У выхода из зала Оин побежал сам. Снаружи тянуло свежестью горного вечера. От близости свободы сердце забилось быстрее. Но тут мигнуло Чутьё…

Новая троица Сиенитов выступила на них из темноты коридора, ведущего на волю, перегородив путь.

Оин только и успел сообразить, который из них Нефелин, глянув на мужчину в накидке. А тот уже вовсю теснил Рюну и Сая обратно в зал, загоняя их плотными, пыльными всплесками шиёсо. Сквозь его багряную взвесь пробивались короткие нефритовые вспышки, но и те вскоре угасли, когда на шеи Рюны и Сая тугими петлями легли сдерживающие чары.

Рэйна швырнула в Нефелина молнию и промазала, вынужденная одновременно отбиваться от двух других приспешников. Она уже собиралась рвануться к выходу, когда из темноты показались ещё две фигуры.

— Оин!

— Вижу, — сказал он, стиснув зубы, и поднял руку.

Четвёртый Сиенит вывел Эйдена, удерживая того одной рукой за плечо, а другой приставив клинок к горлу. Ардагарец шёл послушно, чем-то явно опоенный, судя по бледному лицу и пустым глазам. Видимо, неприсутствие не скрыло его от чутья тригорских мару. Радовало, что его взяли живым.

Рэйна перевела взгляд и только тогда заметила клинок, упёршийся Оину меж лопаток. Он знал, что убивать его сейчас не станут. Но достаточно было кому-то дёрнуться неудачно, и пострадает уже она. Поэтому он послушно отступил в сторону, куда его подталкивал Сиенит.

Рэйна замерла в растерянности. Как бы хорошо она ни владела мечом, перед ней были такие же воины. Позади — Рюна и Сай, застрявшие в чужом плетении. Едва стоящий на ногах Эйден и Оин были под прицелом.

— Клянусь, тронете хоть кого-то — и все строем отправитесь к Иш’Дану!

— Фиел-дан ждёт, — равнодушно бросил Сиенит, что удерживал Эйдена, и для острастки чуть сильнее прижал лезвие к его горлу.

Рэйна дёрнулась, но тут же заставила себя замереть.

Фиел действительно спокойно ожидал их возле Древа с заложенными за спину руками, будто скучающий прохожий, наблюдающий не битву, а всего лишь свару голубей. Справа от него, среди корней лежали двое его приспешников, обездвиженных молнией Рюны. Неподалёку — раненый Дэанор. Ещё живой, судя по жутким стонам, которые срывались из его рта.

…рэн-маи…

Оин поморщился. Не от вида крови Сиенита — от голоса Иш’Дана в голове. Тот усиливался, как гул подземного ветра, питаясь охватившим Оина отчаянием, и глушил мысли.

Рюну и Сая держали в стороне. На шеях обоих темнели сиенитовые удавки. Кажется, этот Нефелин был сильнее Дэанора. Или, блокируя сразу двоих со связью, было легче их удерживать. Безвольного Эйдена опустили на колени рядом с ними.

Рэйна оставалась единственной, кого не сдерживал чужой клинок. Она крутилась на месте, выставив перед собой меч, не подпуская к себе свободного Сиенита, как злобную собаку. Но тот, кажется, не думал нападать, только скалился и косился на лезвие её меча, по которому с треском скатывались искры шиёсо. Она ещё слишком плохо владела даром, чтобы вызывать точно направленные молнии, и не могла ударить его наверняка, не задев при этом кого-то из своих. Но каждый всплеск её силы продолжал держать его на расстоянии.

— Теперь все в сборе. — Фиел оглядел присутствующих. Затем сдвинулся с места и встал так близко к Сердцу, что при желании мог дотянуться до него рукой. — Мне достаточно одного слова, чтобы Древо вернуло его.

— Най’ва! — воскликнул Сай.

— Не сметь? — повторил Фиел с усмешкой. — Я всего лишь напоминаю этим упрямым вей, на чём держится их нынешнее благополучие.

— Забирай! — вспыхнула Рюна. — Мы не станем ползать перед тобой на коленях. Не после того…

— Молчи, — яростно зашипела на неё Рэйна.

— Но он не имеет права указывать нам! Мы — Грозы и знаем, что такое честь в отличие от…

— Замолкни, Рюна!

…рэн-маи…

Оин никогда не слышал, чтобы Рэйна вкладывала в слова столько страха. Связь между ними натянулась тугим канатом, будто только она удерживала её от падения в пропасть.

