Но хорошо, что радары, созданные сотни лет назад, могут улавливать эту ересь. Интересно, откуда летит этот объект? На экранах и голографических проекциях в том направлении она успела разглядеть только пустоту Войда Атропос.

— Время до контакта?

— Восемь минут. Уже меньше.

Сабрина возникла рядом, как призрак.

— Кэп, если это чужой перехватчик, я могу попробовать снять его издали плазмо-фугасным зарядом. Дай мне позицию на верхней турели.

— Отставить, Шо, — ответил Кассий. — Если это чужой разведчик, а не боевой дрон, нам нужен его черный ящик, а не облако обломков. Старший пилот разберется. Время есть, целых две с половиной минуты. А ты в любом случае уже должна занять свое место в челноке. Мы десантируемся раньше графика. У нас есть своя задача.

Элара повернулась к своим Сестрам. Лия стояла бледная, но ее руки не дрожали. Мойра уже подключила нейрокабель к тактическому терминалу и быстро набирала серию команд.

— Слушайте меня, — сказала Элара. — Что бы там ни было за бортом, нас это уже не касается. Наша цель — Мортис-7. Задача остается прежней. Выжить и дойти до Цитадели. Если это враг, и корвет подобьют или возьмут на абордаж до того, как мы покинем борт, действуем по протоколу «Рассыпной строй». Каждая за себя. Встреча на поверхности. Вопросы?

Вопросов не было.

В глубине корвета загудели дополнительные двигатели, набирая мощность.

Кассий посмотрел на Элару.

— Шесть минут. Займите свои места.

Она кивнула. Отдала команду:

— Бегом к катеру.

Мойра, Брунна и Лия бросились к лестнице, Элара задержалась около капитана. Он заканчивал вводить новые данные в панель управления, немного скорректировав курс для выхода на запасной вариант десантирования.

— Кассий, — позвала она.

Он поднял глаз:

— Да?

— Если на поверхности все пойдет к черту…

— Именно так оно и будет, — невозмутимо произнес капитан.

— Хм, — Элара усмехнулась, не ожидав этих слов. — Короче. Я хочу сказать, если с транспорта Инквизиции отдадут приказ, который противоречит здравому смыслу… В общем, не жди моей реакции. Я буду делать то, что должна. А ты делай то, что считаешь должным для спасения своих бойцов.

Кассий несомненно понял, что она имеет в виду.

— Ты странная, сестра Элара, — сказал он. — Большинство ваших скорее сожгли бы нас за неверно произнесенную молитву, чем подумали о наших жизнях.

— Я и сама была такой когда-то, — ответила Элара, надевая шлем и опуская забрало. — Три года назад.

— Что же изменилось? — спросил Кассий.

Она слегка хлопнула ладонью по своему наплечнику без геральдики.

— Я узнала цену ржавчине.

Винтовые сирены под потолком трижды коротко взвыли, указатели на стенах вспыхнули оранжевым светом готовности. Корабль резко вышел на запасную траекторию на орбите Мортиса-7.

«Харон» ждал сестер в том же доке, темный и молчаливый, как обелиск. За спиной нарастал гул маневровых двигателей корвета.

Брунна первой пристегнула ремни.

— В атмосфере будет трясти так, что зубы вылетят, — сказала Мойра. — Не забудь вставить капу, Лия.

— Сама не забудь!

Элара взбежала по аппарели и нажала клавишу экстренного задраивания.

Десантное кресло катера как будто заждалось свою пассажирку.

— Все готовы? — спросила она.

— Так точно! — хором ответили Сестры и солдаты во втором отсеке.

Как только люки дока открылись, двигатели взревели, и челнок рванулся наружу. Впереди был стремительный спуск в Зеленый Ад.

«Харон» камнем падал вниз, сотрясаясь всем корпусом. Как ни рассчитывай траекторию входа в плотную атмосферу разных планет, никогда не угадаешь, в какой поток воздушных масс попадешь в конкретный момент времени. Мортис-7 всегда отличался крутым норовом, судя по вводным данным. И учитывая, что никто не приземлялся здесь двести с лишним лет после Третьей Синодальной войны, предсказать что-либо наверняка не представлялось возможным в принципе. Все данные об этом небесном теле безнадежно устарели.

