— А! Ну, тогда ладно.

— Слушай, — с интересом глянул вдруг на меня парень, — а ты чего без оружия?

— У меня охранник имеется.

— На охрану надейся, а сам не плошай. Бери винтовку, дешево отдам.

— Да пистолет уже есть, — отказался я.

— И что пистолет? — фыркнул Сергей. — Ты в человека метров с десяти самое большее попадешь. Нет, в городских условиях для самообороны нормально, но в чистом поле застрелиться разве что сможешь.

— Да не, ну куда мне винтовка? Я городской житель…

— Смотри, — и не подумал отстать вошедший в раж торгаш. — Отдам дешево, в ормагах таких цен тебе никто не даст. А приедешь в Северореченск, продашь. Еще и наваришься.

— Не… — уже отмахнулся я, но в голове будто щелкнуло что-то.

"Продашь в Северореченске". А ведь это идея! Будет лишний повод с нужным человеком пообщаться. И опять-таки дешево. Как не купить?

— Сергей! — окликнул парня направлявшийся к нам начальник охраны. — Ты чего тут застрял? Иди ешь, выезжать пора!

— Сейчас! — полез в сани Сергей. — Не видишь — оружие продаю?

— Ты погоди продавать-то! — остановил я его. — Сначала ценник озвучь!

— "Мосинку" за сорок рублей золотом уступлю, СКС — за полтинник.

— Не так уж и дешево, — поморщился я.

— Сможешь ниже цену найти?

— Ладно, не о том вопрос, — не стал я лезть в бутылку. — Что мне взять-то?

— Бери СКС, — тут же посоветовал Сергей. — Он самозарядный, да и десять патронов в магазине, против пяти у мосинки.

Остановившийся у саней начальник охраны еле слышно хмыкнул, и я немедленно повернулся к нему:

— А вы что порекомендуете?

— Мосинку, — не задумываясь, заявил тот. — Тут даже думать нечего.

— Почему это?! — возмутился Сергей. — Сам посуди, Константин, СКС идет под 7.62 на 39, а это у нас самый ходовой патрон! Найти в любом селе можно!

— Давай разберемся, — улыбнулся начальник охраны. — Пуля калибра 7.62 на 39 весит сколько? Правильно — восемь граммов. А пуля калибра 7.62 на 54 весит уже без малого двенадцать граммов! При стрельбе по защищенному отводящим пули амулетом объекту разница ясна или объяснить?

— Тоже мне преимущество!

— Еще какое преимущество! К тому же у трехлинейки ручной режим заряжания, и она менее требовательна к качеству патронов. Либо сам снаряжай, либо сдавай гильзы и забирай потом патроны с хорошей скидкой. Мы так и делаем.

— У вас тоже ручная перезарядка? — оценивающе глянул я на винтовку Константина со скобой Генри, явно подвергшейся кустарной переделке в сторону увеличения. Ясно, это чтобы в охотничьей варежке стрелять можно было.

— Да, — подтвердил тот и усмехнулся, — только калибр побольше — 45 на 70.

— А сколько патронов?

— Девять.

— Неплохо.

— Классика, — усмехнулся Константин, — "марлин" тысяча восемьсот девяносто пятого года, "ковбой".

— Ну что ж, — решился я и полез за деньгами, — тогда беру мосинку. Тоже классика, если разобраться.

— Как скажешь, — вздохнул Сергей, приняв от меня серебряный рубль царской чеканки, и с усилием сдернул с деревянного ящика крышку. — И как первый покупатель ты получаешь ремень, две обоймы и пачку патронов.

— Дай уже от смазки очищенную, — посоветовал Константин.

— Ее и хотел, — протянул мне винтовку парень. — Как заряжать, знаешь?

— Не-а, — сознался я. — Снизу обойму в магазин как-то вставлять?

— Нет, — не удержался от улыбки начальник охраны обоза. — Снизу магазин открывается только для чистки или разряжения. А обойма вообще не вставляется. — Он забрал у меня винтовку и открыл затвор. — Патроны укладываешь либо по одному, либо упираешь обойму и сдвигаешь в магазин все пять штук сразу.

— Понятно, — кивнул я и забрал у Сергея коробку патронов.

— Все, — заторопился Константин, — мужики уже поели, пошли быстрее. И так слишком много времени потеряли.

— Сейчас ящик закрою и прибегу, — отозвался Сергей.

