— Или знают, но никогда никому не скажут, — вставила Мойра.

— Но кто-то узнал, где реликвия находится, — продолжила Элара. — И решил ее уничтожить. По какой-то неизвестной мне причине. Утечка была в Синоде, а не в Парламенте и не в Министерстве обороны, в течение прошедших месяцев со дня гибели реликвариев. Разведка узнала позже всех, через свои источники среди тех, кто направил сюда Цербер-Дельту. В общем, СПАТ успел принять меры. И вот поэтому мы сейчас здесь.

Нико посмотрел на нее.

— Нам нужен временный союз, Элара. Не со мной. С теми, кто может нас вывести. Ты сейчас заберешь из Архива Эгиду Рассвета и потом отдашь КосмоРекону. Ты получаешь эвакуацию, прикрытие на всех уровнях, достаточное количество финансовых ресурсов и новую личность. Вся твоя группа может уйти вместе с тобой. Все, кто пожелает.

— А что потом? — спросила Элара.

— Потом сама решишь, что делать дальше.

— Нет, Барри. Потом решат за меня. Как всегда.

— Ты же не выбираешь между свободой и зависимостью, капитан Дэйн. Ты выбираешь, какая зависимость оставит тебя в живых.

— Неужели? — хмыкнула Брунна.

— Тебе бы в Парламент, Барри, — сказала Мойра. — Не думал о политической карьере?

— Я не пытаюсь вас убедить. Я пытаюсь не дать нам умереть в этом каменном мешке. А время идет.

— Ты пытаешься выполнить приказ, — усмехнулась Элара.

— Возможно.

— Чей? — спросил долго молчавший Холстер. — КосмоРекона? Почему я должен поверить тебе?

Нико не ответил. Сабрина сдвинулась в сторону, перекрывая ему дорогу.

— Барри не должен подходить к панели.

— Почему? — спросила Мойра.

— Потому что он может открыть не тот контур.

— Или потому что ты боишься, что он откроет правильный?

Сабрина впервые посмотрела на Элару прямо:

— Что за вопрос, Дэйн?

— Я пока не поняла, а ты-то у нас кто, Саби? Ты знаешь гораздо больше того, что может знать простой ритмейстер.

— Я должна была следить за ним.

— Для кого?

Вопрос Мойры повис в воздухе.

По стене пробежала новая трещина. Из нее вырвался горячий воздух, пахнущий каменной пылью и порохом.

Сабрина медленно провела ладонью по каменной поверхности рядом с этой трещиной.

— Для полковника Костригина.

Все повернули головы к ней.

— Я спецагент СПАТ, — продолжила она. — Не числюсь в штатных списках. Моя задача заключалась в том, чтобы передавать Костригину изображение происходящего и подтверждать состояние Элары. А еще — следить за Нико.

— Через глаз? — догадалась Мойра.

Сабрина коснулась левой стороны шлема.

— Через глаз.

— Ты передавала ему всё? — спросила Элара.

— Не всё. Только то, что считала необходимым.

— И Костригин слышал этот разговор?

— Нет. Связь пропала, как мы вошли сюда, — ответила Шо. — Наверное, корабль, на котором прибыли наемники, ставит сильные помехи.

Внутри Элары давно сформировалось холодное ощущение, что все последние часы она двигалась внутри чужого прицела. Значит, вот кто всё видел. Какой-то полковник Космической разведки.

Как она входила в Цитадель, как она открывала разные двери. Которые вряд ли кто-то еще смог бы открыть.

И этот офицер КосмоРекона хочет забрать Эгиду Рассвета.

— Значит, ты контролируешь не Барри, — сказала Элара. — Ты контролируешь нас.

Сабрина ответила:

— Костригин получал изображение, а не наведение. Это разные вещи.

— Разные? Возможно. Для тех, кто смотрит сверху.

— Думаешь, я собираюсь сейчас спорить о формулировках?

— Нет, Саби. Я думаю, сейчас ты собираешься выстрелить в Нико.

— Да, если он снова попытается открыть канал или опять сунет руки, куда не следует.

— А ты попытаешься, Барри? — спросила Элара.

Нико держал руки на виду.

— Если потребуется.

— Это не ответ.

— Да. Попытаюсь. Открыть канал связи с транспортом эвакуации могу только я.

