— О-о-о… — низко тянет Влас, бесцеремонно плюхаясь на край моей постели. — Чувствуешь это, да, детка?

— Что именно? — заикаюсь, делая небольшой глоток. Отвар горький, отдает хвоей и какими-то дикими травами, но по телу тут же разливается приятное тепло.

— Запах, — Влас нагибается ниже, замирает в миллиметре от моей шеи. Делает глубокий вдох и аж стонет от наслаждения. — Твой запах, Ева. Хоть понимаешь, что с нами происходит? Ты сейчас пахнешь так, что у меня крышу сносит напрочь. Чем-то сладким, таким манящим. Настоящей, созревшей волчицей.

— Влас, перестань… — смущение накрывает с головой, но вопреки всем правилам приличия внутренний зверь довольно потягивается. — Это… просто…

— Это непросто, малышка, — он ухмыляется, и его клыки слегка удлиняются. — Это магия. Твой организм говорит нам: «Я готова». И я хочу тебя просто до сумасшествия. Прямо здесь. Прямо сейчас.

— Но… мне нельзя! — шепчу, пряча лицо за кружкой и допивая остатки отвара.

Боль внизу живота начинает стремительно утихать, уступая место совсем иной истоме.

— Кто сказал, что нельзя? — оборотень подсаживается ближе, забирает у меня пустую кружку и ставит её на тумбочку.

Его глаза полыхают диким, первобытным огнем. Влас смотрит на меня как голодный хищник на самую желанную добычу.

Но, что странно, я вообще не боюсь. Наоборот, во мне закипает неведомое прежде дерзкое чувство.

Протягиваю руку и касаюсь его лица. Пальцы скользят по небритой щеке, я зарываюсь в густые волосы альфы. Нервно облизываю губы.

Влас прикрывает глаза, его дыхание сбивается. Волк утыкается щекой в мою ладонь и утробно рокочет.

Не удерживаюсь и тихо хихикаю:

— Ты сейчас на огромного кота похож, честное слово…

Влас тут же распахивает пылающие алые глаза.

— На кота?! — рычит, и его рык раскатывается по комнате. — Сейчас я покажу тебе кота!

Он резко сгребает меня в охапку и валит на подушки. Одеяло слетает на пол.

Влас нависает сверху, упираясь руками по обе стороны от моей головы, и снова жадно утыкается носом в мою шею, целуя чувствительную кожу под ухом.

— Влас! Ах! — выдыхаю, но вместо протеста из горла вырывается тихий стон.

Мне не стыдно. Обвиваю широкие, горячие плечи своего вожака.

Едва его губы накрывают мои, я полностью растворяюсь в этом поцелуе. Требовательном, глубоком, со вкусом дикой страсти.

Влас спускается ниже. К ложбинке между грудей, затем к ребрам. Следом накрывает мой живот.

Прижимается горячими губами, кладет большие ладони чуть ниже пупка.

Начинает мягко, ритмично массировать. Круговыми движениями. Боль окончательно растворяется, уступая место чистой неге.

— Моя… — рычит альфа. — Моя дикая девочка…

— Кхм! Не помешал?

Низкий рык раздается со стороны дверного проема, заставляя нас обоих вздрогнуть.

В дверях стоит Демьян. Руки скрещены на груди, плечи подпирают косяк, а взгляд темнее ночи. Ой…

Влас тяжело вздыхает, но с меня не слезает, лишь чуть приподнимается, закрывая собой от вожака.

— Демьян… — шепчу я.

Мне не страшно и не стыдно за то, что мы только что делали. Я ощущаю… желание. Оно трансформируется в порочную жажду, которая медленно растекается по венам.

Мне мало Власа. Нужны они все.

В глубине просыпается нечто древнее, тёмное и могущественное. Осознание, что без своих диких альф я не смогу быть цельной.

— Подойди… прошу… — шепчу, встречаясь взглядом со старшим альфой и протягивая к нему руку. — Пожалуйста.

Демьян шумно сглатывает. Его кадык дергается, а в глубине зрачков на секунду вспыхивает дикая жажда.

Волк делает шаг в комнату, но тут же останавливается, качая головой. Он словно борется сам с собой. Но почему? Я же сама его зову!

— Не сейчас, маленькая, — произносит хрипло. — Влас, слезай с нее. Дело есть.

