– Ну…

– Потому что эта деревушка расположена между двух холмов в пяти километрах от меня, и через селение идет единственная проходимая для машин дорога – мы по ней как раз доставляли все для стройки.

– Охренеть…

– Еще как охренеть! Это случилось сегодня утром. И о тех солдатах, занявших пост у деревни, мне сообщил сам староста, которого я подпитываю денежкой, чтобы дорога была всегда свободной от упавших деревьев, ленивых слонов и прочих проблем. А потом он позвонил мне снова, чтобы сообщить о случившемся, и поведал, что уходит к Большому Будде молиться за спасение родины.

– Охренеть… – повторил я. – А что за Большой Будда?

– Храм тут на вершине, неподалеку.

– А ты сам надежно заперся? Судя по всему, у вас там куда хуже, чем здесь.

– Да. В тропиках все происходит в разы быстрее – и не спрашивай почему. Я не знаю. Никто не знает. Поверь, я – и не только я, а люди повесомее звонили куда надо и спрашивали. Нет ни намека на понимание происходящего с научной точки зрения, а все прочие безумные теории ничем не подтверждены.

– Так вот почему ты был такой злой, – вздохнул я. – Ты просто напуган, Велька.

– Само собой, я напуган! До усрачки, млять! И не понимаю, чего ты такой безмятежный! Еще не сталкивался напрямую, как я понимаю, с такими вот тварями?

– Сталкивался. Несколько раз. И даже убил одну женщину. Работницу «Пятерочки». Она превратилась прямо на смене и вроде как оприходовала сначала в подсобке нескольких коллег, а потом вышла в торговый зал и наткнулась на меня. Ну и мне пришлось как‑то действовать, чтобы выжить.

– Ох ты! Погоди… насмерть?

– Сказал же – убил.

– А полиция? Тебя ищут?

– Я сам им позвонил. Сказали вызовут, но уже пара дней прошла, а звонка так и нет.

– И не будет звонка, – убежденно произнес Велиор. – Потому что таких случаев – сотни! Каждый день!

– Я примерно так же думаю, – согласился я. – Пока везде царит хаос. Еще не выработали стратегию и тактику, так сказать. Но и неудивительно: кто мог такое заранее предположить и провести учения? Тебе бы чуток успокоиться, Велька. Я работой отвлекаюсь. А ты, как я понял, перед экранами взаперти сидишь и всю боль мира воспаленными жабрами впитываешь. Отвлекись, займись чем‑нибудь.

– Сам ты жабры! Да я отвлекся уже! Старый смартфон вот вытащил, подзарядил, включил… и на меня полились жалобные сообщения и звонки от всех подряд. Велька помоги! Велька спаси! Велька, у тебя бабла дофига, подкинь мне на билеты, чтобы я мог выехать из Индии… Велька скинь миллион! Некоторые просто просили перезвонить, а когда звонил сходу начинали трясти из меня бабло. Причем таким тоном, словно я должен им был! В общем, я пока по списку до тебя дошел – уже закипел весь…

– Не волнуйся – я у тебя просить ничего не буду.

– А зачем ты квартиру продаешь? Это которая в Москве, где ты с мамкой жил?

– Она самая. А продаю, чтобы денег выручить.

– Зачем тебе такая сумма? – в его тонком голосе зазвучала деловитость. – Какой‑нибудь стартап? Все риски просчитал? Уверен, что в это безумное время стоит вообще таким заниматься? А вторая квартира у тебя где?

– Нет у меня второй квартиры. Деньги нужны, чтобы стройку продолжить и завершить. Я – как ты, тоже строю себе объект. Дачный.

– А?

– Строю, говорю, себе дачу. Перед тем как начался весь этот бардак, я принял твердое решение и даже план разработал по коренному изменению образа жизни. И продолжаю строго следовать плану. Сейчас сижу у костерка, пью чай, закурил сигаретку, а как отдохну – вернусь к своему каркасному объекту и продолжу обшивать его фанерой.

– Чем?

– Фанерой.

– Деревянный каркасный дом? Ты такое строишь?

– В точку.

– Давай я попробую еще раз все в своей голове уложить и воспаленными жабрами впитать: ты продаешь квартиру с бетонными стенами, чтобы на эти деньги построить фанерный скворечник?

– Э‑м… ну… как бы это ни звучало, но – да.

