— До завтра еще дожить надо, — вздохнул я, проходя вслед за ним.

Охранник с эмблемой Цеха на куртке при нашем появлении и бровью не повел, хотя точно наблюдал перепалку в окно — изнутри витрина оказалась абсолютно прозрачной, расползавшиеся по ней цветные пятна были видны только с улицы.

— Что-то подсказать? — подошла продавец-консультант — худощавая тетенька средних лет.

Ермолов взглянул на меня и вздохнул.

— Давай сам, — предложил он и отошел к окну.

— С патронов начнем, — решил я. — Двенадцатый калибр интересует.

— Пройдемте в оружейный зал, — пригласила меня продавец. — Мы специализируемся на боеприпасах именно к гладкоствольному оружию…

Оружейный зал с моего последнего посещения заметно расширился, а вот непосредственно оружия в нем стало куда меньше. Лишь на одной из витрин были развешены вертикальные двустволки и помповые ружья, отличавшиеся в основном длиной стволов. Первые были богато отделаны резьбой и чеканкой, вторые раскрашивал зимний камуфляж. Там же выставили гладкоствольную "сайгу" и несколько блочных луков и арбалетов.

Все остальные стеллажи были отведены под боеприпасы. Зловещего вида наконечники для стрел и арбалетные болты меня не заинтересовали, но и от вида многочисленных патронов двенадцатого калибра просто зарябило в глазах.

— Вот каталог, — протянула продавец брошюру. — Или интересует что-то конкретное?

— Интересует, — подтвердил я, — но лучше для начала каталог посмотрю.

И оказался прав. В отличие от витрин, где многие патроны имели одинаковые алхимические свойствами и различались лишь навесками пороха и номерами дроби, в каталоге все оказалось структурировано предельно просто и понятно. Нужные боеприпасы я отыскал почти сразу.

Посеребренная картечь, зажигательная дробь, осветительные заряды.

Больше я покупать ничего не собирался, но очень быстро это свое мнение переменил.

Разъедающий плоть реагент разработали специально против нежити, кварцевая дробь разрушала энергетические структуры призраков, а хрустальная крошка хоть и была эффективна лишь на короткой дистанции, зато проходила через защитное поле отводящих пули амулетов. Свинцовая болванка в полсотни граммов тоже проходила, но после такой плюхи с человеком уже было не поговорить, а вот хрустальная крошка позиционировалась как боеприпас условно-нелетальный.

Памятуя о том, что боезапас придется тащить на собственном горбу, я старался ограничивать себя, но особо в этом не преуспел. За две сотни патронов получилось точно.

Под конец, когда уже собрался возвращаться к Ермолову, взгляд зацепился за стеклянный шкаф, где на полках стояли алюминиевые цилиндры размером чуть больше футляра для сигар. Каждый окольцовывали разноцветные пластиковые ленты, а на стекле красовалась наклейка: "Муляжи".

— А это что? — поинтересовался я.

— Одноразовые пусковые устройства, — сообщила продавец, протягивая новую брошюру. — В Форте оборот этих спецсредств запрещен, в случае покупки они доставляются в пункт выдачи заказов за городскими воротами.

— На Торговом пятаке?

— Да.

Я полистал каталог и решил, что Шурик меня точно убьет. Но все же не удержался и заказал четыре "Ультрафиолета", по два "Пульсара" и "Факела", а на самый крайний случай взял "Серпантин". Но зато оставил в заказе только пять патронов с кварцевой картечью — ракетница с "Ультрафиолетом" своим излучением поражала не только нечисть, но и большинство бестелесных тварей.

"Факел" просто долго и ярко горел, освещая все вокруг, а "Пульсар" ставил мощные помехи для ведьм и колдунов. Если верить рекламному буклету, вероятность провалить заклинание увеличивалась пропорционально требуемому для его наложения времени, но также были определенные шансы сбить короткие боевые чары. "Серпантин" же на какое-то время искажал внутреннее зрение; понадобится сделать ноги от ведьм — самое оно.

Заодно заказал четыре зажигательных гранаты и столько же осветительных зарядов. Просто так, на всякий случай.

