— Ну-с, приступим… — Михаил Григорьевич раскрыл меню и начал разглядывать сделанные каллиграфическим почерком записи. — Начнем, пожалуй, с горячего?
— Надо для аппетита водочки заказать, — степенно заявил Кирилл Ефимович и, погладив плохо выбритые щеки, повернулся к Селину: — А вы, Денис, по какой части будете?
— На общепите специализируюсь, — невозмутимо ответил тот, усаживаясь рядом со мной.
— Какое-то заведение содержите?
— "Ширли-Муры" на Красном. — Денис откинулся на спинку стула и улыбнулся: — Но вообще мы планируем расширяться. Работаем над этим.
Услышав название клуба, Сергей Михайлович невольно хмыкнул и покосился на отца, но тот сделал вид, будто всецело увлечен изучением меню. А может, и в самом деле был увлечен, кто его знает…
— На нас ничего не заказывайте, — предупредил я. — Мы только что пообедали.
— А по маленькой?
— Уже пропустили, — улыбнулся Селин. — А нам еще работать сегодня, так что лучше чаю горячего.
— Да, от чая не откажусь, — кивнул я.
В этот момент в кабинет проскользнула официантка с блокнотом, и Михаил Григорьевич отложил меню.
— Значит, так, девушка, — на мгновенье задумался он, — мясное ассорти и хлеб на всех. Еще салат "Весенний", лапшу и пюре с поджаркой. Это вдвойне. — Торговец перелистнул несколько страниц и продолжил: — Графинчик водки и три чая с лимоном этим трезвенникам.
— Пап! — возмутился Сергей.
— Цыц! — стукнул указательным пальцем по краю стола Михаил Григорьевич. — Мал еще водку пить!
— Я вместо пюре хочу рис с овощами и свиную отбивную взять, — пояснил парень. — Ну и коньяку пятьдесят грамм. Для аппетита.
— Коньяку? — задумчиво глянул на сына торговец. — Коньяку можно. Ты, Кирилл Ефимович, что будешь?
— Все то же самое, — заявил толстяк, не спуская взгляда с затянутых в сетчатые чулки стройных ножек официантки. А когда девушка вышла, он мечтательно вздохнул и облизнул губы: — Ух, какая цыпочка…
— Не сейчас, — поморщился Михаил Григорьевич. — Ладно, давайте, пока горячее не принесли, о деле поговорим.
— А давайте поговорим! — согласился я. — Если в двух словах, нам надо перевезти в Северореченск достаточно объемный груз. Вопрос в том, если ли у вас свободное место.
— Габариты какие?
— Аммиачная селитра в мешках по пятьдесят килограмм, — подсказал Селин.
— Так, — задумался торговец, — так… — Он постучал пальцами по столу и решил: — Четыре тонны сможем взять.
— Маловато будет, — разочарованно протянул я, прикидывая, что в лучшем случае при таком раскладе моя доля составит не больше пятисот рублей золотом. И это еще без учета неизбежных накладных расходов. Но с другой стороны — с паршивой овцы хоть шерсти клок. — Ну да ладно, деваться некуда…
— А у вас этого добра сколько всего? — заинтересовался Кирилл Ефимович.
— Тонн тридцать точно будет, — предположил Селин.
— Можно на постоянной основе возить…
— Можно. Денис, оставь свои координаты. Будет интерес, в следующий раз напрямую работайте.
— А сам что? — удивился Михаил Григорьевич и отодвинулся в сторону, освобождая место для вернувшейся с подносом официантки.
— Да вот решил обстановку сменить, в Северореченск на время перебираюсь. — Я взял стакан с чаем, в котором плавала тонюсенькая долька лимона, закинул две ложки сахара и начал неспешно размешивать. — Со мной еще двое сопровождающих будут.
— Не проблема, — кивнул торговец и налил из небольшого графинчика себе и партнеру водки. — Ну, за новое начинание!
— Вы когда выехать сможете? — осторожно отхлебнув горячего чая, уточнил я.
— А вот это вопрос, — тяжело вздохнул Михаил Григорьевич. — Мы у одной артели заказ разместили на две сотни "щелчков", да никак сертификаты на них получить не можем. Все завтраками кормят.
— Куда вам столько "щелчков"? — удивился Селин.
