Поэтому сразу после пары- тройки выстрелов нужно будет хорошенько спрятаться и не отсвечивать. Здоровенный каменюка как раз и защитит от густого ливня пулемётных пуль.

Вася посидел с винтовкой, прикинул сектора обстрела, затем лёг поудобнее и стал ждать. Данным искусством он, потомственный охотник, владел в совершенстве. Нет ничего важнее в профессии снайпера чем умение ждать и сохранять максимально хладнокровное спокойствие.

В ожидании поезда Вася быстро перекусил, сбегал до кустов и когда вражеский состав наконец появился на горизонте, был в полной готовности.

Это был довольно старый ржавый паровоз с некоторым трудом тянувший восемь крытых вагонов и платформу с охраной посередине состава. С платформы торчал пулемёт стволом направленный на лесополосу. За пулемётом сидел фриц и настороженно смотрел на прилегающие к железной дороге берёзы и дубы. Красота белорусской природа немца совершенно не вдохновляла.

Окна и двери паровоза были открыты настежь, так как на улице погода была еще довольно тёплая, а внутри паровоза благодаря печке очень даже горячая.

Вася позволил себе негромко выругаться: с его точки немец-охранник был виден прекрасно, идеальная цель, а вот железнодорожники пока скрыты толстым лобовым стеклом паровоза. Если застрелить пулеметчика, то железнодорожники скорее всего упадут на пол кабины, и потом хрен их там достанешь. Значит, как бы не хотелось стрелять по гитлеровцу, придётся ждать пока в открытое окно поезда не будет виден машинист. Тогда и надо будет стрелять по нему. А фриц, что ж, ну пусть пока живёт. Раз уж он не приоритетная цель.

Когда поезд оказался в нужном ракурсе и в прицеле снайперской винтовки стал виден усатый здоровенный машинист с усталым красным лицом, снайпер не стал медлить, а выпустил сразу две пули в тело железнодорожника, так чтобы сильно ранить, но не убить, а третьим спустя секунду даже смог, кажется, зацепить кочегара в руку.

После чего Вася быстро и очень тщательно спрятался за валуном. Другой бы на его месте попробовал выцелить немецкого пулемётчика, но якут очень хорошо помнил наставления успевшего раньше возраста поседеть инструктора, прошедшего Испанию и финскую войну.

— Помните, товарищи, что существует два вида снайперов: героические и живые. Героям светлая память, а мы с вами будем учиться поражать противника и выживать при этом.

Самое главное, товарищи, зарубите себе на носу: снайпер не должен жадничать. Всегда выбирайте одну основную цель и одну запасную. Один или два выстрела без перерыва между, и залечь в укрытие, на час, на два, на сутки лежать и не отсвечивать, или наоборот, выстрелить и срочно менять лежку, если враг засёк вашу позицию.

Вася осознал на собственной шкуре, что не нужно жадничать в первый же день войны, когда он в азарте боя успел сделать почти два десятка результативных выстрелов, притормозив атаку немцев аж на два часа, а потом фрицы не пожалели почти сотню мин из нескольких минометов чтобы накрыть советского снайпера, засевшего в лесочке возле дороги, имеющей важное стратегическое значение.

Якуту повезло: взрыв мины только оглушил его, даже не ранив, а фрицы, взявшие его в плен не поняли, что он снайпер, так как его винтовка улетела в другую сторону и повисла высоко на дереве. Немцы ее так и не нашли.

Его потом долго расспрашивали про снайпера, но он только быстро лопотал по якутски, кланялся и преданно смотрел на фрицев, незаметно примечая наиболее уязвимые точки на их телах, когда его били сапогами.

Немцы решили, что снайпер успел убежать, и махнули рукой на бестолкового азиата, отправив его в лагерь, где Васю освободил товарищ Пухов, ставший легендой партизан.

Якут спрятался за камнем, и спустя секунду услышал отчаянные пулеметные очереди. Вскоре к ним присоединились винтовочные выстрелы и очередь из автомата. Пулемётчик выпустил за пару минут в сторону леса несколько коробок патронов. Десяток пуль свистнули над головой Васи, несколько ткнулось в камень, служивший ему надёжной защитой.