В отделе с бытовой алхимией я взял рулон алхимического обогревателя и попросил заранее нарезать его на стандартные для пеноковриков размеры. Еще предложили наборы для походной сигнализации, но отказался — когда в компании сразу две ведьмы, незамеченным к лагерю никому не подобраться. Под конец набрал разных полезных мелочей и пошел сдаваться Шурику. Тот глянул на список, оценил строчку "Итого" и с обреченным вздохом полез за чековой книжкой.

Удивительная выдержка у человека — даже не сказал ничего. Я бы точно не смог промолчать. Впрочем, у меня уровень доходов все же немного иной.

Пока Шурик расплачивался, я встал у окна и выглянул на улицу. Перекресток с высокого первого этажа просматривался просто превосходно, ничего подозрительного заметить не удалось. Все как всегда.

— Держи, — протянул Ермолов мне квитанцию. — Тебе еще заказ получать.

Я убрал квиток в карман, взял пакет с патронами и последовал за приятелем на улицу.

— В "Сером Святом" надо что-нибудь? — указал Шурик на магазин напротив.

Это заведение специализировалось на всяческих амулетах и артефактах, поэтому я покачал головой.

— Нет, все есть.

Сколь бы хорошо ни были экранированы амулеты, определенную наводку они давали, а мне хотелось оставаться как можно более незаметным для внутреннего зрения колдунов. "Чешуя дракона", "хлопок" и "дырокол" — остальное будет уже лишним.

Мы погрузились в машину, и Ермолов спросил:

— Ну что, за снаряжением?

— Поехали, — кивнул я.

Подбирать снаряжение Шурик отвез меня в "Арсенал". Только не в городской арсенал, а в одноименный магазинчик неподалеку. Некогда его открыли отставные дружинники и сотрудники разорившегося "Булата", но чисто оружием они торговали недолго; очень быстро основной доход им начала приносить продажа амуниции и сопутствующих товаров.

Термос, три вместительных рюкзака и один поменьше — так называемый "трехдневный", термобелье, два спальника, пять пар носков, пеноковрики, обеззараживающие таблетки, большая аптечка и несколько индивидуальных пакетов, сапоги, котелок и много еще чего по мелочи, вроде алхимических запалов и сухого пайка, обошлись по сравнению с походом в "Алхимию & Жизнь" не так уж дорого, но Шурика это нисколько не утешило.

— Сплошное разорение! — проворчал он, выписывая очередной чек.

— Ну-ка, подожди! — заинтересовался я темно-серой фуфайкой с кожаными вставками на локтях.

— Куда она тебе? — охнул Ермолов. — Лето на дворе!

— Весна вообще-то, — ответил я, снимая фуфайку с вешалки. — Ты хоть представляешь, как по ночам в лесу от земли холодом тянет?

— Покупай что хочешь!

А вот продавец — невысокий дядька, пузатый и усатый, мой выбор поддержал.

— Отличная штука на межсезонье! — сообщил он. — И на лето такие тоже берут. Для зимы слишком легкая модель, а с мая по сентябрь — то, что надо!

— Модель! — покачал головой Ермолов. — Лед, тебе дизайнерскую фуфайку втюхивают! Бежим отсюда!

Пузан усмехнулся в усы и провел по рукаву.

— Нейтральная алхимическая пропитка, — начал перечислять он достоинства одежды, — не горит и не промокает. Эффект "псевдохамелеон". Внутри кроме утеплителя многослойный кевлар мелкого плетения. Ножом не проткнуть, если только шилом. Не прокусить, да и от когтей защитит. Дробь, пули из "макарова", нагана и ТТ уверенно держит. "Свинцовые осы" тоже. Люгеровскую девятку и картечь — только если не в упор. Что мощнее — уже разве что на излете.

— Ну да, — хмыкнул Шурик. — Пластин-то нет.

— Кстати, есть! — расплылся в улыбке продавец. — Стальные пластины в области сердца и левой лопатки. Вдоль позвоночника идет дополнительный жгут кевлара, смягчит удар, если дрыном по хребту протянут. Да и сабля не всякая возьмет.