— Как обычно.

— Ну и хорошо. Домой только заскочим, возьму всякого. Пошли.

До дома рукой подать. Дмитрий остался в машине у входа в магазин, а я забежал на всякий случай через двор, протопал на второй этаж. Мила дома, кот компанию составляет.

— Как позанимался? Кстати, что-то гарью от тебя пахнет.

Я понюхал рукав куртки. Ну да, уже пропитался. Бросил сумку на пол возле вешалки. Потом вытащу все барахло.

— Прекрасно позанимался. Мил, если голодная, то можешь сама пообедать. У нас тут проблемка, Платону магазин сожгли.

— Это надолго?

— Не знаю. Мы с Митей сгоняем в одно место. Не думаю, что надолго.

— Я подожду, бутер себе пока сделаю.

— Хорошо. — Я плюхнулся за рабочий стол и выдвинул ящик.

— Что ищешь?

— Ключи старые… — Где-то тут были, я их не выбрасывал. Как-то вообще не умею выбрасывать ключи, сам не пойму почему, даже от тех замков, которые сменили. Всегда складываю в какую-нибудь коробочку. Да, точно, вот они, и ключи, и брелок с заклятием на сигналку.

Взять что-нибудь еще? Глушак на пистолет, магический? Нет, не надо, все пока так далеко не зашло, а засветить его могу. Он не сертифицирован, хотя в нем нет ничего, что сертификации могло бы помешать. Но тогда технология ушла бы на сторону, а я этого не хочу. Еще один "Щелчок", нефокусированного действия, работа Сани. И лыжные маски — вот они точно могут пригодиться.

— Все, пошел, постараюсь побыстрей.

Теперь в подвал. Два коротких дробовика "ремингтон" с четырнадцатидюймовыми стволами и без прикладов. Коробка с патронами-парализаторами, они хорошо работают, мы уже проверяли, нечего трупы за собой оставлять. По четыре в магазин каждого, затем по одному в ствол и добавить в магазин. По пять запасных в "сэддлы". Все, нормально. Перчатки, кстати, у Дмитрия с собой есть? У меня нет, а оставлять отпечатки глупо. Вскрыл два пакета с легкими "тактическими" из товара, прихватил с собой. Все, теперь и идти можно.

Обежал опять двор, остановился, подумал, на чем ехать. Потом махнул рукой и влез в "рэм" Дмитрия, на пассажирское, поставив сумку к себе на колени.

— Забирай. Маска, перчатки, дробан. Боевых не брал, только резина с "сонками".

— Ну и правильно. — Дмитрий переложил дробовик на заднее сиденье, а перчатки натянул сразу. — Куда?

— Поехали к Хоттабычу,

— И что дальше?

— Ты не поверишь, но Маломер ездит на моем старом пикапе, том, что Мила продала. Посмотрим для начала, на месте ли.

— И если на месте?

— Проверим, менял он сигналку или нет.

В нормальных обстоятельствах меняют. Но в Приграничье машин не так много, а те "американцы", что мы тащим, еще и в числе достаточно редких. И угонять по большому счету некуда, дорог мало, постов много, все равно где-нибудь засветишься. Поэтому Маломер мог и не поменять, тем более что она продвинутая, можно к кольцу привязать, а можно к чарофону. И если машину угоняют, то она сразу даст сигнал, а заодно укажет направление и дальность примерно. Проверим, короче.

"Буханка" правоохранителей от входа в Кишку уже уехала, там все было как обычно. "Эксплорер" Платона пока стоял. Вообще убытков наделали, магазин закрывать в любом случае, за ремонт платить, товара пропало до черта. Кому-то за это башку оторвать неплохо было бы и из нее потерянные деньги вытрясти.

— У пельменной встань где-нибудь, чтобы не маячить, дальше пешочком пройдем, — предупредил я Дмитрия, когда подъехали к месту.

— Понял, не дурак.

Там и место такое, что оставленная машина в глаза не бросается, и в то же время место между пельменной и домом Хоттабыча тихое, дворы да кусты. Можно пройти спокойно. Выбрались из машины, сунув недлинные дробовики под куртки, натянули маски пока как шапочки, дальше одним движением раскатать можно. За нами никто не наблюдал вроде бы. И потопали. Обошли четырехэтажку из красного кирпича через двор, затем в проход между ней и следующим, там остановились, глянули на стоянку.

— Узнаешь? — показал я на пикап.

