— Солидная, — усмехнулся я. — Круче, чем у двенадцатого. Для пули я вообще навеску уменьшаю.

— Я зайду завтра, — чуть пьяновато и решительно сказал Хмель.

— Саня будет, я уеду с Дмитрием.

Хмель. Самые события

Четверг. Вечер

Когда гости разошлись, я попросил у Николая ключи от пикапа и очень медленно и осторожно в силу принятого алкоголя покатил за Ириной. И пусть силком подругу в машину затаскивать не пришлось, но за поездку она высказала все, что думала обо мне, моей паранойе, излишней навязчивости и манере влипать во всяческие неприятности. Я стоически молчал. Это обстоятельство разозлило Ирину еще больше, она убежала наверх и хлопнула дверью.

Тогда я беззвучно выругался, убрал куртку на вешалку и спросил у помощника:

— Ваня, все спокойно?

— Более чем.

Людей в баре сегодня и в самом деле оказалось немного — были заняты лишь два стола, но оно и понятно: многих завсегдатаев с утра отпугнуло объявление о санитарном дне.

— Не страшно. Всех денег не заработаешь, — махнул я рукой, поздоровался с поднявшим пустой бокал Смирновым и только накачал ему новую порцию пива, как распахнулась входная дверь и в бар прошел Григорий Кузьминок с увесистой спортивной сумкой.

Я напрягся, а контрразведчик вдруг спросил:

— Хозяин, оборотную тару примешь?

— Проходи, — кивнул я на заднюю дверь.

Мы спустились в подвал, там Григорий выставил сумку на стол и расстегнул молнию.

— На многое не рассчитывай, собрали, что по сусекам отыскалось, — сообщил он и выложил белые свертки маскхалатов. Затем достал жестяную коробку, чьи стенки украшали чародейские символы, выдавленные и выкрашенные серебрянкой, а следом извлек короткий барабанный карабин с несуразно толстым стволом, рамочным прикладом и рудиментным прицелом. Точнее — не карабин, а чаромет. Изготовленное чародеями Братства оружие позволяло лишенным колдовских способностей бойцам посылать во врагов заклинания — как правило, донельзя примитивные, но от этого ничуть не менее разрушительные, вроде шаровых молний.

— Где только такое старье откопали? — хмыкнул я, принимая чаромет. Впрочем, тот выглядел новым, а массивный удлиненный барабан откинулся без малейшей заминки.

— Нестареющая классика, — хмыкнул Кузьминок.

Тут я был вынужден с ним согласиться. Одно время чарометы изготавливали со сменными батареями высокой емкости, но очень быстро появились заклинания, способные подрывать подобные аккумуляторы за счет эффекта магического резонанса. В боеприпасах же к этой модели использовались исключительно алхимические реактивы, и энергия вырабатывалась непосредственно в момент выстрела.

Я откинул крышку жестяной коробки и выудил из гнезда длинный, размером с карандаш, патрон. На донце гильзы алел колдовской кристалл с энергией для запуска алхимической реакции, спереди гильза была закатана на манер холостого боеприпаса.

На пробу я вставил патрон в камору откинутого барабана, и вокруг нее немедленно засеребрился выгравированный на металле пентакль. Порядок, работает.

— Не сертифицирован, не урезан. Нигде не числится. Если задержат и оформят изъятие, отправишься в штрафной отряд, — предупредил контрразведчик.

— Какое заклинание? — спросил я, пригляделся к маркировке и определил сам: — А, "Плазменные цветы"!

— Именно. Места там неспокойные, наткнетесь на исчадия Стужи — пригодится.

— Что еще?

— Алхимический состав для защитных фигур, — продемонстрировал Кузьминок дюжину стеклянных пробирок с черным порошком внутри. — Никакие способности не нужны, просто замкните круг на снегу.

— Справимся.

Тогда Григорий выставил на стол ящик с гранатами и, не сочтя нужным комментировать его содержимое, сразу достал картонную коробку с осветительными ракетами.

— Белые с "Ультрафиолетом", оранжевые с "Серпантином".

Заклинание "Ультрафиолет" поражало своим сиянием всяческую нечисть, о "Серпантине" слышать раньше не доводилось.

— Что за "Серпантин"? — спросил я контрразведчика.

— Создает помехи внутреннему зрению. Без колдунов за город никто не сунется, наверняка и ведьмы где-то поблизости своих подопечных дожидаться будут. Как начнется перестрелка, используйте, чтобы оторваться.

— Хорошо, — кивнул я, убирая полученное снаряжение под стол. — Все?

— Почти, — ответил контрразведчик и достал из кармана два увесистых полиэтиленовых пакетика. Внутри оказались амулеты — в одном медные, в другом костяные.

— Это что?

— Медные — стандартные. Закрывают от сглаза, морока и частично от ментального воздействия. Костяные приглушают ауры, поискового заклинания они не обманут, но колдуны и ведьмы редко когда их используют напрямую, больше на свое чутье полагаются.

— Чутье обманут?

— Должны. А в сочетании с защитным кругом и от поискового заклинания закроют.

— Отлично. Что-то еще?

— Нет, все, — объявил Григорий и направился с пустой сумкой на выход, уже в дверях обернулся и предупредил: — Только не заблудись в этот раз, хорошо?

— Сделаю все, что в моих силах, — улыбнулся я в ответ, — но не все зависит исключительно от меня.

Кузьминок выставил вверх средний палец и скрылся на лестнице. Я отправился следом, и уже в коридоре меня перехватил Иван.

— Что происходит? — спросил он, понизив голос. — Сначала прослушка, теперь контрразведка…

— Забудь, — похлопал я помощника по плечу. — Мы с ними теперь лучшие друзья. На какое-то время.

— Помощь нужна?

Я посмотрел на Ивана с неприкрытым сомнением, потом кивнул:

— Подумаю.

После этого снял с вешалки куртку, натянул ее и вышел за дверь. Улица встретила морозным воздухом, защипало ноздри, забрался под одежду студеный ветерок. Я внимательно огляделся по сторонам, накинул капюшон и поспешил к проспекту. Добежал до ближайшей офисной пятиэтажки, зашел внутрь. Под одной лестницей там располагалась каморка сапожника, под другой обустроился пожилой колдун. Плакат над его распахнутым окошком гласил: "Подзарядка амулетов".

— Чародейские подзаряжаете? — спросил я.

— Что у вас? — зевнул дядечка, откладывая толстую брошюру.

Я снял с шеи цепочку с отводящим пули амулетом и передал ее мастеру.

— "Чешуя дракона", — с ходу определил тот. — Заряда чуть меньше половины.

— Во сколько обойдется пополнить?

Колдун с кислым видом оглядел выставленные вдоль одной из стен машинки и вздохнул:

— Стандартные методы не подойдут, только в ручном режиме, а это дорого.

— Сколько?

— Десять рублей.

Я выложил на подоконник "сеятеля" и недобрым словом вспомнил кондуктора, так некстати напоившего Саню.

Гимназист проверил жезлом золотую монетку советской чеканки, после этого сдернул накидку с хрустального шара и положил на него правую ладонь. Амулет он стиснул в левой, и сразу сильно запахло озоном, волосы колдуна встали дыбом, закрытые глаза засветились, потом погасли. Мастер встряхнул головой, вернул амулет и достал бутылку.

— Терпеть не могу, — пожаловался он, наливая себе водки.

— Это все? — спросил я.

Гимназист выпил, выдохнул и подтвердил:

— Все.

Тогда я вернул амулет на шею и достал связку ключей. Зарядить "Щелчок" оказалось несравненно проще и дешевле. После этого отправился домой. Поднялся к себе, но Ирина уже легла в постель и то ли спала, то ли делала вид, поэтому вернулся в бар.

Так и простоял за стойкой до самого закрытия. Даже Ивана отпустил, когда его гимназисточки на огонек заглянули. Не волновался ничуть. Если все уже предопределено, какой смысл трепать себе нервы сомнениями и страхами?

Все решится завтра или послезавтра. Так или иначе, но все решится.

И теперь я буду не один.

Хмель. Самые события

Пятница. Утро

Утро! Я люблю утро. Люблю просыпаться в одной постели с подругой, лежать рядом, обнимать. Но это когда мои поползновения воспринимаются благосклонно. Получать по рукам я не люблю. А в это утро вышло именно так.