Ну, тут бы я поспорил. Я один могу собой целую армию заменить. А если еще найму в Мезинаре два десятка даже не самых сильных боевых магов, войска Юрия Смоленского мы имеем все шансы раскатать. Да я даже могу привлечь к этому тех магов покойного Шнорграма, которых захватил в плен, пообещав им за это свободу.

Но надо признать, что Алексей Тверской в чем-то прав. Не ко времени мне сейчас со Смоленским княжеством войну начинать. У меня сейчас в Мезинаре такие дела начинаются, что мне там нужно находиться. Мне куда важнее получить согласие короля Кинда на то, что герцогство Строумхудрское теперь принадлежит мне. А потом еще и армию темных эльфов ждать нужно.

С другой стороны, окорот Юрию дать необходимо. Кто может гарантировать, что он через неделю не предпримет еще одно нападение? И что оно не пройдет для него более успешно? Этот вопрос я и задал. Про гарантии.

— Я для этого к вам и прибыл, князь Андрей. Вы удивительно мудры для своего возраста, — Тверской князь был явно доволен, что я не стал возмущаться и клясться, невзирая ни на какие последствия, достойно ответить на нападение.

Еще бы я не был мудр для своего возраста? Постарше тебя буду, усмехнулся я про себя. А уж опыта управления у меня и подавно больше. Да еще какого! Тут тебе и люди, и вампиры, и оборотни, и гномы, и темные со светлыми эльфы. Попробуй — объедини их всех в единую империю и заставь хоть какое-то время пожить в мире! А у меня это получилось. Правда, стоило мне только умереть, как все опять вернулось на круги своя. Без меня мезинарцы даже перед лицом общей угрозы со стороны мира некромантов не смогли перестать между собой собачиться.

— Гарантией неприкосновенности ваших владений, князь, может быть только одно, — продолжил между тем Алексей Тверской. — Ваше княжество будет на имперском уровне объявлено критически важным для всей империи. И тогда никто уже не осмелится присылать к вам каких-нибудь наемников.

— И признано Нижнеуральское княжество таковым будет при каком условии? — уточнил я, понимая, что сейчас от меня что-то потребуют.

— Ваши кристаллы-накопители, — подтвердил мою догадку собеседник. — Да, дело именно в них. Скажу вам по секрету, что нисколько не сомневаюсь, что это они послужили причиной нападения на вас. Слишком большие преимущества в развитии промышленности они дают тем, кто будет ими обладать и распоряжаться. Пока это вы и ваш отец Олег Нижегородский. Но не думаете же вы, что другие князья и бояре будут спокойно смотреть, как вы вдвоем начнете вытеснять их с рынков различных товаров? И имперские власти тоже не смогут оставить это без внимания. Наши земли постоянно подвергаются нападениям, мы только и делаем, что посылаем войска к открывающимся сопряжениям, а ваши кристаллы могут позволить нам увеличить производство вооружений в разы. Если не на порядки. Разработать новые. Пренебречь такой возможностью империя не имеет права. Поэтому…

— Поэтому вы хотите, князь, — прервал его я. — Чтобы мощные накопители, которые мне удается получить из сопряженного мира, поступали не только на заводы отца и мои, но и на имперские? Так?

— Да. В целом так, — ответил Алексей Тверской. — С небольшим дополнением. Я бы еще попросил вас продавать напрямую часть кристаллов мне. У меня в Тверском княжестве выпускается много нужной для государства Российского продукции. А еще какое-то количество должно поступать на открытый аукцион, чтобы и остальные получили возможность их покупать и использовать.

Ага… Неплохо придумано. И даже логично. Часть надо продавать империи. С этим я в глубине души согласен. Я и сам всегда был государственником и сторонником сильной власти. Правда, своей, но это еще впереди. Дать доступ к накопителям другим князья и боярам… Тоже где-то правильное решение. А то, оставшись за бортом, еще объединятся и устроят смуту. Ну, что-то уделить без аукциона князю Тверскому. Это понятно. Как без этого? Кто же будет радеть о пользе страны, не думая при этом о себе? А у Алексея, как я понимаю, хорошие госзаказы для его предприятий есть.

