рыдая, умоляла меня оставить ее — "внуков же растить надо!". Я уступила, но предупредила, что это до первого проступка.

Вскоре моя верная Кассандра принесла свежие сплетни. Теперь весь замок был уверен, что я приворожила герцога. Некоторые дамы из прислуги активно искали рецепт отворотного зелья. Другие, самые предприимчивые, — наоборот, приворотного. Разумеется, исключительно для "изготовления противоядия".

Все были убеждены, что в своей новой лаборатории, которую мне выделил Эдмур, я денно и нощно варю именно его. Каково же было их разочарование, если бы они узнали, что я варю... мыло.

Твердое мыло. Всех цветов, запахов и форм. В ход шли огромные запасы эфирных масел из кладовых Эдмура, пищевые красители с кухни и травы из замкового сада. Часть форм для выпечки подошла идеально, некоторые пришлось создавать самой при помощи бытовых заклинаний. Большая часть мыла была простой, с ароматом лаванды и ромашки, чтобы было не жалко им пользоваться. Другую часть я делала с добавками: медом, молоком, овсяной мукой для нежной кожи. Это было творчество, напоминавшее мне о забытом хобби из прошлой жизни.

Кассандра, сначала пытавшаяся отговорить меня от "недостойного леди занятия", быстро вошла во вкус и стала моим главным дистрибьютором. Она с гордостью раздавала мыло другим служанкам, заявляя, что "госпожа сделала ей царский подарок, вот она и делится". Моя фрейлина отправила несколько самых красивых образцов своим подругам в столицу. Мы даже отправили несколько ящиков в город для бесплатной раздачи в приютах. Правда, до меня дошли слухи, что простые люди пока не торопились пользоваться этой странной, ароматной штуковиной.

И вот, посреди моих мыловаренных экспериментов, пришла новость. Запыхавшийся паж вручил мне записку. Напоминание о визите.

 Том самом визите, которым недавно мне угрожала свекровь! Только дату сообщить, разумеется, забыла. Времени на подготовку было в обрез.

Отменить? Без серьезной причины это вызовет скандал и породит слухи, что я опасаюсь высшего общества ичто мне есть что скрывать. А скрывать мне как раз было что.

Придется встречать.

Я посмотрела на ряды застывающего на полках мыла, и в моей голове родился дерзкий план. Ничего. Я сделаю все, чтобы этот визит не прошел для моей свекрови даром. И уж точно пошел на пользу моим планам.

Эдмур не находил себе места. Он мерил шагами кабинет, то и дело проводя рукой по темным волосам, взъерошивая их. Я видела, как напряжены его плечи, когда он останавливался у окна, вглядываясь во двор, где уже начинали собираться кареты.

Он был крайне недоволен тем, что его мать, герцогиня-мать, устроила этот прием за его спиной, и тем, что по его мнению с этой стороной жизни мне было еще рано знакомиться.

— Не волнуйся так. Я работала в городской больнице. У меня потрясающая стрессоустойчивость и язык, который развяжется в любой ситуации. Эти дамы — просто новый вид пациентов.

— Если хоть одна из них скажет что-то не то... если ты почувствуешь, что они заподозрили неладное... просто дай мне знак, — его голос стал ниже, в нем зазвучали стальные нотки. — Я могу прийти и призвать пару-тройку зомби. Все думать забудут о каких-то ошибках.

Я не смогла сдержать смешок.

— Но не из-за живых трупов, а из-за тебя. Скорее всего, начнут соревноваться, кто из них изящнее упадет в обморок прямо тебе в руки.

Что поделать, супруг мне достался до неприличия обаятельный, привлекательный, высокий и, ко всему прочему, обладатель герцогского титула. Гремучая смесь.

— Неужели ты ревнуешь? — с лукавой усмешкой спросил Эдмур, одним плавным движением притягивая меня в объятия. Я уткнулась носом в его грудь, вдыхая едва уловимый аромат озона, старых книг и чего-то еще, присущего только ему.

— Ни капли. Я просто радуюсь тому, что ты некромант, — пробормотала я, поднимая голову и быстро чмокнув его в щеку. — Серьезно. Всю жизнь мечтала встретить некроманта.

- Верю.

Эдмур вновь поцеловал меня, теперь уже в губы — требовательно, но нежно. Кажется, я никогда в жизни столько не целовалась, и уж точно никогда не получала от этого такого головокружительного удовольствия. Все тревоги о предстоящем вечере на мгновение испарились, растворились в этом поцелуе.

И, честно говоря, я горько пожалела, что в ближайшие несколько часов меня ждали совсем другие дела.

А именно — подготовка и встреча гостей. Даже с нарядом пришлось повозиться. Эдмур, конечно, немедленно отправил ко мне лучшую модистку столицы, но даже ее волшебные руки не могли сотворить новое платье за несколько часов. Пришлось импровизировать с тем, что нашлось в гардеробе покойной Кайры.