Зато к моменту появления незваного гостя Эдмур был уже свободен.

— Любимая, ты где?

Боже, надеюсь, это не очередной могущественный маг. Не логово злодейки, а какой-то проходной двор!

— Дорогая жена, я беспокоюсь! — снова донесся крик.

Похоже, это был муж Тайры. Я совсем забыла о его существовании. Ладно, честно говоря, я просто о нем не думала. Но оставалось надеяться, что он пришел не для того, чтобы отбивать её у нас.

В дверях показался мужчина лет тридцати. Он замер, переводя взгляд с нас на распростертую женщину.

— Что вы сделали с моей женой? — испуганно спросил он.

— Давайте лучше поговорим о том, что она сделала с моим мужем, — парировала я. — Она тут его, между прочим, пытала…

— Да она никогда в жизни!.. Ой. Герцог? Ваша светлость… — Мужчина растерялся и бросился к своей застывшей супруге. — Что с ней? — спросил он, с надеждой глядя на Эдмура.

— Болотный яд, — коротко ответил мой муж. — Вы не сможете сейчас никуда ее забрать до прибытия королевских магов.

Сам Эдмур уходить не торопился — похоже, он был вымотан до предела.

В этой странной компании мы и провели следующий час, дожидаясь местных полицейских магов. Те нагрянули целой толпой, и, как ни странно, вместе с ними прибыла моя свекровь. Вот только отчитывать она принялась не Тайру, а меня:

— Жена у тебя сумасшедшая, Эдмур. Ужасное поведение. Это просто свинское отношение ко мне как твой матери. Еще и подруги у нее странные и опасные.  Явно она девку тебе родит!

Я искренне удивилась:

— А это-то здесь при чем?

— Ничего не имею против девочек, — гордо ответила я свекрови. — Маленькая герцогиня, платьица, ленточки, призывы нежити… А что? Я дочери даже смогу помочь разобраться с унаследованным даром. Буду подсказывать ребенку, как правильно собирать скелеты, чтобы нежить выходила крепкая, сильная и… ну, не портилась быстро. Растворы там всякие бальзамирующие, составы…

Свекровь посмотрела на меня с неподдельным ужасом.

 А я всего лишь мечтала о том, как буду растить свою маленькую некромантку! К тому же мне безумно нравилось, что теперь не нужно скрывать от Августы правду — я ведь не из этого мира, мне можно простить странности. Но кажется свекровь все больше осознавала мою инаковость и ее это по-настоящему пугало.

— Знаешь, сын, — натянуто произнесла свекровь, не сводя с меня глаз, — ты мог бы выбрать для своей супруги душу помиролюбивее.

— Да я само миролюбие! — искренне возмутилась я. — Вот болотница недавно вообще пожаловалась, что из меня выйдет ужасно скучная нежить.

Эдмур мгновенно помрачнел. Весь его уставший вид сменился опасным напряжением.

— Они собирались превратить тебя в нежить?

— Я просто заключила сделку, что стану одной из них… Но это не важно. Главное — я с тобой.

Я увидела, как в его глазах вспыхнул настоящий, первобытный испуг. Некромант, не боявшийся смерти, сейчас выглядел испуганным до глубины души.

Всего, на что меня хватило, — это поцеловать его. Я сделала это нарочно, чтобы он не успел высказать всё, что сейчас закипало в его груди. Я действительно не знала, каково это — быть нежитью. Но я точно знала, что жизнь с любимым стоит любой цены.

Эдмур судорожно вздохнул и крепко прижал меня к себе. Через секунду я почувствовала, как мое плечо намокло от его слез.

— Ты чего так расстроен? — мягко прошептала я ему на ухо. — Ты же сам жалел, что в случае моей смерти не сможешь поднять меня. Говорил, что я не стану послушным зомби и мой призрак нельзя будет призвать. Разве это не замечательно? Даже если со мной что-то случится, я все равно останусь в этом мире. С тобой.

Эдмур покачал головой, и в его голосе зазвучала глухая, вековая боль:

— Это значит, что ты не переродишься в другом теле. Столетия, любимая… Ты обрекла себя на вечное заточение в тумане.

