— А я что? — негромко произнесла Мойра. — Я ничего.

Кассий не понял, к чему это было сказано, и странно покосился на нее своим глазом-имплантом, задержав взор на окуляре-анализаторе. Оценил аугментацию сержанта по достоинству и отвернулся.

Маркус Гетц сел за другой стол, со своими бойцами. Он демонстративно повернулся к Сестрам спиной. Элара заметила это, но не придала значения. Пусть мальчик тешится. Внизу, на поверхности планеты смерти гордость выветрится быстро. Главное, чтобы не вместе с воздухом из пробитого легкого.

Никон Баринов, или как сейчас его представил Кассий, Нико Барри, присел рядом. Не напротив, не поодаль, а именно рядом по правую руку, так что их локти почти соприкасались. Он молча ел, глядя в миску. Конечно, он понял, что Элара вспомнила операцию четырехлетней давности на Фортунии-5: зачистка рудников от механического роя. Его взвод тогда держал правый фланг, пока Валькирии пробивались по центру. Хорошая была работа. Чистая. Без потерь.

— Ты совсем не изменилась, Дэйн, — наконец первым сказал лейтенант.

— А ты вроде как слегка постарел, Барри.

Он дернул уголком рта, как сделал это ранее возле командного пульта. И тихо ответил:

— Слышал, что три года в караулах особо не добавляют морщин даже в подземельях шпилей. Чего не скажешь про полсотни ночных штурмов за тот же срок в разных точках Периметра.

Элара откусила хлеб. Немного черствый. Почти безвкусный. Но желудок все равно благодарно сжался. Хлеб в караулах бывал редко, в основном там давали твердые галеты с длительного хранения, зубы сломать можно. Рацион армейского спецназа в этом плане отличался в гораздо лучшую сторону.

— Командир изменил план, верно? Теперь мы пойдем замыкающими вместе с тобой, — сказала Элара.

— Ага, — Нико пожал плечами. — Кэп заметил, что Гетц тебе не подходит.

— Это очевидно, — констатировал Кассий.

— Я не против, — сказал Нико. — В прошлый раз у нас с Дэйн получилось удачно. Может и в этот раз обойдется.

— В прошлый раз у меня был плазмомет и полный комплект «Валькирия-Прайм». Сейчас у меня мачете и винтовка, которую не смазывали со времен Третьей Синодальной войны.

Нико повернул голову. В его темных глазах было спокойное, деловитое понимание.

— Значит, будешь работать тем, что есть. Или тем, что найдешь на поле боя.

Кассий внимательно посмотрел на них по очереди и кивнул, видимо, своим мыслям.

Элара допила горький эрзац-кофе и поставила кружку.

Из-за соседнего стола, где сидели бойцы из взвода Нико, донесся хриплый голос Сабрины Шоу:

— Эй, монашка! Та, что помоложе. Лия, да?

— Ну, — хмуро ответила Лия, глядя исподлобья.

— Ты чего такая зажатая? Вся аж побледнела. Первый раз в настоящей столовой? В вашем Ордене Валькирий кормят только святым причастием и гимнами?

— Саби, — сказал Кассий, не оборачиваясь. — Ешь молча.

— Я и ем. Но одновременно интересуюсь боевым духом союзников. Это же не запрещено Уставом.

Лия выпрямила спину. Ее пальцы сжали ложку так, что побелели костяшки.

— Я ела в общих столовых Ордена с пяти лет, ритмейстер. Там просторнее и чище, и там тоже были люди. Только они не бросались едой и не рыгали на весь отсек.

За двумя столами повисла секундная тишина.

Брунна издала короткий звук, похожий не на смех, а на трещину в металле.

Шоу прищурилась, оценивая Лию.

— Ладно, малышка. Принято, — снайперша хмыкнула и вернулась к своей пайке.

Элара позволила себе едва заметную улыбку. Лия училась. Медленно. Но училась. И то, что Сабрина в конце назвала ее малышкой, а не монашкой, это хорошо. Снайперша поначалу показалась Эларе сложной и неудобной, но понемногу начинала нравиться. Они были примерно одного роста и комплекции, к тому же ровесницы. В общем, если не считать Гетца, пока всё складывалось нормально.

После ужина Кассий объявил свободное время до смены вахт.

