Я выждал пару минут и достал из кармана толстовки пластиковую бутылочку, втихаря уворованную из холодильника с медицинскими препаратами. Отвинтив крышку, вытряхнул на ладонь желатиновый шарик с просвечивавшей через полупрозрачную оболочку красной точкой в середине и заколебался.

Стоит — нет?

В реальном мире препарат, усиливающий способности к колдовству более чем бесполезен, но мне весь день по сверткам мотаться, а на экомаг надежды никакой. При таких перепадах магического излучения он как мертвому припарки.

С другой стороны, хуже быть не должно — и не такую гадость принимал в свое время.

Я закинул пилюлю "Магистра" в рот, покатал на языке и не без опаски проглотил. Прислушался к собственным ощущениям, но никаких изменений не почувствовал. Как хотелось упасть где-нибудь в тихом местечке и продрыхнуть часок-другой, так и хочется.

— Лед, заходи, — позвал вдруг меня Виталий. — Набивай магазины, я пока бумаги на вынос оружия оформлю.

— Лады. — Я прошел в оружейную комнату, а точнее ее предбанник, и огляделся. Всей мебели — стол и пулеуловитель. Да еще двери бронированные.

— Не теряй время, выезжать пора! — заявил Виталий и куда-то убежал.

Первым делом я взвесил в руке пистолет-пулемет и удовлетворенно кивнул.

Ничего так, компактный и довольно легкий. Еще и коллиматорный прицел установлен, плюс глушитель в комплекте идет. А на рукояти и вовсе серебристые закорючки колдовских письмен блестят. Защитное заклинание наложили? Похоже на то.

Короче, просто праздник какой-то.

Задвинув приклад, я отложил "Каштан" на край стола и начал снаряжать магазины к "макарову". Набил серебром один, второй, потом раскрыл потертую картонную коробку и выудил оттуда патрон с золотистой пулей, по оболочке которого шла почти неразличимая невооруженным глазом вязь непонятных символов.

Ну, все, колдуны, — теперь вешайтесь, подонки. Мой черед охотиться настал!

Эх, если бы!

И, печально вздохнув, я распределил по магазинам все сорок восемь спецпатронов и занялся обычными боеприпасами. Вряд ли всерьез воевать с кем-нибудь придется, но если дают — зачем отказываться? Запас карман не тянет. Правда, только в том случае, если получается его правильно распределить…

Кобуру с ПМ я нацепил на ремень справа, пару запасных магазинов рассовал по вместительным карманам штанов. Присел, подпрыгнул — вроде не мешают. Но двадцатизарядные придется в рюкзак убирать.

— Чего тормозишь? — спросил вернувшийся в оружейку Виталий.

— Да думаю, как бы все это богатство получше разместить.

— Держи. — Парень порылся в верхнем ящике стола и передал мне пластиковый пенал для вертикального ношения двух магазинов с креплением на пояс.

— Вот это дело! — обрадовался я, прицепил пенал на ремень слева и застегнул толстовку. Нормально, со стороны незаметно. — А изолента есть?

Виталий кивнул:

— В нижнем ящике посмотри.

Отметив кольцами синей изоляционной ленты магазины с обычными патронами, я защелкнул один в свободное гнездо пенала на поясе, второй сунул в рюкзак. Туда же убрал пистолет-пулемет и глушитель. Взвесил в руке — солидно. Впрочем, с учетом заначенного обреза могло было быть и хуже.

— Номера на выходе сверять будут?

— Нет, все оформлено уже.

— Ладно, тогда оружие пристреляем и можно выдвигаться.

— Пристреляем? — удивился парень. — Раньше как-то обходился.

— Раньше не планировал по людям стрелять. Есть тир у вас, нет?

— Давай за мной.

Прихватив с собой пару коробок патронов, мы покинули оружейную комнату и по крутой лестнице с узенькими ступеньками спустились в подвал. Тир не разочаровал — двадцать пять метров в длину, дальнюю стену подсвечивает мощная лампа, отдельные кабинки для стрелков. Мишени с автоматическим приближением, как в лучших домах Лондона. На полу — деревянные решетки, под которыми поблескивает россыпь стреляных гильз. Видно, что здесь стреляют, и стреляют много.

— Наушники есть? — спросил я, закрепляя глушитель на стволе пистолета-пулемета.

