— Могут быть ловушки, — предупредил я Лику.

Ведьма подобралась к очищенной от кустов полосе и приложила к земле руки, ненадолго замерла так и сдвинулась в сторону. Что-то не понравилось ей и там, и она перешла дальше.

— Здесь нормально!

Я достал из кармашка разгрузки ракетницу с "Серпантином" и предупредил по рации Серого:

— Сразу после меня!

Лика оглянулась и скомандовала Яне:

— Давай!

Со всех сторон из леса к заимке хлынул туман, но подползти к стенам его молочной пелене не удалось: ее тут же начали рвать и развеивать защитные чары.

Я выругался и дернул запальное кольцо. Ракета перелетела через ограду, ударилась о крышу и свечкой ушла вверх. "Серпантин" полыхнул, мешая колдуну использовать внутреннее зрение, и сразу из двух стволов ударили по вышке наемники.

Зацепить никого они не могли, но позволили мне, Лике и Напалму перебежать через открытое пространство к забору, прежде чем открыл ответный огонь пулеметчик.

Наемники моментально прекратили стрельбу и поменяли позиции, а Лика опустилась на корточки и принялась водить пальцами по сложной резьбе, выискивая в защитных чарах слабое место. Пулеметчик короткими очередями обстреливал лес, нас ему было никак не достать, но неожиданно мое внимание привлекло свечение над головой.

Глянул вверх — вокруг заимки формировалось сияющее багрянцем облако, оно размеренно пульсировало, словно готовилось пролиться на землю огненным дождем.

Пулеметчик не мог достать нас у забора, зато это было по силам колдуну!

— Быстрее! — крикнул я ведьме. — Да быстрее же ты!

Лика отмахнулась, вытащила нож и начала слегка подправлять рисунок, соединяя одни руны с другими. А Напалм обеспокоенно заерзал и предупредил:

— От колдовского огня закрыть не смогу!

Облако мигало все чаще и чаще, кое-где с него уже срывались пылающие капли, от земли начали подниматься струйки дыма.

— Либо Яна стреляет… — начал я, но ведьма меня перебила.

— Готовьтесь! — резко бросила Лика и махнула рукой, привлекая внимание наблюдавшей за нами из кустов Яны, а потом резким движением ножа разрезала палец и соединила очередные руны кровавым мазком.

Забор просто взорвался, в ограде образовалась дыра чуть больше метра диаметром. И сразу мелькнул над головой арбалетный болт. Он ударил по крыше и засел в ней, пробив лист профнастила. Мысли стали путаться, а в глаза словно сыпанули песку, зато поблекло и начало рассеиваться огненное облако.

Я сунулся в дыру, всадил по заряду картечи в оба выходивших на эту сторону окна и ринулся к дому. Закинул гранату на второй этаж, потом на первый и поспешно прижался к стене.

Хлопнуло раз! другой! — и я попятился обратно к забору, взяв на изготовку карабин. Напалм уже пролез во двор и расплескал бензин по бревнам, а затем подпрыгнул и втолкнул канистру с остатками горючей жидкости в выбитое окно.

И немедленно полыхнул огонь! Пламя загудело в доме и в один миг добралось по внешней стене до второго этажа. Бензин стал лишь первоначальным толчком, дальше талант пироманта подхватил пожар, раздул и направил в нужном направлении. Напалм управлял им, словно дирижер оркестром: дом сгорал, но на надворные постройки огонь не перекинулся, все искры гасли еще в воздухе.

В окне на втором этаже вновь мелькнуло движение; я выстрелил и сместился к углу. Вовремя! Входная дверь распахнулась, и, весь в клубах дыма, на улицу вывалился здоровяк с дробовиком. Заряд картечи шибанул ему в бок и опрокинул на спину. Рубаха вмиг пропиталась кровью.

Готов!

Неожиданно огонь начал опадать и гаснуть, и тогда пиромант резко махнул рукой, перебарывая чары колдуна. Жар стал просто невыносим, из дома донесся страшный крик, начали рваться боеприпасы, а следом обвалились перекрытия. Напалм хватанул воздух распахнутым ртом и жадно присосался к бутылочке с разведенным в воде алхимическим абсорбентом. Его заметно штормило.