Элара раздала указания своим сестрам, спустилась вниз и пошла по полутемному коридору к выделенному им кубрику, чтобы упасть в койку на пару часов, когда услышала за спиной шаги. Быстрые, легкие. Мойра.

— Дэйн. На пару слов.

Элара остановилась. Сержант догнала ее. Окуляр-анализатор Мойры был сдвинут на лоб, обнажая красное пятно на коже вокруг пустой глазницы с яркими точками нервных окончаний. Это явный признак некоторой озадаченности сержанта, что случалось крайне редко.

— Просканировала эфир корвета, как ты велела. Только начала, и сразу наткнулась на странное.

— Что именно? — насторожилась Элара.

Мойра понизила голос, хотя в коридоре никого не было.

— На борту этого корыта есть крутая квантовка с закрытым каналом. Не армейский образец. Не синодальный. Частота нестандартная, многослойное шифрование. Кто-то ведет прием-передачу в обход всех протоколов связи.

Элара почувствовала, как внутри шевельнулись холодные щупальца подозрений. Но к чему-то подобному она готовилась. Подсознательно. Интуитивно. Поэтому быстро взяла себя в руки. Секретная и сложная миссия. Следовало ожидать чего угодно. На любом этапе операции.

— Ты можешь определить источник?

— Пока нет. Сигнал идет не с мостика и не из рубки связи. Откуда-то с нижних палуб. Из грузового отсека, может быть. Продолжу сканировать, но нужен доступ к распределительному щиту на третьей палубе.

— Сделай, что сможешь. Но тихо. Если Кассий или кто-то из его пилотов узнает, что ты копаешься в их системе, придется отвечать.

Мойра кивнула, вернула окуляр на место и пошла прочь, не оглядываясь. Элара посмотрела ей вслед. Бдительность и одновременно любопытство сестры ее нисколько не удивили. Некоторые привычки не ржавеют. Как и некоторые доспехи.

Сигнал тревоги прозвучал через четыре часа. Не учебный. Не звонок для смены вахт. Настоящий, протяжный вой боевого горна, от которого вибрировали переборки.

Элара уже час, как облачилась в доспехи после короткого отдыха, броня на ногах, меч на поясе, шлем в руке. Тело отреагировало на сирену быстрее мысли. Она вскочила со стула и схватила винтовку. Корвет был на подходе к расчетной точке, все уже и так готовились к десантированию. Что могло произойти в этой давно безлюдной звездной системе?

Из динамика над дверью трещал голос старшего пилота:

— Всем пройти на боевые посты. На подлете к нам неопознанный объект в секторе двенадцать-два. Не отвечает на запросы. Экипажу приготовиться к маневру уклонения. Десант — полная экипировка, немедленно занять места.

Элара выскочила в коридор. Навстречу ей уже бежали бойцы в матовой броне, топот десятков сапог сливался в единый гул. Где-то лязгнул затвор. Кто-то выругался. У лестничного пролета она столкнулась с Брунной. Капрал была в полном облачении, силовой щит закреплен на спине, оружие наизготовку.

— Что там? — спросила Элара.

— Мойра говорит, засекла далекий всплеск энергии. Короткий. Как разряд. Но слишком мощный для обычного корабля и расчетного расстояния до объекта.

Они поднялись на среднюю палубу. Там царил хаос, в меру организованный стараниями дежурных офицеров экипажа. Техники задраивали люки, сервисмены фиксировали контейнеры.

Кассий стоял у проекционного стола, сжимая в руке стилус, как скальпель. Его стальной глаз вращался, обрабатывая потоки данных.

— Элара, — он резко повернулся к ней, но голос был ровным. — Радары показывают объект на три четверти сзади по курсу. Размер малый, нестандартный. Не корвет и не истребитель. Похоже на катер. Или на снаряд большого калибра.

— Крупный дрон? — предположила Элара. — Что значит, на три четверти?

— Возможно, что дрон. Но скорость, — Кассий щелкнул по одному из мониторов. — Скорость впечатляет. А про три четверти поясню: по расчетным данным объект долго шел напрямую из другого сектора. Не через Паутину.

Элара нахмурилась. Прямой курс без прохода через сеть транзитных узлов? И это даже не чрезвычайно редкий в этом веке гиперпространственный прыжок по особому приказу Парламента? «Объект долго шел». Она слышала про такое только в старинных хрониках, когда была ребенком. Технологии, которые Синод давно объявил ересью и запретил. Или предпочел навсегда забыть.