Элара чувствовала позвоночником каждую вибрацию. Десантное кресло сжимало ее в плохо подогнанной сборной броне, нагрудник впивался в ребра, ремни фиксации сдавили дыхание сильнее обычного. Винтовка стучала по набедренной пластине в такт ударам турбулентности. Визор шлема показывал статичный снег ионизированных слоев атмосферы, который глушил все сенсоры. Она почти ничего не видела, пространство дальше своего отсека казалось потусторонней обителью визжащих демонов. Она была почти глуха, оставшись практически наедине с этим визгом, фоновым гулом двигателей и собственным пульсом.

Но все же до нее дошли, как из плотного тумана, условные сигналы руками и прерывающийся во внутреннем канале голос Мойры, сидевшей напротив.

— Т`идшать шекунд! — через капу сквозь зубы крикнула та еще раз, проверив данные терминала на предплечье. — Ф шекто`е пошадки бу`ан, видимошт нол! П`иготовитша к жешкому к`нтакту!

Только бурана нам и не хватало для полного счастья.

Элара с усилием повернула голову влево. Лия сидела в соседнем кресле, визор шлема закрывал лицо, но по тому, как она сжимала подлокотники, было видно, что молодая сестра держится на грани. Еще бы. В первый раз при входе в атмосферу чужой планеты любой самый подготовленный солдат цеплялся за ручки точно так же, хорошо, если не звал маму или не мочился под себя. Надо отдать должное Лие, она терпела из последних сил и не проронила ни звука.

Брунна, сидевшая рядом с Мойрой, даже в этой металлической бочке, падающей в ад, выглядела так, словно вышла на прогулку. Она заметила взгляд Элары и приподняла большой палец в силовой перчатке: всё отлично, командир.

Мойра немного нервничала, шепелявила что-то себе под нос. Ее внешний окуляр-анализатор, вживленный в глазное отверстие шлема, мерцал каждый раз красным светом, когда она пыталась пробить эфир сквозь помехи.

Тряска с резким хлопком прекратилась. Ремни дернули тело вверх в последний раз. Элара с облегчением выдохнула. Они вошли в расчетную зону, где автоматически раскрылся основной гравишют, который должен уменьшить скорость падения.

— Связь с «Невозмутимым» потеряна, — доложила Мойра, выплюнув капу, сквозь треск ее голос искажался до неузнаваемости. — Локальная сеть челнока тоже отказала. Мы летим на автопилоте. Но я успела принять сообщение дежурного по связи в рубке корвета: тот неопознанный объект резко снизил скорость, а потом вдруг пропал со всех радаров. Отбой тревоги.

— Значит, ложный сигнал или мираж, или что-то необычное, из ряда вон, — ответила Элара, не уверенная, что остальные слышат ее. — Не думаем больше об этом. Проверить фиксаторы. Оружие на предохранители.

— Ччёрт! — вскрикнула Мойра.

Челнок резко дернулся в сторону.

Завихрения в нижней части атмосферы сорвали гравишют, как это часто бывает. А запасные купола не раскрылись вовремя.

— Все-таки жесткой посадки не избежать, — сказала Брунна, складывая руки крест-накрест на груди.

Все последовали ее примеру.

Удар. Не толчок или торможение с сопротивлением, а именно сильный удар.

«Харон» по касательной брюхом врезался в поверхность склона невысокого холма, подпрыгнул, упал ничком и заскользил по каменистому грунту. Ремни впились в плечи Элары с такой силой, что она на секунду ослепла. Металл противно заскрипел, кто-то из штурмовиков во втором отсеке шепеляво выругался, всуе поминая всех известных богов.

Челнок вращался юлой. Хотя нет, это было ощущение, порожденное инерцией. На самом деле он тормозил, царапая грунт выпущенными якорями.

Мойра, рано выплюнувшая капу, успела прикусить край воротника и теперь свирепо таращила глаз. Лия громко охнула, и даже Брунна что-то недовольно буркнула.

Тишина наступила внезапно, не полная, потому что за бортом завывал сильный ветер, ударяя в обшивку градом песка и мелких камешков. Но это все же не сравнить с тем хором демонов, который сопровождал их спуск.