После душа, Эдмур вновь помог мне справиться с застежками на платье.

— А теперь я покажу тебе более... выгодную часть призвания некроманта, — сказал он, когда мы вышли в коридор.

— Это как? — с любопытством спросила я.

— Иногда меня просят оказать некоторые услуги в рамках магической компетенции. Например, призвать чью-то душу и расспросить ее о чем-то. Забытое завещание, местонахождение семейных реликвий, тайны рождения...

Здесь он многозначительно посмотрел на меня. Кажется, ему все же любопытно, кто настоящий отец Кайры.

- Правда, должен признать, — он криво усмехнулся, — более щедрую благодарность мне предлагают, когда, наоборот, нужно, чтобы какое-нибудь привидение исчезло и замолчало навсегда.

— И ты соглашаешься? — не удержалась я.

 — Зависит от тайны и от того, что я считаю правильным. В первую очередь я должен защищать свое герцогство и королевство.

— А разве есть какие-то серьезные угрозы?

— Постоянно, — кивнул он серьезно. — Неуправляемые зомби, которые появляются из-за неопытных некромантов или проклятых вещей. Магические болезни, нападения мстительных призраков или каких-нибудь монстров, выползших из древних руин. Кроме того, на нас могут напасть армии других стран. Ах да, забыл, я также должен реагировать, если вдруг кто-то окажется одержимым.

— Одержимым?

 — Это когда демон вселяется в человека. Я должен изгнать его и вернуть обратно в преисподнюю. Но, к счастью, такого уже очень давно не встречалось.

Меня словно ледяной водой окатили. Интересно, а он определит разницу между иномирянкой и демоном? Что-то я в этом не уверена. И сомневаюсь, что здесь хорошо относятся к тем, кто прибыл из другого мира. Люди всегда боятся незнакомого и непонятного.

В момент моего замешательства Эдмур мягко взял меня за руку. Он поднес ее к губам и легко, почти невесомо коснулся кончиков пальцев, при этом не отрывая взгляда от моих глаз. Он смотрел снизу вверх, и в его темных зрачках плескалось неподдельное восхищение.

— Ты удивительно бесстрашна, Кайра, — произнес он почти шепотом.

Мое сердце пропустило удар, а затем забилось чаще, гулко отдаваясь в ушах. И кажется, дело было не в страхе, что меня могут принять за демона. Наверное... наверное, это из-за того, что я могу быть интересна сама по себе.

"Кому такая прагматичная ледышка может быть интересна?" — ядовитым шепотом пронеслись в памяти слова бывшего.

Эдмур выпустил мою руку и выпрямился, но зрительный контакт не разорвал. Он шагнул ко мне еще ближе, вторгаясь в мое личное пространство, и сердце забилось еще быстрее.

К чему эта тахикардия, мысленно усмехнулась я, пытаясь вернуть самообладание.

Воздух между нами стал густым и наэлектризованным. Повисла тишина, нарушаемая лишь звуками нашего дыхания.

— Что ж, пора показывать остальное. Вдруг я все же достаточно испугаюсь, — нарочито бодро нарушила я молчание, чтобы сбить напряжение.

— Не думаю, — тихо ответил он.

И он оказался прав.

В следующих комнатах ничего страшного не обнаружилось. Они напоминали скорее библиотеку ученого и лабораторию алхимика. Бесчисленные стеллажи с книгами, полки с магическими инструментами, колбами и артефактами, а также аккуратно каталогизированные вещи умерших.

Особенно меня поразило большое количество журналов для записей. Как выяснилось, Эдмур опрашивал погибших от неизвестных болезней, а полученные данные передавал целителям, которые на их основе разрабатывали лекарства.

Также здесь было место для создания и проверки артефактов для противодействия вражеским магам, которые, по его словам, "вечно норовят уничтожить его творения, как только понимают, что имеют дело с нежитью".

— Думаю, на этом можно закончить, — сказал мой супруг, когда мы вернулись в первую залу. Его тон снова стал деловым. А я поймала себя на мысли, что все-таки полностью он все-таки не показал мне все подземелье.

— И я должен сделать тебе подарок. Хотя, наверное, его сложно так назвать.

