— Скажи ей, чтобы ушла, — быстро шепнула Рут Оину, кивнув сперва на Амми, затем на Кайдену.

Он глянул через плечо в сторону сундука. Кайдена выглянула на его зов, указала на Амми, прикрыв ладошкой свой левый глаз.

— Это же просто шрам, — мягко сказал Оин. — Смотри, — он оттопырил ворот своей рубашки, демонстрируя свой. — Такой же. Видишь? Меня ведь ты не боишься.

— Мы с Оином, как две чашки из одного сервиза, — пошутила Амми, глядя на недоверчивую девочку.

— Я тоже буду чашкой? — выпалила Айрис, вывернувшись из хватки Никаса.

— Конечно, милая. Будешь! Когда подрастёшь.

Амми потянулась к её лисьему ушку, но тут Никас пресёк её жест, злобно рыкнув на её руку. Чуть не укусил.

— Ах, негодник! — воскликнула Амми, испуганно дёрнувшись.

— Глупохвост! Глупохвост! — принялась дразнить Айрис, тыча в брата пальцем.

В этот момент в дверях появилась Рикса, ища, куда все подевались перед обедом. Увидев лисью перепалку, Кайдену за сундуком и Оина, украшенного лентами, она удивлённо вскинула брови.

— Уведи лисят, — распорядилась Амми в её сторону. — И помоги Эйку накрыть на стол.

Рикса, как не слышала. А близнецы сами сорвались с места и с шумом понеслись из одной приёмной в другую. Амми побежала за ними, чтобы проследить, как бы чего не натворили.

— Вот же заноза, — пробормотала Рикса ей в спину.

— Эй, нехорошо так, — одёрнул её Оин, поднимаясь с пола.

— Нехорошо говорить Айрис, что она вырастет! — воскликнула она и одарила его таким взглядом, что даже Рут притихла и осталась в шалаше с Кайденой.

— Амми не со зла. Просто не подумала.

— Как и ты в последнее время.

— И как это понимать?

Рикса развела руками, так серьёзно, что напомнила Дэйзи.

— Ты вроде не дурак, а очевидного не замечаешь. С приезда твоей подружки в доме один разлад.

— Для того и без неё хватает поводов, — отмахнулся он. — А на Амми ты злишься, потому что она чмокнула Сивера в щёку перед его отъездом.

— Да как у тебя язык повернулся! — ахнула она. — Клянусь, Оин, если ты не выпроводишь её из дома, это сделаю я!

Рикса пихнула его плечом, проходя к шалашу, чтобы протянуть руку Кайдене и отвести на обед. Та выползла из-за сундука, поднялась, но спрятала руки подмышки и прижалась бочком к Оину. Пришлось ему посадить её на плечо.

Там она сразу выпрямилась, словно крошечный, деловой пират, захвативший корабль.

— Только за ухо не дёргай, — предупредил Оин, пронося её мимо обиженной Риксы.

В кухне было жарко и пахло овощным супом. Амми крутилась у плиты, разливая его по тарелкам. Эйк с неохотой раскладывал ложки, то и дело отвлекаясь, чтобы объяснить Никасу, почему неприлично класть хвост на стол.

Оин поставил Кайдену подальше от плиты и собирался взять тарелку, когда в коридоре послышались шаги. Он сразу понял — это не Рэйна. А сердце всё равно успело сжаться.

— Ты вовремя, — сказал он, свернув вслед за Дэшем в его кабинет. — Прямо к обеду.

Дэш поставил дорожную сумку на стол и посмотрел на него, будто не понял, чем обязан визитом.

— Как поездка? Надеюсь, прошла продуктивно?

— У меня была обычная деловая встреча. По артефакту новостей нет.

— Знаю.

Дэш напрягся, когда Оин достал из кармана футляр с гравировкой ПОРЧА и положил перед ним на стол.

— Я вчера был в «Сове». Старик, что держит комнаты, сказал: ты у них частый гость в последнее время.

Дэш молча взял футляр, покрутил в руках. Оин ждал объяснений и поскольку их не последовали, озвучил сам — то единственное логичное, что пришло ему в голову:

— У тебя появилась женщина?

В лице Дэша что-то дрогнуло.

— Не подумай, я не против, — поспешно добавил Оин. — Давно пора было. Но, знаешь, Рэйна, вообще-то, ждала вестей из Мерли. Ты бы хоть сказал, что занят другим делом.

— Я не стану отчитываться перед тобой.

