— Меня тоже? — несмело приблизившись, спросила у меня секретарша, когда мы вернулись со двора в замок, где нас ждал обед.

— Что тебя тоже? — переспросил я. — Ошейник на шею и на рынок? Нет, что ты, Любаша. За что? Ты же пока верно мне служишь. Так ведь? Я просто решил, что тебе будет интересно посмотреть на жизнь Мезинары, что называется, изнутри. Кстати, не забудь включить в свой отчет для твоих кураторов, что молодой князь Нижнеуральский настолько тебе доверяет, что показал свою базу в Мезинаре. Нет, конечно, если ты хочешь и на невольничий рынок взглянуть, то в следующий раз я могу организовать для тебя экскурсию и туда, но сейчас не получится уже. Завтра портал может закрыться, а ты нужна в Нижнеуральске. Моему управляющему Смыслову понадобится твоя помощь.

— Нет, нет, — поспешила отказаться от моего предложения сотрудница имперской спецслужбы. — Я вовсе не хочу увидеть, как торгуют людьми… Но что мне написать о Кузыке? Или не сообщать о нем совсем?

— О Кузыке напиши, что, пока с базой не было сообщения, здесь произошла стычка с одним из соседей и младший сержант геройски погиб. Домой он вряд ли когда вернется, так что пусть спишут его окончательно. А то будут твои начальники переживать, что от него информация не поступает. Зачем нам с тобой больших московских генералов нервировать? — усмехнулся я. — Что же касается продажи людей, то на рынке в Строумхудре торгуют не только людьми. Есть там светлые и темные эльфы и эльфийки, встречаются оборотни, очень редко попадаются гномы. Вампиров вот увидеть, боюсь, не получится. Своих представители этой расы сразу сами выкупают. Через подставных лиц, конечно. Да и не берут их обычно в плен. Сразу убивают. Вот так вот, дорогуша.

— Я постараюсь вас особо не изувечить, мэтр, — шепнул мне, чуть склонившись в мою сторону, когда мы рядом выходили из дворца, архимаг Виндраг. — Правда, его величество приказал мне как раз обратное, но мы, маги, должны быть великодушны друг к другу. Так что не переживайте и не бойтесь.

А неплохой мужик этот Виндраг. Я тоже его калечить не собирался. Другое дело, что в магических поединках всякое случается, но, по крайней мере, никаких безусловно смертельных техник я к своему противнику применять точно не буду.

Думал, что наша схватка состоится прямо во дворе. Но оказалось, что у Гондонгвиларга-Сильного для этого специальная площадка, напоминавшая мини-арену, была. С трибунами и особой ложей для его «заморышеского» величества. Любил король Кинда подобные зрелища. И не только связанные с магией. Ему в принципе нравилось смотреть, как люди, эльфы, оборотни, вампиры и даже гномы выбивают ему на радость друг другу мозги.

Потом я узнал, что раз в году он даже проводит турниры, в которых участвуют как неодаренные мастера меча, копья или лука, так и маги и победители которых потом становятся на следующий год его телохранителями. Правда, справедливости ради, надо сказать, что возле арены во время схваток всегда дежурят маги-лекари, так что смертельных исходов почти не бывает.

В нашем случае такого мага не было.

— Я сам хорошо владею лекарскими техниками, — снисходительно сообщил мне Виндраг. — Так что потом я вас подлечу.

Добряк-самоучка нашелся! А я вот лекарскими техниками почти не владею. И кто его лечить будет? Видимо, возможность такого исхода архимагу даже в голову не приходит. А зря…

— Дуэлянты, проверьте друг друга на предмет наличия амулетов! — подошел к нам с архимагом какой-то аристократ, видимо, удостоившийся от Гондона чести стать распорядителем нашей схватки.

Виндраг провел вокруг меня руками как сканером и кивнул, подтвердив, что никаких амулетов на мне нет. Я просто оглядел архимага магическим взглядом и тоже кивнул.

