— Перелом? — спросил я, глянув в развороченную ловушку. Там из земли торчали обломки заостренных прутьев.

— Да, — отозвалась бледная как полотно девушка и закусила губу.

Лика уже была на ногах, кожа у нее на лбу была рассечена. Ведьме просто повезло, что бревнышко угодило торцом, а не боковиной с гвоздями.

— У Серого стрельба была, — сообщила валькирия. — На них те, с заимки, выскочили. Отбились, но Гуся наповал.

— Как так?

— Колдун.

Я выругался и спросил:

— Хоть положили их?

— Нет, отошли.

Час от часу не легче! Теперь еще заимку штурмовать придется! Мимо-то не проехать!

— Яна, сможешь Веру на ноги поставить? — спросил я светловолосую валькирию.

— Не в походных условиях, — покачала девушка головой.

— Черт! — выругался я. — Ладно, давайте убираться отсюда!

— Сначала закроем окно! — заявила Лика.

— Какое окно? К ним в любой момент подкрепление подойти может!

Но упертые ведьмы ничего и слушать не стали. Они просто взяли и ушли. Самовольно.

Субординация? Здравый смысл? Инстинкт самосохранения?

Не слышали!

— Веру придется нести, — сказал Напалм, когда ведьмы скрылись в за кустами. — Только сначала обезболивающее должно подействовать. Время пока есть.

— Унесем.

— Как себя чувствуешь? — склонился пиромант к жене. — Пить хочешь?

— Не хочу, — ответила та и попросила: — Не дергай меня, пожалуйста.

Напалм вздохнул и ссутулился. Я опустился на землю рядом с ним и спросил:

— Ты сам как? Не схватил откат?

— Да не! — отмахнулся пироманта. — У меня со вчерашнего дня в крови химии столько, что пол-леса без последствия спалить могу.

Я успокоился, присел рядом с трофейными сумками и расстегнул одну из них.

— Напалм, почем в Форте янтарь, не знаешь?

— Рубль за грамм.

— Солидно, — хмыкнул я.

В совокупности обе сумки тянули килограмм на тридцать, никак не меньше. Тридцать тысяч золотом — сумма более чем приличная, даже если придется делиться с ведьмами.

Хотя почему — если? Делиться точно придется.

Подавив жадность в зародыше, я связался по рации с Серым и попросил прислать человека для переноски трофеев. Тот поначалу наотрез отказался даже разговаривать об этом, но, когда узнал примерную сумму выручки, передумал и направил к нам Дуба.

— Рубль за грамм — это если мелкий, — добавил Напалм, рассматривая содержимое сумки. — Куски покрупнее и до червонца за грамм выкупают, и до двух даже. Только если все скопом сдавать, хорошей цены не дадут. Обвалим рынок.

Я присвистнул. Куш нам выпал изрядный.

— Это не люди Хозяина, а какой-то "дикий" кондуктор, — решил Напалм, промокнув покрывшийся испариной лоб Веры. — Хозяин с гимназистами в контрах. Не дал бы янтарь тащить. И странно, что "дикий" не побоялся с Гимназией связаться. Колдуны на шею сядут и ножки свесят.

Колдуны? Да, пожалуй, что так. В янтаре в первую очередь заинтересованы именно гимназисты. Они традиционно работали с деревом и костью, но эти материалы отличались куда меньшей энергоемкостью по сравнению с металлами и драгоценными камнями. А янтарь хоть и камень, но "живой". Настоящая находка.

Я застегнул молнию сумки, снял со спины рюкзак и принялся набивать патронами пустые магазины. Ситуация с боекомплектом нисколько не радовала, еще одна такая перестрелка, и придется отправлять машину в Песчаное.

Только для начала надо прорваться мимо заимки…

Яна с Ликой вернулись минут через десять усталые, но довольные. К этому времени нас уже отыскал Дуб, он закинул за спину автомат, взвесил в руках обе трофейные сумки и кивнул.

— Нормально.

Лицо наемника было перепачкано сажей, но мы с расспросами к нему не приставали. Своих забот хватало.