— Ну ещё бы…

Оин замолчал. Разговор вышел не совсем таким, как он ожидал. Он старался говорить непринуждённо, но раздражение, что драгоценное время было потрачено на утехи, всё же вылезло наружу.

На столе по-прежнему стоял портрет в латунной подставке. Оин видел только задник, поэтому протянул руку и повернул его к себе лицом. С портрета на него спокойно смотрела его мать. Он почти не помнил её такой умиротворённой, как здесь, в знакомом простеньком платье с веткой сирени в руках. Густая летняя зелень за её спиной тянулась к ней, словно желая укрыть от мира.

Оин снова глянул на Дэша. Раньше он ненавидел его за то, что тот посмел вмешаться в отношения его родителей. А теперь ненависть не находила прежнего места.

— Почему ты сразу не забрал её?

— Что? — Дэш медленно поднял глаза, успев закинуть футляр в ящик консоли.

— Почему ты не забрал её у моего отца? Ты же видел, что ей плохо.

— Он был моим братом, — тихо произнёс Дэш.

— И всё? Только это тебя остановило?

Он долго молчал. Потом всё же сказал:

— В то время всё казалось иначе. В наших семьях было не принято выбирать сердцем. А потом стало поздно.

Оин хотел возразить, сказать, что рискнуть всё же стоило. Но слова не вышли. Что толку ворошить былое? Будто Дэш сам не задавал себе тот же вопрос каждый день, глядя на её портрет.

Оину вдруг стало не по себе от этой мысли. Он бы ни за что не хотел оказаться на его месте — на всю жизнь остаться человеком, который опоздал.

Он не хотел спрашивать его, но слова сорвались сами.

— Как ты пережил её смерть?

Дэш выдохнул, оставаясь неподвижным. Его взгляд, прежде всегда казавшийся непроницаемым, потускнел, будто годы сточили его об одну и ту же мысль.

— Не пережил.

Оин не успел осмыслить ответ, потому что в кабинет в этот момент ворвался Эйк.

— Дэш, там в холле какая-то женщина! — встревоженно сообщил он. — Пришла и что-то требует.

Амми заняла незнакомку, не пуская дальше холла. Ею оказалась опрятная женщина в домотканой тунике, подвязанной поясом. В её тонких чёрных волосах, убранных в низкий узел, проблёскивала седина. Кожа выглядела бесцветной, почти прозрачной. Только чёрные глаза казались живыми и острыми. Чистокровная эруанка.

— Вы хозяин дома? — спросила она, увидев Дэша. Оин держался позади. — Меня зовут Сельва. Я из клана Безмолвных.

— Дэшер Сприт. Чем могу быть полезен?

Не отрываясь от незнакомки, Оин заметил, что на лестнице показались Рэйна и Тод.

— Дело в том, что я нашла крик, — сказала Сельва.

— Что, простите?

— Я нашла крик, — повторила она. — Он принадлежит ребёнку, девочке, которая, судя по всему, проживает в вашем доме.

— Вы хотели сказать, что услышали его? — поправила Амми, отходя к Оину.

— Нет-нет. Я выразилась верно.

Женщина запустила руку в холщовую сумочку и выудила оттуда прозрачную сферу размером с ладонь.

— Вот.

Оин шагнул к ней, чтобы рассмотреть шар, похожий на желе из спрессованного воздуха. Но Сельва тут же притянула свою находку к груди, будто опасалась, что её отнимут.

Дэш несколько мгновений смотрел на сферу, потом жестом пригласил женщину в приёмную, предложив присесть в кресло. Сельва прошла за ним, но садиться отказалась.

— Откуда у вас это? — спросил он.

— Случайно наткнулась, прогуливаясь вдоль Итиль. Я приехала в Пеону на фестиваль с группой соклановцев, — принялась объяснять она. Её голос, несмотря на эруанский акцент, звучал на удивление мягко, контрастируя с невыразительной внешностью. — Я сразу поняла, что это голос нашего клана. Мне пришлось потратить несколько дней на поиски вашего дома.

— Ясно. И что же вы хотите, госпожа Сельва?

— Разве не ясно? — взгляд её сделался твёрже. — Я пришла увидеть дитя.

Оин не выдержал:

— Увидеть или забрать?

Сельва внимательно посмотрела на него.

— Оин, — негромко произнёс Дэш.

— Нет, Дэш, подожди, — всё его внимание приросло к женщине с прозрачной сферой в руках. — Вы явились в чужой дом и требуете, чтобы вам просто передали ребёнка?