Стало быть, мне предстоит иметь дело с магом — «рукоблудом», понял я. Это хорошо. Сила у него, несомненно, есть, и большая, но я смогу видеть, что он собирается сделать. В сражении это особого значения не имело бы. Там не до того, чтобы вглядываться в жесты каждого мага или даже архимага врагов, а вот во время дуэли, когда нас только двое, манера Виндрага помогать себе руками будет мне очень кстати.

— Маги делятся на «рукоблудов», «бормотунов» и настоящих магов, — учил меня в мире фолианта Друтус. — Первые не могут ничего создать, не размахивая руками, вторым необходимо проговаривать особые заклинания, третьи, те, кто только и имеют право носить звание истинных магов, не нуждаются ни в одном, ни в другом. Им для того, чтобы вызвать, например, огненный шторм, достаточно их собственного воображения и силы воли. Понял, Анд? Учись, если не хочешь остаться здесь навечно, как остальные бездари, посмевшие бездумно раскрыть эту мою книгу!

На мой взгляд, в безапелляционности суждений Друтус несколько перебарщивал, но я учился. Впрочем, другого выбора он мне и не оставлял.

Представить воздушное лезвие, его полет, то, как оно кромсает плоть врага. Не очень сложно. Поверить, что по моему желанию это лезвие сформируется и полетит в недруга. Вот тут уже возникает загвоздка. И, наконец, силой воли, поверив, что все будет именно так, ни на мгновение в этом не сомневаясь, заставить воздух сгуститься, спрессоваться, превратиться в лезвие и снести противнику голову, пробить ему грудь и сердце — настоящее искусство.

Долго я мучился, но в итоге эту науку освоил. Правда, должен признаться, что, например, для формирования особо мощной моей любимой тучи с молниями, я все-таки руками себе помогаю. Нет, и так получится, но когда я, подняв руки к небу, как бы формирую эту тучу, сжимаю ее, а потом взмахом руки даю команду молниям устремиться в цель, последние получаются гораздо мощнее. Что попроще и послабее, конечно, никаких движений от меня не требует.

Убедившись, что никаких претензий друг к другу мы с Виндрагом не имеем, распорядитель покинул арену и поочередно активировал амулеты, создававшие над ареной защитный купол. Разумно. Особенно, когда сражаются архимаги. Чуть промахнется один или срикошетит его заклинание, и никакой личный щит незадачливого зрителя не спасет.

Помню, когда я с архимагом Дервангом из королевства Зелии в ущелье схлестнулся один на один, так обе наши армии на сотню шагов каждая отошли от места нашей битвы, по два десятка магов с каждой стороны щиты выставили, и все равно кого-то тогда зацепило.

— Готовы⁈ — провизжал из своей ложи король.

Мы оба повернулись к местному «властителю» и поклонились, давая понять, что ждем только его команды.

— Начинайте! — снова подал свой противный высокий голос коронованный мозгляк.

Начинайте? Это можно. Первым к делу приступил Виндраг. Лениво взмахнул рукой и запустил в меня стрелой огня. Средненькой такой по силе — насквозь не пробьет, но из строя выведет. Я, хотя мог бы без малейшего риска принять ее на свой доспех, легко уклонился и ответил таким же не слишком опасным для жизни огнешаром. Решил пока следовать в фарватере архимага при выборе стихий. Не хотел я раньше времени демонстрировать и то, что могу управлять магией без помощи рук, так что для вида вытянул правую в сторону архимага. Виндраг без труда все тем же ленивым жестом отбросил мой снаряд в сторону встречным потоком воздуха.

И сразу выстрелил в меня двумя воздушными лезвиями. С двух рук это сделал. Просто «ковбой Мальборо» из старых фильмов, которые клепали в США, пока этой стране было до этого. Сейчас-то там все силы на отражение вторжений из сопряжений брошены. Не до съемок разных глупостей.

На этот раз я уклоняться не стал, а выставил простенький щит. Тоже воздушный, но достаточно плотный, чтобы лезвия в нем завязли и растворились. Ответил ударом воздушного кулака. Вложил в него чуть больше энергии, не столько, конечно, как в таран, которым в свое время ворота замков выносил, но достаточно, чтобы Виндраг, закрывшийся водным коконом, слегка пошатнулся. Архимаг поморщился. Видимо, думал справиться со мной без особых трудозатрат.