Я срубил небольшую сосенку и снес с нее топором ветки. Затем мы с Напалмом усадили на эту жердочку Веру, и девушка обхватила нас за шеи, чтобы не завалиться на спину. Не слишком удобно, но просто нет времени сооружать что-то более серьезное. Да и не так далеко идти. Допрем…

Запах гари мы почувствовали еще на подходе к дорожной развилке. Вышли на грунтовку и сразу увидели огромную проплешину, выжженную вдоль обочины дороги. Там чернела запекшаяся от колдовского жара земля и торчали сгоревшими спичками стволы сосен.

Серый копал саперной лопаткой могилу, точнее, уже не копал, а закидывал землей; Клоп засел в кустах и контролировал уходившую к заимке дорогу.

Грузовик от огня, к счастью, не пострадал.

— Гусь нас прикрыл, — пояснил Дуб, опуская сумки на землю. — Автоматчики из леса обстреляли, а колдун с дороги зашел. Еще б немного, и всех сжег.

Наемник откинул задний борт кузова, и мы с Напалмом кое-как погрузили туда Веру. Пиромант забрался вслед за женой, и я попросил его скинуть ботинки и сухие носки.

Штаны уже немного просохли, их решил не менять.

Серый закончил возиться с могилкой, подошел к повалившимся на траву ведьмам и предупредил:

— Мимо заимки не проехать. Обстреляют и встанем, на.

— А если магией? — предложил я.

Яна с Ликой синхронно покачали головами.

— Слишком мощная защита на ограде, — пояснила черная ведьма, приложив смоченную дезинфицирующим составом повязку к разбитому лбу. — Зимой еще могли бы продавить, но не сейчас. Да и не восстановились после окна. — Она вытянула перед собой руку, пальцы заметно дрожали.

— Тогда придется штурмовать.

— Придется, — кивнул старший охранник. — С заимки трое приходили. Думаю, больше там никого нет. Но они с кем-то активный радиообмен ведут. Если и в самом деле с Выселок, у нас в запасе не больше часа, на.

Я выругался, взял ветку и принялся чертить в дорожной грязи план заимки, благо успел там неплохо оглядеться.

— Сможете забор снести? — спросил у валькирий. — Где-нибудь сбоку, подальше от ворот?

Лика вяло кивнула:

— Сейчас отдышусь и сделаю.

— Нужны будут гранаты, — предупредил я. — У меня ничего нет.

— РГД-5 пойдут? — спросил Дуб, переглянувшись с командиром.

— В самый раз.

Я взял трофейный АКМ, проверил его и воткнул новый рожок, но на штурм решил идти с "сайгой".

— Клоп поделится пулевыми патронами?

— Поделится, — уверил меня Серый. — Как действовать будем?

Я ткнул веткой в нужное место в заборе.

— Если зайти отсюда, окажемся непосредственно у дома. И тут уже кто быстрее гранату кинет.

— А колдун? — засомневался Серый.

— С колдуном я помогу, — объявила Яна. — Отвлеку.

— У меня ракетница с "Пульсаром" есть, — сообщил я.

— Не надо, — покачала головой валькирия. — Тогда и мы вас прикрыть не сможем.

Она забралась в кузов и вернулась с длинным чехлом. Внутри оказался разборный арбалет и металлические болты к нему, все изукрашенные сложной гравировкой. От одного взгляда на них по спине пробежался холодок.

— В дом не лезем, на! — сказал тогда Серый. — Канистру бензина дам. Спалим сволочей! Око за око!

Меня такой расклад вполне устроил.

— Веру в больницу везти надо! — высунулся из кузова Напалм. — Обезболивающее скоро отпустит.

— Сначала с заимкой разберемся, — отмахнулась Лика.

Пиромант нахмурился, но ведьма говорила дело, поэтому он предложил:

— Помогу с пожаром. А потом сразу везем Веру на опорник Патруля, это быстрее всего будет.

— Хорошо, — кивнул я, — так и сделаем.

Мы быстро распределили роли и выдвинулись к заимке. Грузовик бросили на грунтовке за деревьями; ближе подъезжать было слишком рискованно.

Дуб сразу ушел к подъездной дороге, контролировать поворот с трассы и заодно перехватить беглецов, если кому-то вдруг удастся вырваться с заимки. Серый и Клоп засели в лесу, а Напалм принял горошину "магистра", и глаза его сделались совершенно желтыми и безумными, в них заплясали отблески злого огня. Он даже забарабанил пальцами по канистре с бензином, выбивая из глухого металла какой-то музыкальный ритм.