— От кого письмо?

— Просто… просто возьми его и прочти у себя, — выдохнула она.

Девушка буквально насильно сунула конверт мне прямо в ладонь и почти сразу же стремительно скрылась за поворотом коридора, растворившись в полумраке галереи. Я остался стоять один, недоуменно глядя ей вслед. Потом перевёл взгляд на конверт. На плотной белой бумаге аккуратным женским почерком было выведено всего одно слово. Моё имя.

«Маркусу».

Я несколько секунд стоял неподвижно, переваривая эту нелепую ситуацию.

— Что это ещё за чертовщина?.. — пробормотал я.

Я поднялся к себе на этаж, зашёл в уединённую комнату и плотно закрыл дверь на засов, отрезая внешний шум. Без сил опустился на край жёсткой кровати. Несколько секунд просто молча смотрел на письмо в своей руке. Почему-то сердце в груди сейчас забилось гораздо быстрее обычного ритма, разгоняя кровь.

Я аккуратно вскрыл плотный край бумаги и достал небольшой, аккуратно сложенный листок. Развернув его, я побежал глазами по строкам текста.

«Маркус.

Я очень долго не решалась написать тебе эти строки и передать конверт.

Мне каждый день искренне нравится со стороны смотреть, как упорно ты тренируешься на дальнем секторе плаца.

Ты всегда выглядишь невероятно серьёзным, собранным и холодным, когда думаешь, что за твоими движениями никто из студентов не наблюдает.

Но иногда, после удачного броска, ты едва заметно улыбаешься своим мыслям. И в эту самую секунду ты кажешься совершенно другим человеком. Настоящим. Живым.

Я просто очень хотела сказать тебе перед началом сессии… Ты мне по-настоящему, искренне нравишься, Маркус.»

Я буквально замер на месте, словно парализованный, перестав дышать. Перечитал каждую строчку ещё раз. Затем — в третий раз, ловя изгибы букв. Мой человеческий разум в эту секунду наотрез отказывался нормально обрабатывать поступающую информацию, впадая в ступор.

— Что?.. Это действительно мне?.. — едва слышно вырвалось из моей груди.

Я испуганно посмотрел на плотно запертую дубовую дверь. Никого за стеной не было, никто не подглядывал. Снова перевёл взгляд на текст письма.

— Мне? Обычному Маркусу?

Я перечитал финальный абзац ещё раз. И вдруг, вопреки всей своей накопленной холодности, отчётливо почувствовал, как уголки моих губ сами собой, плавно поползли вверх. Я улыбался. Улыбался глупой, чистой улыбкой шестнадцатилетнего мальчишки.

И эта радость была вызвана вовсе не тем, что я только что с триумфом выиграл очередной тяжёлый бой в кругу. Не тем, что моя Система Древнего Бога принудительно подняла мой уровень до сороковой отметки. И не тем, что интерфейс выдал мне скрытый Высший навык.

Причина была в разы проще и монументальнее. Просто потому, что в этом огромном, чужом мире я наконец-то искренне понравился живому человеку. И этот человек увидел во мне не грозного таинственного Создателя из прошлых эпох. Не уникального обладателя аномального Класса «Аксиома». Не опасного субъекта с чёрной Системой в голове, за которым следит Инквизиция. И уж точно не выгодного Наследника великого графского рода де Валуа.

Она увидела во мне… просто Маркуса. Обычного парня.

Я устало, с облегчением откинулся спиной на подушки кровати, продолжая бережно удерживать листок бумаги перед глазами. Внутри меня впервые за всё время разлилось невероятно приятное, тёплое чувство абсолютного комфорта. Мне было хорошо. Я даже тихо, приглушённо рассмеялся в потолок, качая головой.

— Вот же ситуация… Просто слов нет.

Я так и не договорил фразу. Прямо перед моим лицом из воздуха со знакомым тихим шипением внезапно развернулась антрацитово-чёрная панель интерфейса Системы. На уровне рефлексов я уже приготовился увидеть багровые строки очередного принудительного квеста. Но ничего подобного не произошло.

Чёрная Система Древнего Бога просто безмолвно, статично замерла в воздухе, не выводя ни единой строчки лога. Она словно просто фиксировала моё текущее состояние. Я долго смотрел на это чёрное пламя букв, а затем перевёл взгляд на белый листок в руке. И впервые за всё время я не захотел задавать Системе никаких вопросов, требовать расшифровки данных или злиться на блокировки.

Я коротким мысленным импульсом бесшумно свернул интерфейс, полностью гася пламя окон.

За огромным арочным окном моей комнаты стремительно темнело ночное небо. Столица Священной Империи за стеклом постепенно зажигала миллионы своих ярких магических огней, превращаясь в светящееся море. Я лежал на кровати и мерно смотрел в тёмный потолок.

В памяти сами собой всплыли недавние суровые слова моего взрослого двойника на обсидиановом престоле: «Ты ещё абсолютно не готов, Маркус». Вспомнилась преклонённая фигура верного Феликса в сырой пещере. Кровавые картины прошлых войн. Горы мёртвых тел солдат на равнине. Вся моя прошлая, стёртая из имперских хроник монументальная жизнь Создателя.

Я медленно прикрыл веки, делая глубокий вдох. Весь этот скрытый под кубами кошмар никуда не исчез, я прекрасно отдавал себе в этом отчёт. Ловушка Системы по-прежнему была взведена. Рано или поздно мне в любом случае придётся восстановить шкалу памяти до ста процентов и вспомнить абсолютно всё. Придётся до конца узнать, кем именно я являлся в начале времён. Почему я лично спроектировал эту Систему. Почему мой прошлый идеальный план потерпел сокрушительный крах в войне. И кто такие эти таинственные Семеро Высших Древних Богов.

Но всё это будет потом.

Сегодня… именно сегодня мне отчаянно хотелось оставить всю эту вековую чёрную бездну за плотно запертой дубовой дверью своей комнаты. Я снова перевёл взгляд на скромный белый листок бумаги в руке и мягко улыбнулся своим мысленным образам.

Наверное, впервые в жизни я чётко, без иллюзий понял одну простую и самую важную вещь. Мне вовсе не обязательно прямо сейчас, сию секунду рвать жилы и принудительно становиться сильнейшим существом во Вселенной. Мне не обязательно знать готовые ответы на все вопросы Системы мира. И мне совершенно не обязательно прямо сегодня быть великим и холодным Создателем.

Сегодня я имею полное право быть просто Маркусом. И мне впервые за очень, очень долгое время… было по-настоящему хорошо.

Сегодня в Имперской академии был объявлен полноценный выходной — редкая, почти исключительная вещь для этого сурового учебного заведения. Поэтому вместо того, чтобы снова послушно сидеть на вытоптанной тренировочной площадке, слушать монотонные лекции о повадках монстров или пытаться ненароком не разнести половину зала тяжёлым давлением своей гравитации, я принял решение просто выйти в город.

Без конкретной цели. Без навязчивых заданий. Без изнурительных тренировок. Без бесконечных ментальных попыток понять, кем именно я являлся на самом деле в стёртом прошлом. Хотелось прожить обычным человеком хотя бы один единственный день.

Я неторопливо шёл по одной из центральных мощёных улиц имперской столицы, глубоко засунув руки в карманы форменных брюк. И впервые за всё последнее время мне было по-настоящему… спокойно.