– Ты дебил…

– Фига ты грубо как предположил…

– Я не предполагаю, я утверждаю: Тихыч – ты дебил. А я и не подозревал все эти годы. Считал тебя одним из самых умных из нашей прежней компании.

– Ну а мы тебя гением считали – и не ошиблись.

– Бросай свою стройку! И не вздумай продавать квартиру! Обалдел?! Ты понимаешь, насколько тупишь?

– Нифига я не туплю, – возразил я. – Наоборот – делаю все максимально продуманно.

– В чем твоя продуманность? У тебя было небольшое убежище с подачей воды, электричества, бытового газа и с отведением в канализацию всех отходов жизнедеятельности. Запастись продуктами, питьевой водой, солнечными панелями на подоконнике, оружием и прочим – и можно засесть надолго в полной безопасности. Главное – дверь кому попало не открывать.

– Вот ровно тоже самое я каждый день советую делать подписчикам моего канала в Телеграме.

– Советовать советуешь, а сам не делаешь?

– Делаю. Хватит считать меня тупым, Велька. И не пищи так надрывно в ухо, комар детства.

– Ах ты!..

– Сейчас мне нужны деньги – и большие, – тихо произнес я. – Нужны прямо сейчас – пока они стоят хоть что‑то. И я их потрачу не только на постройку фанерного скворечника.

– Так строй хотя бы дом с бетонными стенами и фундаментом!

– На это пока денег не хватит.

– Тогда ты останешься без надежного убежища, дурак!

– Я не дурак. Я умею считать.

– Что ты умеешь считать?

– Смерти, – тихо произнес я в телефон и вытянул из пачки еще одну сигарету. – Люди погибают сотнями, Велька.

– Сам знаю!

– А их квартиры становятся бесхозными… скоро пустых бетонных скворечников будет предостаточно, если власти не обуздают хаос и не наведут порядок. Даже в моем поселке, где я строюсь, есть немалое количество капительных построек – постоянно проезжаю мимо и приглядываюсь. И если вдруг все пойдет по черному сценарию… то я живо переберусь в заранее присмотренное место и перетащу туда все свои припасы. Ну а пока мне нужны деньги, чтобы вложить их в доводку машины до нужной кондиции, чтобы прикупить различного оборудования вроде генераторов и нормальных солнечных панелей, чтобы купить еще один хороший ноут, пару дополнительных экранов и… короче, трат еще много предстоит. Я почти достроил что‑то вроде жилого склада, занимаюсь забором, получаю навыки строительства, рыскаю по округе… и молюсь, чтобы вся эта хрень прекратилась. Мне тоже до усрачки страшно, Велька. И как раз поэтому я действую на пределе сил, хотя внутренняя паника, как мне недавно пояснили, настолько сильно туманит мозги, что я порой занимаюсь всякой ерундой вместо важных дел.

– Например? – его голос зазвучал иначе, растеряв злые интонации.

– Например, трачу время на разговор с тобой, хотя мне пора листы крепить на стены своего скворечника, – хмыкнул я. – Ну и пора в разведывательный рейд скататься предвечерний – осмотреться в поселке. А то я его толком даже не изучал. Так что давай прощаться, Велька…

– Погоди!

– Чего?

– А давай ко мне?

– Не понял?

– Прилетай ко мне. Пока ты тут душу изливал, я проверил рейсы. Из Шереметьево сегодня на Пхукет вылетает прямой рейс Аэрофлота. Лететь девять часов с копейками, бронирование жилья я тебе сделаю на всякий случай, чтобы погранцам тайским показать, если вдруг спросят, обратный билет тоже куплю. А, черт! Забыл спросить – ты далеко от Москвы‑то умотал? Как понимаю, ты за городом.

– Я к югу от столицы. Ясногорский район.

– Самолет вылетает в начале восьмого вечера – успеешь?

Автоматически глянув на часы, я прикинул время и расстояние:

– Ну… в целом да.

– Отлично!

– Но я никуда не полечу, Велька. Обалдел?

– Да почему?! Маму ты похоронил – соболезную, кстати. От всей души соболезную. Земля пухом.

– Спасибо.

– Ты один, обязательства какие есть? Ты вроде не женат – я сейчас твой статус в ВК смотрю.

– Может, хватит меня проверять? Не встречаюсь я уже ни с кем. Не женат. Детей нет.

– Тебя ничто не держит! Прыгай в самолет – и давай ко мне.