Когда охваченный пожаром особняк окончательно обрушился, пиромант ушел отпаиваться лекарствами, а мы с Серым проверили застреленного парня и прошлись по сараям. В одном из них отыскались железные канистры с непонятным серым порошком. То ли пеплом, то ли древесной трухой.

Позвали Лику, та принюхалась и уверенно определила:

— Бархатник! — потом ткнула в труху мизинцем, облизнула палец и с отвращением сплюнула. — Еще дурь какая-то. Не сталкивалась раньше с таким.

— Что будем делать? — спросил невесть откуда объявившийся Клоп.

Я недовольно поморщился; связываться с наркотиками не хотелось. Но ведьма махнула рукой:

— Сожгите все, и едем отсюда!

Сжечь? Да ничего нет проще! Но вот с отъездом я решил не торопиться.

— Сколько отсюда до Лисьих Выселок? — спросил я, когда мы подожгли сараи и выбрались за ограду.

— Не больше часа, — ответил Серый. — А что, на?

— О нашей "шишиге" наверняка рассказали. Столкнемся на трассе, отгребем проблем.

Серый глянул на меня с нескрываемым скепсисом:

— И что ты предлагаешь?

— Подождем.

— В Патруле служил, да? — спросил старший наемник.

— И что с того?

— Все вы там долбанутые, на!

Определенная доля истины в этом утверждении, несомненно, была. Патрульные, по моему личному убеждению, делились на долбанутых и мертвых, да еще тех, кто готовился присоединиться к одной из этих двух категорий.

Караулить возможное подкрепление решили не дольше часа. На больший срок задерживаться у сожженных домов никому не хотелось, да еще Напалм устроил настоящую истерику, требуя немедленно отвезти Веру на опорник Патруля. Урезонить его удалось лишь напоминанием, что мы не знаем, с какой именно стороны едет это самое подкрепление.

Засаду устроили у поворота на заимку. Расположились буквой "Г". Серый и Дуб встречали гостей лоб в лоб на короткой перекладине, мы с Клопом засели у дороги метрах в сорока от них.

Не зная, каким окажется расклад сил, старший наемник притащил из грузовика гранатомет — обычную на вид "Муху", только у этой на тубе серебрились чародейские руны. Я помимо "сайги" взял с собой трофейный АКМ.

— Ждем час и снимаемся! — напомнил Серый, когда мы занимали позиции в подлеске. — Если вдруг прикатят патрульные, огонь не открывать. Договоримся, на.

Но приехали не патрульные…

Сначала донеся рык автомобильных движков, потом из-за деревьев вывернул двухдверный пикап. Когда он проезжал мимо, я насчитал в кузове пятерых парней с автоматами. Потом с небольшой задержкой показался китайский внедорожник, рублеными и прямоугольными формами отчасти напоминавший военные автомобили.

Сверкнула вспышка, сияющий росчерк ракеты угодил в головной пикап, и неожиданно мощный взрыв отбросил машину с дороги, раскидал людей по сторонам. Я немедленно утопил спусковой крючок и разрядил весь рожок в борт второго внедорожника.

Пока перезаряжал АКМ, по съехавшему в кювет автомобилю палил из дробовика Клоп, а стоило мне вновь открыть огонь, наемник принялся вталкивать патроны в подствольный магазин ружья.

На пару мы полностью изрешетили внедорожник, а когда опустел последний третий магазин автомата, я взял "сайгу" и выбрался на обочину. От перевернутого пикапа уже доносились редкие хлопки выстрелов; Серый и Дуб добивали оглушенных взрывом подранков. У нас таковых не оказалось. Все наповал.

Не тратя время на сбор трофеев, мы добежали до грузовика, забрались в него и покатили к трассе. Вместо Гуся за руль уселся Дуб.

Стоило только "шестьдесят шестому" вывернуть на трассу и набрать скорость, Серый достал карту и спросил:

— Куда сейчас?

Я указал поворот к следующему окну, и немедленно возмутился Напалм:

— Едем до опорника! Без разговоров!

Вера и в самом деле выглядела не лучшим образом. Бледное лицо покрывала испарина, бинты на ноге пропитались кровью. Доза "Лазаря" справиться с обширными повреждениями не могла.