— Чего?! — огрызается тот. — Дем, ты не видишь? Ей лучше! Я просто…

— Я сказал — встал! — отрезает Демьян, и в его голосе слышится приказ старшего. Моя волчица трепещет от силы альфы. — С Саввой беда.

Влас быстро садится на кровати. Я тоже приподнимаюсь. Тревога сжимает сердце.

— Что с ним? — спрашиваю. — Он же пошел в магазин…

— Похоже, твой новый запах подействовал на него сильнее, чем мы думали, — мрачно произносит Демьян, глядя на меня. — У Саввы начался гон…

Демьян

Этим утром…

Лежу на кровати, закинув руки за голову, и просто дышу.

Воздух в доме изменился. Запах Евы просачивается сквозь щели в дверях. Сладкий, пьянящий, невероятно сильный.

Учуяв его, мой зверь встает на дыбы, рычит, рвется через ребра наружу, требуя забрать свою самку. Защитить от любой опасности.

Ее тело созрело.

Кровь, появившаяся этим утром — не просто физиология. Это знак. Природа словно говорит с нами через Еву. Истинная готова подарить нам волчат.

И от этой мысли внутри закипает такой дикий восторг, что все тело пронзает судорога, а член встает колом.

Но сейчас моя маленькая волчица уязвима и напугана. Ей нужна не агрессивная страсть, а защита и нежность.

За стенкой слышатся тихие шаги и спокойный голос Саввы.

— Хорошо… — мысленно выдыхаю.

Савва из нас троих самый сдержанный.

Он умеет находить нужные слова, никогда не напугает ее.

Я же нахожусь на грани. Привык сдерживать свое желание, посадил зверя на замок. Это нужно, чтобы выживать в мире, где остальные боятся и ненавидят диких.

Но кому я делаю хуже этой выдержкой? Себе? Или им всем?

Власу проще. Он взрывной, импульсивный, сбрасывает напряжение рыком и эмоциями.

Кстати, о нем…

Из комнаты Евы доносится утробный, нетерпеливый рык младшего.

Мгновенно вскакиваю с постели, натягиваю джинсы. Вены на руках вздуваются от напряжения. Волчья суть внутри взвивается: что этот идиот там устроил?!

Заставляю себя замереть на пороге спальни. Закрываю глаза и настраиваюсь на ментальную связь пары. Ева не напугана.

Она смущена, её сердце бьется часто, но это… не страх. Ей нравится, что Влас рядом. И я не буду им мешать.

Иду к выходу из дома, чтобы проветриться и останавливаюсь. Происходит что-то неладное. Мой зверь замирает, принюхивается.

Выхожу на крыльцо.

Нет… только не сейчас, блядь!

Савва. Наш обычно хладнокровный Савва стоит на четвереньках прямо на влажной траве.

Его ноздри широко раздуваются, глаза полыхают бешеным пламенем. Пальцы с длинными волчьими когтями впиваются в землю.

Рядом валяется пакет из поселкового магазина.

Гон…

Но почему сейчас?! До полнолуния еще есть время!

Ответ приходит сам. Ева.

Ее близость, пробудившаяся сила и новый запах созревшей волчицы ускоряют все естественные процессы.

Природа не терпит — она прямо намекает, что самку пора покрыть.

— Савва! — подлетаю к другу, подхватывая под мышки и помогаю встать.

Белый волк дико рычит мне прямо в лицо, обнажая удлинившиеся клыки.

В его глазах — полнейшее безумие, но он отчаянно борется с собственным зверем.

— Дем… — хрипит. — Демьян… Ева… она…

— Держись, брат, — грозно отрезаю, дотаскивая друга до деревянной лавочки у дома. — Держись, мать твою! Савелий!

Подбираю с земли упавший пакет. Сжимаю челюсти.

Один я Савву в таком состоянии не удержу — когда альфа в гоне, его сила приумножается, словно открываются скрытые резервы.

Мне нужен Влас.

Разворачиваюсь и быстро преодолеваю коридор, захожу в спальню Евы.

И вижу картину, от которой мой зверь бешено, ревниво ревет.

Влас с нашей девочкой на кровати, его ладони на ее животе, одеяло на полу.

Ева раскрасневшаяся, дыхание рваное. Она возбуждена…

— Кхм! Не помешал? — срывается с губ.

Из последних сил держу себя в руках.

Но когда Ева поворачивается ко мне, смотрит своими огромными, полными порочной жажды глазами и шепчет: «Подойди… прошу…», все мои барьеры готовы рухнуть.