— А они немного модифицированные. У них дальность действия до двадцати метров увеличена. Мощность упала, конечно, но не критично.
— И куда такие? — допил я чай.
— А вместо подствольных гранатометов, — пояснил Сергей. — "Щелчок" дешевле того же "дырокола" раз в десять выходит.
— Его подзаряжать нельзя, — засомневался я.
— Эти можно, — улыбнулся парень и пригубил коньяк. — И никаких способностей к магии не надо, нажал кнопку — и все. Хоть дверь выбить, хоть человека с защитным амулетом с ног снести.
— Интересно, — хмыкнул Селин.
— Очень интересно, — подтвердил Михаил Григорьевич. — Интересно настолько, что никак первую партию сертифицировать не могут. И ведь опытный образец давно согласовали, а тянут и тянут чего-то. — Торговец досадливо махнул рукой и вздохнул: — Ладно, если объемы устраивают, давайте тогда стоимость перевозки обсудим.
— Четверть груза в обмен за доставку, — предложил я.
— Нет, так не пойдет, — нахмурился Кирилл Ефимович. — Оплата наличкой и вперед. Куда мы потом эти удобрения денем?
— Только не говорите, что у вас нужных связей по окрестным селам нет. Вам эту тонну по дороге раскидать — как нечего делать.
— Сорок процентов, — сделал встречное предложение торговец.
— Треть — и по рукам, — отодвинул я от себя пустой стакан. — Больше дать просто не в состоянии, иначе в минус уйду…
— Ну на нет и суда нет, — скривил губы Кирилл Ефимович. — Не взыщите…
— Погоди, — остановил его Михаил Григорьевич. — Треть — это нормально.
— Так мы договорились? — уточнил я, стараясь не выказать облегчения, которое испытал при этих словах.
— Договорились! Но предупреждаю сразу: выедем только после того, как вопрос с сертификацией амулетов решится.
— Не проблема, — поднялся я из-за стола. — День-два роли не играют.
И мы с Денисом, распрощавшись с торговцами из Города, поспешили покинуть кабинет. Спустились на первый этаж, и уже там Селин недовольно хмыкнул:
— День-два роли не играют? У меня сложилось другое впечатление.
— Сейчас заскочим в Гимназию, попробуем этот вопрос пролоббировать.
— Есть нужные связи?
— Вроде как да.
— А чего молчал? Еще бы и скидку под это дело выбил. Всяко дешевле о перевозке договориться можно было бы.
— Ты знаешь, — усмехнулся я, — как-то не хочется случайным людям показывать, что у меня пятки горят. В этом случае совсем другое отношение будет, больше потеряю впоследствии, чем сейчас выторгую.
— Понятно. — Денис распахнул входную дверь и напомнил: — Маску надевай.
— А стоит ли?
— Береженого Бог бережет.
— Черт с тобой. — Я натянул балаклаву, завязал ушанку и только после этого вышел на улицу. — Ладно, давай в Гимназию!
До окруженного облетевшими на зиму тополями здания Гимназии мы домчались, даже не успев продрогнуть. Стылый ветер, конечно, так и пытался забраться под дубленку, но сделать свое черное дело толком не успел. Ехать от биржи до облюбованной колдунами школы было всего ничего, да и все чаще поглядывавший на часы Селин постоянно подгонял лошадей.
Остановив сани у высокой ограды, Денис подождал, пока я спрыгну в снег, и указал на расположенный в соседнем доме магазинчик:
— Там тебя ждать буду.
— Договорились. Постараюсь недолго. — Опустив меховой воротник дубленки, я зашагал к проходной.
— Да уж постарайся, — бросил мне вслед Денис.
Небо к этому времени окончательно затянули облака, и, вероятно, из-за этого окруженное деревьями здание выглядело мрачнее обычного. Не на шутку разгулявшийся ветер раскачивал коротко остриженные ветви тополей и гнал по дороге легкую поземку; выскакивавшие покурить на крыльце гимназисты чертыхались, делали пару-тройку затяжек и убегали обратно. Те же, у кого занятия закончились, на улице тоже не задерживались и веселыми компаниями разбредались по окрестным развлекательным заведениям.
У меня, честно говоря, от их гомона даже голова разболелась. Вот уж не думал, что люди на пустом месте способны столько шума создать.