— Почему?

— Это лишь копия украшения, что ты носила. Оригинал не пережил твоего падения.

Эдмур вытащил из складок мантии небольшую бархатную коробочку и открыл ее. На темной подкладке лежала тонкая золотая цепочка с очень красивым кулоном. Он представлял собой изящный флакончик из горного хрусталя в форме слезы. Внутри него переливалась густая розовая жидкость, похожая на расплавленный рассвет.

— Он появился у тебя после заключения нашего брака. Ты привезла его из одной из поездок. И насколько я знаю, с тех пор не снимала. Возможно, причиной было то, что он обладал магией.

 — Какой? – спросила я, замерев и не смея дотронуться.

 Как-то все это было подозрительно. Впрочем, как и все остальное в моей ситуации.

— Я не знаю, — Эдмур пожал плечами. — Могу лишь сказать, что ничего в нем не могло принести физический ущерб. Подобный артефакт просто не пропустила бы защита замка. Это лишь искусная копия… Здесь тоже есть магия, но она скорее для видимости. Кулон заколдован, чтобы не тускнел и всегда выглядел как новый.

Я взяла коробочку в руки.

— Ты хочешь сделать вид, что ничего не случилось? — мой голос прозвучал тише, чем я ожидала. —Хотя при этом графине ты рассказал о произошедшем?

— Она твоя мать. Ей положено знать, — он на мгновение отвел взгляд. — А так... я лишь хочу проверить свою догадку. Посмотреть на твою реакцию. На то, как ты будешь носить его. Или не будешь.

— Что ж, я приму подарок, — я аккуратно закрыла крышку, пряча сияние от глаз. Щелчок замка прозвучал в тишине оглушительно. — Но пока подумаю, носить ли его.

— Хорошо, — кивнул он, и его лицо смягчилось. Кажется, он был доволен моим ответом. — А теперь как насчет пообедать?

Я охотно согласилась. Живот уже сводило от голода. Эта экскурсия у меня много сил. Или это была обычная нервотрепка? Все-таки меня до сих пор поражала эта небрежность, с которой некромант обращался с инструментами. А на втором месте по уровню стресса было осознание, что я «спалилась» и показала Эдмуру свои знания.

Обедали мы не в огромной и пустой столовой, а в гостиной моего супруга.

Когда первый, зверский голод был утолен, Эдмур, заметив, как я неуверенно держу вилку, деликатно объяснил мне некоторые тонкости местного столового этикета и поправил ошибки, которые я допустила ранее. Он делал это без тени превосходства, скорее как учитель, делящийся знаниями.

Он и сам ел мало, больше наблюдая за мной, и выглядел крайне задумчивым.

— О чем задумался? – поинтересовалась я, отпивая из бокала.

— О твоем отце.

Я нахмурилась.

— Твое происхождение неважно для меня, Кайра. Но просто любопытна одна деталь... он точно маг. А маги, — Эдмур сделал паузу, подбирая слова, — крайне редко бывают бедными, если они действительно умеют пользоваться своим даром. Часто за свои заслуги перед королевством они получают титулы и земли. Зачем твоей матери, графине, понадобилось обманывать графа? В чем была выгода?

— Может, он мертв и не обладал титулом? Или не обрадовался появлению незаконнорожденного ребенка, — пожала плечами я, озвучивая самые очевидные версии.

— В любом случае, сейчас это не так важно, — отмахнулся он. — А вот твой аппетит меня радует. Редко кто может спокойно есть после посещения моей лаборатории.

Я снова пожала плечами, стараясь выглядеть невозмутимой. В который раз я вела себя совершенно иначе, чем вела бы себя настоящая Кайра. Надеюсь, Эдмур просто спишет это на амнезию и со временем привыкнет.

На этом наш обед закончился. К герцогу прибыл гонец с каким-то важным известием, и он, извинившись, был вынужден меня покинуть. До моих покоев меня провожали двое охранников, вызванных им.

Пока мы шли, я думала о том, что, как бы это ни было странно, мне нравился мой супруг. Он был удивительным: умным, интересным, обаятельным, пусть и не совсем аккуратным в своих экспериментах.