Я, на ходу цепляя к винтовке ремень, нагнал начальника охраны и зашагал рядом. Честно говоря, Константин меня немного даже пугал. Чувствовалось в нем нечто непонятное. Как взгляну на его щеку, так буквально мороз по коже. И не понять даже — в ясновидении дело или просто нервишки пошаливают.

Но человек он серьезный, сразу видно.

— Ну как, доволен покупкой? — принимая от кашевара миску со сдобренной тушенкой гречневой кашей, поинтересовался Константин. Народ к этому времени от костра уже рассосался, и лишь Напалм с Мариной продолжали греться у огня.

— Да вроде доволен. — Я повесил винтовку на плечо и подошел получить свою порцию горячего варева, от которого поднимались целые клубы пара. — Надо будет пострелять только.

— Это дело.

— Знаете, — работая ложкой, задумался я, — понять не могу, а почему вы исключительно дробовиками и винтовками вооружены?

— А чем еще?

— Прикупили бы "калашей" несколько. Не разорились бы, думаю.

— Мороки слишком много, — подув на ложку с кашей, ответил Константин. — У нас разрешения получать замучаешься, да и специфика несколько иная. И на хозрасчете опять-таки, а на автоматы патронов не напасешься.

— Окупились бы они, думаю.

Начальник охраны вернул пустую тарелку повару, вытер губы платком и пустился в объяснения:

— Вот смотри. Если на дальних дистанциях отстреливаться, нам винтовок хватает. Народец лихой сейчас ушлый пошел, в кого ни ткни, амулет защитный. А у патронов 45 на 70 вес пули двадцать шесть грамм с гаком. Пару раз попал — и амулета как не бывало. Патроны дорогие, конечно, но их переснаряжать можно. Так и спасаемся.

— Понятно, — кивнул я, выскребая из миски кашу. — Ну а пистолеты-пулеметы почему не используете?

— А кто б их продал? Что-нибудь хорошее найти просто нереально. Да в принципе на короткой дистанции и "дыроколов" с жезлами "свинцовых ос" хватает. Дробовики и вовсе оружие универсальное. Не всегда же с людьми воюем, часто и гадость всякая на дороги выбирается.

— Тогда понятно…

— Сергей! — заметил начальник охраны шагавшего к костру парня. — Ты где опять пропал?

— Мухтара кормил.

— Давай бегом!

Я вернул тарелку бородатому кашевару и вдруг заметил, как настороженно замер на месте Константин. В следующий миг растекшееся вокруг временной стоянки ясновидение уловило чей-то страх, голод и отчаянье, но не удалось толком осознать накатившее видение, как грохнул одиночный выстрел, и чужое присутствие моментально пропало.

— Отбой! — крикнул с навеса караульный.

— Что там у вас? — задрал голову начальник охраны.

— Какие-то зверюги на запах вышли. Пришлось отогнать.

— Ясно.

Внезапно я почувствовал всплеск магической энергии и обратил внимание на одного из охранников, который скомкал призрачное плетение ненужного более боевого заклинания и усилием воли заставил его погаснуть. Непонятно как затесавшийся в охрану обоза колдун встряхнул ладонями, несколько мгновений постоял с закрытыми глазами и лишь потом присоединился к своим товарищам.

Непонятно как затесавшийся? Или это припрятанный торговцами козырь на самый крайний случай?

Я осторожно присмотрелся к колдуну, потом аккуратно потянулся к нему ясновидением, но не почувствовал ни малейшего признака враждебности. Впрочем, учитывая, как ловко меня провели в последний раз, это еще ни о чем не говорило.

Вот ведь! Теперь даже собственному дару доверять до конца не могу!

Тяжело вздохнув, я отошел к уже начавшему гаснуть костру и совершенно случайно наступил на ногу задумчиво уставившемуся в огонь пироманту.

— По ногам, как по асфальту! — немедленно встрепенулся тот и вдруг заметил висевшую у меня на плече винтовку. — О! Да ты прибарахлился!

— Есть такое дело.

— Настоящий полковник, — улыбнулась Марина. — Только буденовки не хватает.

— Это дело наживное, — хмыкнул я и, стянув варежки, начал вставлять вытащенные из распотрошенной коробки патроны в обоймы. Потом по одному зарядил четыре патрона в винтовку и, не загоняя последний в ствол, закрыл затвор. А там уже принялся дышать на онемевшие пальцы. — Вот завалюсь в парилку и сразу буденовку надену. Войлочную.