Я отстранилась и твердо посмотрела ему в глаза:

— Я все равно считаю, что оно того стоило.

Эдмур долго молчал, всматриваясь в мое лицо, а затем его пальцы сильнее сжали мои плечи. В его глазах, помимо страха, зажглась глухая, упрямая решимость некроманта.

— Я сделаю всё, чтобы это действительно того стоило, — тихо, но весомо пообещал он. — Я всегда буду с тобой. И я найду способ сделать так, чтобы ты никогда не забыла себя.

Теперь практически всё своё время я проводила в компании гентер, даже ночевала в комнате вместе с ними. Пушистые создания особенно полюбили устраиваться на моём заметно подросшем животе — он увеличивался на удивление быстро.

Впрочем, ничего удивительного в этом не было: как выяснилось чуть позже, мы с Эдмуром ждали двойню. Причём двойню невероятно активную — малыши то и дело устраивали у меня в животе настоящую дискотеку, а я отчётливо видела, как по коже перекатываются маленькие стопы и ладошки.

Стихали они только в двух случаях: когда я выходила гулять или когда одна из гентер укладывала голову мне на живот и принималась громко, убаюкивающе мурлыкать. Только в эти редкие часы затишья я могла немного поработать — записывала свои земные знания по медицине, родовспоможению и педиатрии, скрупулёзно сравнивая их с тем, что предлагали местные учебники. Сейчас это стало моей главной заботой.

О вещах для малышей вызвалась позаботиться моя родня. Отец регулярно приносил очередные роскошные подарки, а заодно уже вовсю планировал, на ком женит моих детей — которых ещё даже не было на свете, — и с авторитетным видом заявлял, что хотя бы один из внуков обязан унаследовать наш семейный дар.

Мать Эдмура тоже не забывала заглядывать к нам. В отличие от моего отца, грандиозных планов на будущее она не строила, зато щедро делилась многочисленными жалобами на свою собственную свекровь.

Судя по рассказам Августы, старая графиня оказалась настоящей мегерой: не давала ей спокойно жить, пыталась контролировать каждый шаг, ограничивала в еде и делала всё, чтобы максимально отдалить от супруга. В общем, кошмарная, деспотичная женщина! Не то что она, Августа — святая душа, принявшая невестку как родную дочь…

В такие моменты сложнее всего было не рассмеяться вслух, а сохранить на лице выражение глубочайшего сочувствия. Всё-таки у меня должна была работать хоть какая-то женская солидарность — к тому же свекровь тоже была в положении, пусть срок у неё оставался совсем маленьким. Токсикоз давал о себе знать, делая её характер ещё более капризным.

— Не переживайте, мы как‑нибудь решим вашу проблему, — успокаивающе улыбнулась я. — Придумаем занятие для графини, чтобы у неё не оставалось времени на интриги.

В моих запасниках как раз лежало подробное досье на одного весьма вредного, но одинокого высокородного свекра. Почему бы не устроить двум пожилым людям личную жизнь?

— И это занятие тоже закончится свадьбой? — мгновенно заинтересовалась Августа.

Я лишь загадочно рассмеялась:

— Как знать, как знать…

Можно сказать, создание тайного брачного агентства стало ещё одним моим хобби. Правда, отличие от обычной свахи заключалось в том, что заказ на соединение сердец поступал не от самих потенциальных женихов и невест, а от третьих, крайне заинтересованных лиц.

За исключением разве драконов и истинных пар. Но как выяснилось и им была нужна помощь.

Год спустя

Близнецы оказались весьма активными мальчишками и после своего рождения. Честно говоря, я не представляю, как бы справлялась с ними без помощи преданных нянь — за этими сорванцами нужен был глаз да глаз!

Интересно, если бы у нас с Эдмуром родилась девочка, росла бы она более спокойной?

Этот вопрос не раз мучил меня за последние месяцы. У нас появились двое прекрасных, невероятно похожих на отца сыновей, но о дочке я тоже мечтала втайне. Ну что ж, возможно, попробуем ещё раз через несколько лет.

Никогда не думала, что захочу стать многодетной матерью, но, как оказалось, это желание появляется очень легко, когда рядом — самый лучший, любящий и заботливый муж.