— В каких долях вы, ваше сиятельство, или точнее — имперская канцелярия, которую вы сейчас представляете, хочет предложить мне распределять накопители? — не стал тянуть я резину, сразу перейдя к сути дела.

Спорили довольно долго. Не благородный князь этот Алексей Тверской, а какой-то торгаш-гном просто! Впрочем, я ему в этом плане не уступал. В итоге сошлись на том, что тридцать процентов накопителей останется у меня, и я могу поступать с ними, как мне заблагорассудится. Могу сам использовать, могу с отцом делиться. Двадцать пять процентов идут на открытый аукцион. Тридцать пять процентов по цене аукциона минус тридцать процентов выкупает у меня империя. И оставшуюся десятую часть приобретает князь Тверской по той же цене, что и империя, то есть — со скидкой.

— Имперская канцелярия пришлет своего представителя-контролера ко мне, чтобы сверять количество и объем накопителей? — спросил я в конце нашего торга.

— Что вы, князь⁈ — деланно возмутился Алексей. — Как можно⁈ Достаточно вашего слова, что все будет происходить так, как мы с вами договорились!

Как же… Так я и поверил, что ты мне доверяешь, подумал я. Наверняка, ждешь, что я начну мухлевать с количеством или размерами кристаллов, ты об этом узнаешь от моей милой секретарши Любочки, которую все еще считаешь верной тебе, и потом, воспользовавшись этим, постараешься вырвать у меня дополнительные поставки для себя любимого.

— Все, — завершил нашу встречу, вставая, князь Тверской. — Я прямо сейчас возвращаюсь в Москву, и уже к вечеру все будут знать, что ваше княжество находится под покровительством и защитой империи. Так что можете спать спокойно, не ожидая больше нападений. Один или с вашей милой подчиненной, — не удержался он от очередного скабрезного намека на мою, известную ему, близость с имперской шпионкой.

Правильно ли я поступил, задумался я, когда автомобиль с князем Тверским покинул пределы моей резиденции. Пожалуй, все-таки на данном этапе правильно. Мне столько накопителей, сколько я могу получать из Мезинары, не нужно. Отказался бы делиться, и на меня с отцом ополчились бы все — и другие владетели, и империя. И тогда пришлось бы мне, несмотря на все мои возможности, уходить в Мезинару. А этого делать нельзя. В моих планах объединить земные технологические достижения с магическими мезинарскими и, используя этот симбиоз, сначала вернуть себе власть в моей бывшей империи, потом захватить в Российской, а там и с миром некромантов покончить. Последовательность, конечно, может подвергнуться некоторой корректировке, но в целом так.

А пока… Пока нечего мне в Нижнеуральске задерживаться. Управляющий с делами справляется, так что я могу позволить себе вернуться в мое мезинарское герцогство. Дней пять здесь проведу, а потом, пока портал не закрылся, назад. И, в первую очередь, займусь там артефактами, создающими сопряжения, — мне теперь нужна будет постоянная и надежная связь между двумя моими «разномирными» владениями.

Следующий после моей продуктивной беседы с князем Тверским месяц прошел в такой суматохе, что я даже не заметил, как он пролетел.

Естественно, сразу после его убытия я посчитал нужным связаться с отцом и поставить его в известность, что наша монополия на мощные кристаллы-накопители приказала долго жить, и обсудить дальнейшие действия в связи с этим. Не то чтобы его мнение могло что-то изменить в сложившейся ситуации, но предупредить его о случившемся даже не столько в качестве родителя, сколько просто партнера стоило. Однако связаться с ним не получилось. Нижегородский владетель находился в Москве, и поговорить с ним нормально, то есть без намеков и иносказаний, было невозможно. Причина этого заключалась в том, что, как он меня в свое время предупредил, имперская служба безопасности, по слухам, нашла способ не только перехватывать на территории столицы сигналы любых кодированных коммутаторов связи, но и расшифровывать их. Точно ли так обстоит дело, никто доподлинно не знал, но рисковать не стоило. В результате пришлось воспользоваться услугами «доверенного гонца», которого отец ко мне и направил.