— Конечно. Вон сторож при стоянке, видишь?

— С собой посадить можно, если сигналка сработает.

— А что думаешь делать?

— За баню Тимура машину перегнать, пусть туда бежит. Проезд пустой, там его и окучим.

— Нормально. — Дмитрия чем-то поразить сложно. — А если нет?

— Тогда прямо к нему пойдем. Держи. — Я сунул ему короткий жезл-парализатор. — На случай, если совсем тихо надо.

— Есть у меня. И кристалл запасной.

— Хорошо, — кивнул я, убирая жезл в подсумок под курткой. — Мне с тамошним "портье", — я даже интонацией сумел вставить кавычки, — беседовать придется. Так что сторожа на тебе.

— Сколько их там?

— Без понятия, но больше двух быть не может. Под Семерой место, они больше репутацией брать пытаются. Да плевать, разберемся. Действуем быстро и агрессивно. Входим, валим спать охрану без вступлений, дальше я на привратника перехожу без паузы, ты контролируешь остальных, у меня даже дождаться результата времени не будет.

— Понял.

— Но пока сигналку проверим.

Сигналка не сработала. Поменял он ее все же. С его стороны разумно, но все же жаль, все упростилось бы. А может быть, и нет. Поэтому мы направились в подъезд дома.

Как я уже говорил, даже дети в Форте знают, что тут самый настоящий Лабиринт, в котором даже Минотавр заблудился бы, горько бы плакал и просил его вывести. Так и было задумано, так все внутренние переделки и планировались. Немало народу в этот дом зашло, да так и не вышло никогда. Полагаю, что в котельной закончили, в топке.

Входная дверь не запиралась, это уже издержки, тутошний контингент жильцов ждать перед входом не любит, а иногда и не может. И люди ходят сюда разные, они не всегда хотят докладывать, к кому именно пришли и зачем. Поэтому в тесноватом холле стояла стойка вроде гостиничной, за которой сидел, почитывая журнал с анекдотами, шнырястого вида мужик в возрасте от тридцати до шестидесяти, а на диване напротив сидели два здоровых парня. Причем ноги они положили на низкий столик, а сами обсуждали происходящее на экране — висящий на стене телевизор показывал видео, что-то там со стрельбой.

Дальнейшее произошло очень быстро. Мы выстрелили разом, почти в упор, с такой дистанции, с какой уже ни один амулет не помогает, да и не будет у охранников серьезных амулетов, а затем я, не оглядываясь, успел опустить маску, шагнув к стойке, сгрести мужика с журналом за ворот свитера и рывком дернуть его на себя, одновременно отпуская на ремень дробовик, выдергивая пистолет из кобуры и утыкая ему в глаз.

— К Витьку Маломеру веди! Быстро! Или прямо сейчас грохну! Ну! — Не дожидаясь даже ответа, я поволок его вдоль стойки, а Дмитрий, убедившись, что оба охранника в отключке, направился к нам.

— Ты чего? — Придавленный воротником свитера шнырь захрипел. — Ты в курсе за крышу, а? С Семерой проблем ищешь?

— Скажи своей Семере, что я их на фуфельнике вертел.

Мужик врезался лицом и грудью в стену, а Дмитрий ловко и быстро его обыскал, выбросив нож, два "Щелчка", солидно выполненный "дырокол" и чарофон. Все полетело на пол за стойку.

— Веди, даже до трех считать не буду, — добавляя в голос истерики, дернул я мужика за ворот, а Дмитрий поднес дробовик к его голове.

Этого хватило.

— На второй этаж, направо до конца, последняя дверь налево.

— Веди, мля, разговорчивый! — Пришлось еще и подзатыльник легкий отвесить рукояткой пистолета.

Не здесь же его оставлять, чтобы шухер поднял, пусть с нами идет, типа проводником. А охранников отрубленных местные обитатели скорей обшмонают, воспользовавшись моментом, чем будут в чувство приводить. Выстрелы? Заряд пороха под резиновую пулю небольшой, хлопало не громче петард, а двери массивные. И не тот тут контингент, чтобы Дружину вызывать.

В общем, мужик смирился и пошел вперед, подгоняемый нами. Семера? Да и хрен с ней. Она и потрепана, и встречались мы с Семерой и раньше, и вообще волков бояться — в хате гадить. Да и узнать не должны, черта с два кто-то из них наши лица запомнил, а камер тут не держат принципиально, им эти камеры в нехорошее место засунут, если узнают.