— Видишь, Дэйн? — Сабрина вскинула оружие. — Нико, отойди от шлюза!

Холстер развернулся к ней.

— Опусти ствол, Шо! Сейчас не время.

— Он признался.

— В передаче сигнала, а не в предательстве, — вступила в разговор Роми, до этого молча стоявшая ближе всех остальных бойцов.

— Какая разница?

— Большая, если мы хотим дожить до следующей минуты, — Роми сместилась ближе к Нико и подняла автомат к плечу. — И как по-другому нам улететь с этой мертвой планеты?

— Отставить, рядовой! — Арни достал пистолет и встал рядом с Холстером, который шагнул вперед и закрыл собой Элару и Мойру.

Остальные бойцы моментально разделились на две группы, выбирая стороны.

В тесном пространстве стволы смотрели друг на друга.

Время застыло. Точнее, Элара поняла, что это она так быстро обдумывает ситуацию. «Медуза-Зет» вышла на новый уровень скорости обработки данных.

Элара не видела причин возвращаться на Вальгаллу-3. Ее там и не ждали. Матриарх ждет старшего инквизитора Валериан с реликвией.

Мойру и Брунну можно не спрашивать, они совершенно точно тоже не горят желанием возвращаться в Орден. Проблема могла быть только в Лие, но и в ней произошла заметная перемена. Так что Элара приняла решение. Предложение Нико было вполне подходящим.

Если только он говорил правду, что работает на КосмоРекон и СПАТ.

Да, это тоже стоит быстро обдумать. Холстер с одной стороны, старался урезонить Сабрину, но с другой, всё же сомневался в словах Барри и правильно задал ему вопрос «почему я должен тебе поверить?»

И почему она должна поверить Нико?

Ответ вытекал из того, что появившийся враг, похоже, не заинтересован в реликвии. А Барри как раз наоборот. Значит, ему можно верить. Иначе где тут логика?

Странно только, что СПАТ отправил сюда двух агентов, которые не знали друг о друге. Но это, наверное, обычная практика спецслужб.

Причем, получается, что Сабрина не доверяет Нико даже после его признания. Она думает, что он может оказаться предателем, двойным агентом, работающим на третью сторону.

А что, если это она ведет двойную игру? Такое же тоже может быть?

Голову можно сломать.

Думай!

Хотя что тут думать? Времени нет. Надо действовать. Сначала забрать Эгиду и выбраться живой с этой гиблой планеты.

А потом уже разберемся.

Прошла секунда. Или две.

Элара громко сказала в общем канале:

— Никто не стреляет! Мы все на одной стороне! И Синод, и КосмоРекон, без разницы! Обе организации служат Федерации.

Сама она совсем не была уверена в этом, но сказала так, чтобы разрядить обстановку. Если начистоту, она точно знала, что у Синода, по крайней мере, в этом сегменте Периметра свои цели. И они расходятся с целями Парламента Федерации Земли. Впрочем, это хорошо знали и ветераны «Штормов».

Но Холтер тут же сказал:

— Согласен! Вообще не понял, о чем мы тут спорим и дошли до того, что целимся в своих. Это всё планета смерти, она так влияет. Давайте все успокоимся!

Он тоже понимал, что надо любым способом остановить конфронтацию. Незаметно Холстер стал лидером вместо лейтенанта. И Арни его поддержал. Этого было достаточно.

— Действуем по плану! — продолжила Элара. — Забираем объект и эвакуируемся.

Все, кроме Сабрины, приопустили оружие.

— Ритмейстер Шо! — рявкнул Холстер. — Саби, убери ствол! Ты слышала команду капитана Дэйн! Действуем по плану.

— Он снова отправит координаты, и неизвестно кому! — Сабрина все же опустила пистолет-пулемет, но во внутреннем канале Валькирий добавила: — Я получила приказ остановить его неправомерные действия. Но не убивать его. Только если он откроет канал еще раз…

— Это Костригин приказал? — спросила Элара.

— Да, — ответила Сабрина в этом же канале. — Только что.

— У тебя двусторонняя связь?

— Конечно. Барри думал, что только он мог вызвать эвакуацию. Но теперь это могу сделать только я. Костригин решил, что так будет надежнее. И он сейчас сказал это Барри.