Есть движение на одиннадцать часов! Двое, трое, четверо…

Осторожно нацелив туда пистолет-пулемет, я напряг глаза, но понял лишь, что одеты горожане по-летнему и оружия никто из них на виду не держит. Лиц — не разглядеть.

Но кому нужны лица, когда по энергетическому полю бегут колебания набиравшего силу заклинания?

Там либо колдун, либо кондуктор, а значит…

— Валим наглухо! — шепнул я в микрофон, и тут же шагавший впереди остальных горожанин настороженно замер на месте.

Силуэт его подернулся рябью, но я уже поймал красной точкой коллиматора голову, немного сместил прицельную марку вниз и утопил спусковой крючок.

Залязгал затвор, пистолет-пулемет несильно задергался в руках, и человека качнуло в сторону. Он наткнулся на дерево и не успел еще повалиться в снег, как открыли стрельбу парни.

Негромкие хлопки прокатились по лесу, быстро угасая среди ветвей, и все оказалось кончено в считаные мгновения. Никто из горожан даже оружия достать не успел. Если оно у них было — оружие…

Да нет, было: когда, поменяв магазин на новый, я приблизился к замершим на окровавленном снегу телам, то первым делом отодвинул в сторону выпавший из чьей-то руки пистолет. После присел рядом с навалившимся на сосну телом и посветил в лицо.

— Не тот? — уточнил Гамлет, расслышав мой разочарованный вздох.

— Это кондуктор, — переходя к следующему телу, ответил я, — не колдун.

— Плохо, — перезаряжая оружие, пробормотал Городовский. — Выдвигаемся дальше?

— Сейчас.

Не особо надеясь на удачный исход, я проверил другие тела, и ожидаемо не обнаружил ни одного знакомого лица. Оно, может, и к лучшему даже…

— Кого ищешь? — заинтересовался Селин.

— Колдуна, кого ж еще? — поморщился я. — Идемте…

Пару минут мы пробирались по сугробам, дальше сосны понемногу остались позади, подлесок поредел, и впереди замаячил высокий холм, поросший кустарником, почему-то до сих пор так и не облетевшим на зиму. Только начали взбираться вверх по склону, и вдруг будто что-то в спину подтолкнуло.

Я аж на полушаге замер. Вскинул руку, постоял так, затем обернулся к насторожившимся парням и спросил:

— Ничего необычного не чувствуете?

— Нет, — шумно глотнул морозного воздуха запыхавшийся Денис.

— Говорил же — не пей всякую гадость, — не сдержался Гамлет. — Нам точно на эту верхотуру забираться надо?

— Второй вход где-то там, — указал я на лысую вершину покатого холма. — Так вы точно ничего необычного не чувствуете?

— У меня волосы дыбом встали, — произнес вдруг Филипп. — И зубы ломит.

— Та же фигня, — подумав, кивнул Денис.

Все уставились на Гамлета, но он только фыркнул:

— Да не чувствую я ничего!

— Ладно, ходу, — позвал я парней и зашагал в гору.

Точнее, только развернулся — и меня подкинуло в воздух, закрутило и потащило вниз по склону холма. Налетевшая снежным шквалом ударная волна миг спустя умчалась дальше, а я с треском вломился в густые кусты и ошалело замотал головой. Слегка очухавшись, перевалился на живот и обомлел: на вершине холма теперь возвышался прекрасно знакомый по фотографиям особняк!

Вывалившийся из реального мира или созданный магией прямо в свертке?

Кто б мне сказал…

— Лед! — послышался сзади приглушенный шепот. — Лед, падай!

Растянувшись на снегу, я поспешил заползти под кусты, и тут же битым стеклом осыпалось окно на втором этаже. Секундная заминка — и грохот выстрелов.

На голову посыпались срезанные пулями ветки; я немного съехал по склону и, укрывшись за первой попавшейся кочкой, с облегчением перевел дух. Залегшие поодаль Гамлет и Городовский короткими очередями обстреливали прижимавшего нас к земле автоматчика; Денис бежал к зданию со стороны лишенного окон торца.

Прокравшись у самой стены, он подобрался под окно, в проеме которого полыхали дульные вспышки, достал из кармашка разгрузки гранату и резко взмахнул рукой. А миг спустя громыхнуло так, что в соседних комнатах повылетали стекла! Длинный язык огня взметнулся до самой крыши, но пламя быстро опало и лишь рваными отблесками пожара продолжило танцевать внутри.