Снайпер выждал момент когда пулемёт замолчал (видимо, пулемётчик менял раскалённый ствол), шустро высунулся, поймал в прицеле фигуру немца колдовавшего над мг-34 и пристрелил его.

Поезд уходил в даль на восток, но Вася довольно неплохо видел в оптический прицел платформу с охраной. Немцы вслепую постреливали в сторону леса. Якут быстро снял ещё двоих врагов, пока уцелевшие не сообразили, что по ним работает снайпер и не легли под защиту стенок платформы, чтобы не служить красивыми удобными мишенями для чересчур меткого русского.

Вася подхватил винтовку, рюкзак и поспешил поменять дислокацию. Если у фрицев в поезде есть радиостанция, то скоро здесь будут немецкие егеря. Возможно с собачками, обученными брать след.

Вася прошелся так чтобы потенциальные охотники на снайпера притопали в болотце, аккуратно поставил по пути пару «но пассаран», по методике товарища Пухова, затем прошелся по ручью, посыпал по своим следам махорки, чтобы сбить следы ищейкам. В общем будет для немецких егерей возможность хорошо развлечься при поиске советского стрелка.

А Вася, пробегав запутанную дистанцию для возможных преследователей, отдохнул, перекусил сухпайком и собранными по пути лесными ягодами, затем двинулся на следующую точку, где можно было судя по карте сделать новую засаду на железнодорожников.

На этот раз не удалось найти большой камень, зато имелось высокое толстое дерево, вполне пригодное для защиты от пуль.

Якут, пользуясь моментом, опять перекусил, сходил в кустики и приготовился ждать свою следующую цель.

Рядом чирикали птички, светило солнышко, природа дышала жизнью, миром, гармонией.

Но спустя час всё изменилось: вдали загудел паровоз, везущий десяток вагонов и платформу с охраной, расположенную посередине состава. Здесь также окна паровоза были открыты, так как внутри было жарковато.

Вася увидел в прицеле винтовки, как машинист прикуривает от коробка спичек сигарету и нажал на курок, вбивая пулю в его тело, затем быстро спрятался за ствол дерева.

Немецкие очереди загрохотали спустя секунду, срезая, сбивая листву с деревьев. Пулеметчик, разумеется, не увидел, откуда стрелял снайпер, и садил длинными очередями вслепую, разрезая лесной массив свинцовыми линиями по секторам.

Вася сидел вжавшись в ствол огромного дуба и молился своим якутским духам, чтобы помогли и отвели вражеские пули. Хотя, он как его отец и дед, были православные, но религию предков Вася тоже не забывал. Лучше чем один бог, когда их несколько. Кто-нибудь обязательно да поможет.

Дуб защитил от нескольких пуль, а остальные пролетели мимо.

Когда фриц сделал паузу, меняя ствол на пулемете, Вася высунулся с винтовкой и угостил пулемётчика меткой пулей и заодно пристрелил его помощника.

Остальные немцы залегли на пол платформы, спасаясь за стальными стенками. Сообразили гады, что стреляет снайпер и лучше не отсвечивать, чтобы не пополнить список потерь доблестного Вермахта.

Вася опять рванул в глубь леса, опасаясь возможной погони.

Снова прошёл вдоль ручья, поплутал по болоту, кинул братьям меньшим махорки, оставил ещё один «нопассаран» и двинул на третью точку.

Там Вася переночевал, а с утра на свету едва не забраковал это место для засады. Лес был здесь плохонький, реденький, поверхность между деревьями ровная, хоть бегай, хоть пляши, хоть снайпера партизанского догоняй и вяжи.

Но тут издали послышался рев паровозного гудка, и Вася решил рискнуть. Особенно когда увидел помимо обычных вагонов на платформах четыре танка Т4, новеньких блестящих, только что с завода. Как раз такие на Востоке рвали наши оборонные рубежи. Этот состав следовало притормозить даже рискуя жизнью.

Выстрел снёс машиниста, пулеметчик с платформы сразу же открыл ответный огонь, а потом Вася почти мгновенно увидел почему чуйка настойчиво предупреждала его об опасности: два вагона открылись и оттуда прямо на ходу посыпались немецкие егеря с овчарками.

Снайпер выругался, выцелил и упокоил командира егерей белокурого красивого обер-лейтенанта, затем рванул в глубь леса во все лопатки.