…маи…

— Какая смелая речь, Рюна-рин, — проговорил Фиел. — Ведь не ты первая в очереди к Древу.

— Фиел, одумайся. — Рэйна обернулась к нему. Меч всё ещё был поднят, но рука заметно дрожала. Как и голос. — Ты не хочешь познать гнева наира…

— Судить меня он будет потом. Сначала ему придётся пережить новость о том, что его старшая дочь заняла своё место у Древа.

…ид’ва…

Оин хотел вмешаться, сказать хоть что-нибудь, чтобы вернуть разговор туда, где ещё существовала возможность для сделки. Но мысли ворочались тяжело, словно камни… маи… Голос Иш’Дана вклинивался между ними, не давая удержать ни одну надолго.

— Время вышло, Рэйна-вей. Выбирай: союз ради клана или место Райдена?

Оин увидел, как через долгое мгновение она медленно опустила меч. Он должен был остановить её.

— Рэйна…

…ид’ва рэн-маи…

Должен был сделать хоть что-то…

…ид’ва рэн…

— А ты, арнар, стой смирно. — Фиел предупредил его намерения. — Дёрнешься, и твой друг останется без головы.

Оин сглотнул и глянул на лезвие, приставленное к горлу Эйдена. В такой момент он не мог думать о том, что будет, если клинок дрогнет, или о том, как Дэйзи примет эту весть. Он вообще не мог думать. Острые осколки чувств Рэйны пробивались к нему, царапая изнутри. Или это его собственное отчаяние с тяжестью рухнувшей скалы давило на грудь? Не разобрать… ва рэн-маи… голос в голове пожирал остатки ясности…

— Оставь меч Саору, — велел Фиел, кивнув на Сиенита, следовавшего за Рэйной.

— Я не могу, — воспротивилась она. — По обычаю Гроз я должна…

— По обычаю Гроз меч должен быть твоим, а не принадлежать мертвецу, — перебил он, бросив беглый взгляд на затихшего Дэанора.

Рэйна медленно повернулась к Саору, протянула меч. Но пальцы разжала не сразу. Оин чувствовал, сколько усилий стоил ей этот простой жест.

— Видишь? Если знать, на что давить, можно сломать всё, что угодно, — проговорил Фиел, глядя, как она расстаётся с оружием, но слова скорее были обращены к Оину.

Когда Рэйна отняла руку от рукояти, Фиел схватил и стиснул её пальцы в своих, стерпев колючие искры шиёсо, сорвавшиеся между ними.

— Если надеешься, что метка убережёт твоего арнара от меня, оставляй. Считай, это подарок. Я с удовольствием посмотрю потом, как этот жалкий сын Теневого вора рискнёт предстать перед судом общин, чтобы убедить их в моей причастности. Как думаешь, старейшины дадут ему шанс договорить, прежде чем вырежут Сердце Райдена?

— Связи не прикажешь, — процедила Рэйна ему в лицо.

— Это Теневая магия затуманила тебе разум. Звучит правдоподобно, не находишь? То же решат и старейшины, но каким будет их приговор для будущей наир, выбравшей человека, осквернившего память её брата, не подумала? Тебе повезло, Рэйна-вей, что я готов вступиться за тебя. Надеюсь, хоть тогда твоему арнару хватит чести отпустить тебя, чтобы не тянуть за собой в могилу. А теперь…

Рука Рэйны дрогнула — искры вновь посыпались на землю, шиёсо противилось тому, что должно было вот-вот случиться. Но вырваться ей не удалось. Фиел держал слишком крепко. Дыхание Рэйны сорвалось, будто там что-то надломилось, но она подавила напросившийся всхлип. И ещё раз оглянулась. Не на Оина вовсе — на выход.

На что она надеялась, растягивая время?.. ид’ва… Каждая секунда изматывала её всё сильнее… маи… Оин чувствовал, как она тщетно пытается ставить заслоны, чтобы держаться, но они слетают один за другим, разбиваясь прямо о его сердце… варэн… пока оно не сбилось с ритма и не зазвучало в такт зову…

— Я, Фиел из Мраколитовых, Сиенитов заключаю союз с Рэйной-вей из Нефритовых Гроз, — быстро проговорил он.

По Древу коротким всполохом ауры пробежала рябь. Оно услышало слово и приняло его.

Очередь Рэйны настала слишком быстро.

— Я… — Она не сразу совладала с голосом. — Я, Рэйна… Из Нефритовых Гроз…