— Зачем тебе?

— Еще "макаров" проверить хочу.

Воткнув в рукоять магазин, я дослал патрон и поставил переводчик огня на одиночные выстрелы. Навел красную точку прицела на черный круг и аккуратно потянул спуск. Негромкий хлопок, второй, третий.

Отложив "Каштан", я приблизил мишень и задумчиво изучил легшие немного ниже и левее центра пулевые пробоины. Залепил их полосками белой изоленты, вернул мишень на место и отстрелял следующие три патрона. Но нет — опять та же ерунда.

— Нужна отвертка, прицел подрегулировать. В комплекте должна была идти.

— Сейчас принесу.

Пока Виталий бегал за отверткой, я нацепил наушники, перешел к другой мишени и отстрелял ПМ. Здесь — никаких неожиданностей. Тут все исключительно от прямоты рук зависит. Сойдет, короче.

— Держи, — протянул отвертку вернувшийся в тир водитель.

Я упер рукоять пистолета-пулемета в стойку и, глядя через коллиматор, слегка сместил прицельную марку. Сначала по вертикали, потом по горизонтали.

Скорее всего, прицел без глушителя пристреливали, вот и бьет немного ниже. А может, во мне дело.

Завершив калибровку, я сделал три очередных выстрела, приблизил мишень и удовлетворенно кивнул: вот теперь порядок.

— Долго ты еще? — поторопил меня переминавшийся с ноги на ногу Виталий.

— Сейчас.

Я упер приклад в плечо и одной длинной очередью разрядил в мишень остатки патронов. Оценивающе изучил пулевые отметины — пойдет — и снял с "Каштана" глушитель. Убрал оружие в рюкзак и, набивая опустошенный магазин, спросил:

— Куда едем?

— Третий маршрут, — ответил парень и, заметив мое недоумение, пояснил: — От Петроградского моста к вокзалу.

— Вот ничего себе прогулочка! — присвистнул я, вслед за водителем поднимаясь из подвала. — Это ж полгорода пешкодралом пройти придется!

— Тебя кто-то ограничивает по времени? — Виталий вышел во двор и, распахнув дверцу, уселся за руль внедорожника. — Не парься, на сегодня это все.

— Да! — вспомнил я об установленных вчера камерах, забираясь в салон. — Записи смотрел кто-нибудь?

— Без понятия. — Виталий осторожно, в объезд луж направил внедорожник со двора и припомнил: — Шептало вроде говорил, ты сам их смотреть будешь.

— Говорил, ага, — вздохнул я и прикрыл глаза, но от сонливости не осталось и следа.

Будто крепкого-крепкого кофе выпил, да такого ядреного, что сердечко бедное в ударах так и заходится. Неужто "Магистр" подействовал? Вот уж не думал, что он так бодрит! Куда там кофеину!

Невыносимая тяжесть вдавила в сиденье, и никак не удавалось понять, то ли мне сильно плохо, то ли сильно хорошо. Впрочем, когда мы проползли запруженный транспортом Петроградский мост и Виталий, включив "аварийку", остановил внедорожник у тротуара, самочувствие более-менее пришло в норму.

— Вылезай, — обернулся водитель. — У тебя полтора часа, потом установку на двадцать минут запустят.

— Сейчас. — Я шмыгнул носом, вытер его тыльной стороной ладони и не особо удивился, заметив оставшийся на коже красный мазок.

"Магистр", блин! Надо бы с ним поаккуратней…

Передернув затвор ПМ, я сунул пистолет в кобуру и выбрался из автомобиля. Нацепил на нос солнцезащитные очки, закинул за спину рюкзак и зашагал вдоль ограды непонятного парка. А поскольку тротуар тянулся впритык к проезжей части, где сплошным потоком шел транспорт, то при первой же возможности свернул в гостеприимно распахнутую калитку и по замощенной стершейся плиткой дорожке дошел до ночного клуба "Кайман".

Это ДК металлургов, если не ошибаюсь.

Несмотря на недосып, идти было легко и приятно; будто в спину подталкивал кто. Неестественная бодрость расходилась по телу, ноги сами собой несли вперед, и нисколько не напрягало даже то, что не удавалось уловить ни малейшего намека на какие-либо аномалии и странности.

Ну их, эти свертки, просто гуляю.