Ничего себе у них зажигалки!

Гамлет с Филиппом бросились вверх по склону холма. Я поднялся на одно колено и взял на прицел фасад особняка, а когда в темном проеме открытой двери почудилось движение, сразу всадил туда длинную очередь. Подстреленный горожанин вывалился на крыльцо; Датчанин добил его парой выстрелов, Филипп зашвырнул в коридор гранату, и оба они перебежали к стене.

Я тоже не стал изображать из себя мишень и перекатился на новое место. Тут в доме приглушенно громыхнул взрыв, а высунувшийся из-за угла Селин крикнул:

— Прикрываю!

Добежав до крыльца, я вслед за Гамлетом и Филиппом взлетел по залитым кровью ступенькам. Там перепрыгнул через мертвеца и, прижавшись спиной к выщербленной осколками стене, сменил опустевший магазин.

— Ну и чего? — спросил я Гамлета, который опустился на одно колено и осторожно выглядывал в темный коридор.

— Это у тебя спросить надо — чего, — огрызнулся Датчанин. — Откуда здесь эта халупа взялась? Мы так не договаривались!

— А я знаю?

— Зачищаем? — хрипло выдохнул Городовский.

— Без вариантов. — Лезть под пули не хотелось, но на подкрепление нам точно рассчитывать не приходилось. — Денис где?

— Он черный ход держит. Как думаешь, где колдун?

Я на миг задумался, но сразу уловил расходящиеся по магическому полю колебания и указал под ноги.

— В подвале.

— Пока дом не проверим, туда соваться нельзя, — решил Датчанин. — Вы план особняка помните?

— Блокируем лестницу, дальше по обстоятельствам, — приказал Городовский и, оттеснив Гамлета, катнул в темноту РГД-5. Только грохнул взрыв, и он метнулся за угол; мы с Датчанином рванули следом.

Филипп заскочил в одну комнату, Гамлет юркнул в дверь напротив, я остался контролировать коридор.

— Чисто. Чисто. — Почти одновременно прошелестело в наушнике.

Я осветил подствольным фонарем лестницу, высунулся из-за простенка и сразу спрятался обратно. Со второго этажа прогрохотала запоздалая очередь, и ко мне незамедлительно присоединился Гамлет.

— Куда лезешь?! — возмутился он.

— Не спешим, — поддержал его Городовский. — Держи лестницу, мы проверим первый этаж.

— Один?

— Ну позови кого-нибудь на помощь, — пошутил Датчанин.

— Это вы здорово придумали! — Я достал РГД-5, но передумал и выдернул из кармашка трубку зажигательного заряда. — Пожар не начнется? — уточнил на всякий случай.

— Кидай в подвал, — разрешил Филипп и уже в рацию произнес: — Денис, мы выдвигаемся.

Датчанин и Городовский, освещая темные закутки, ушли по коридору; я беззвучно выругался и, подняв лицевой щиток, вытер лицо. После вернул бронестекло на место и прислушался. Тихо.

Только вот это ненадолго.

Для тех, кто засел на втором этаже, другого пути в подвал нет; однозначно будут прорываться.

И как накаркал: по ступеням звонко залязгало железо. Граната?

Но только спрятался — и вместо взрыва на лестнице загрохотали тяжелые ботинки, а потом темень разорвали всполохи дульных вспышек. Не высовываясь из-за стены, я дернул рычажок запала, швырнул трубку зажигательного заряда вдогонку сбегавшим вниз горожанам, и сразу ухнуло. А еще закричало, завопило, зашкварчало. Повеяло жаром, языки пламени взметнулись ко второму этажу, и там тоже кто-то испуганно заголосил.

А чужая граната так и не взорвалась!

Да и граната ли это была? Может, на испуг взять хотели?

Я перехватил оружие, осторожно выглянул на лестничную клетку, и сразу захрипела рация:

— Лед! Что там у тебя?

— Порядок!

— Мы подходим, не стреляй.

Парни вынырнули из темноты, осветили закопченные ступени, и Городовский спросил:

— Что здесь стряслось?

— Попытка прорыва, — объяснил я.

— Жди.

Филипп и Гамлет начали осторожно подниматься на второй этаж, Денис отправился их прикрывать. Вскоре до меня донеслась короткая автоматная очередь, потом грохнула граната, и все смолкло. Минут пять тишины — и Городовский по рации предупредил: