Теперь самое главное – в каждой машине, по примеру виденных мной много раз в фильмах американских полицейских машин, ставим разделительные решетки между задней и передней частью салона. Позже надо еще поставить разделители между передними креслами, чтобы отделить водителя от переднего пассажира.

Для чего все это делаем пояснять надо?

Мужики были не глупее меня, сходу все одобрили и сами друг другу все пояснили, уже приступая к работе.

Самое важное: экономия бензина, ведь две машины сожрут меньше, чем три. Опять же на двух машинах уходить в случае чего легче, хотя обе из этих машин вообще так себе для ухода от кого‑либо по пресеченной местности. Тут нужны нормальные внедорожники, прошедший специальный тюнинг. Форд Экспедишн хоть и полноприводный внедорожник, но слишком длинный и тяжелый. Разделители в салоне обеспечат безопасность друг от друга, при этом можно нормально общаться и нормально отстреливаться. Это прямо жопа, когда ты в машине один, держишься руками за руль, а в это время тебе на лобовух прыгает голая баба и сиськи плющит о стекло… тут уже мужики откровенно стебались над моими недавними приключениями…

Делать мы старались не красиво, плевать на красоту, а прочно. По времени уложились в пару часов, а выезжая, чувствовали себя куда лучше. В Форде я пока был один, но в следующий раз Эдди едет с нами и будет у меня в машине – а с напарником куда веселее.

Хотя радость от успешной модернизации машин ушла на задний план после внезапного звонка Бажена, принесшего вроде бы не столь значительную, но на самом деле крайне важную весть и огромный подарок, копии которого я тут же разослал везде и каждому, благо пока было электричество и интернет.

Я уже садился в машину, когда он позвонил. Я пояснил ситуацию и попросил перезвонить, но обычно понимающий все с полуслова Бажен жестко возразил и потребовал его выслушать прямо сейчас. По голосу поняв, насколько это важно, я предупредил что не один, врубил видеозвонок и громкую связь, мы остались сидеть в стоящих бок о бок машинах и стали слушать. Я еще сходил за ноутбуком по требованию Бажена.

– Есть первый прорыв! Небольшой, но прямо сука прорыв – для тех, кто не в одиночку выживает, а вместе с кем‑то – Бажен говорил торопливо – Сейчас я скину тебе архив, Тихон. Ты у нас в деле компьютерном подкован, распаковать и установить сумеешь. Потом дашь доступ нашему технарю – ты с ним уже созванивался, помнишь?

– Помогал мне с солнечными панелями и все гаджеты мои осмотрел и оценил. Помню.

– Он поможет все настроить, а ты запоминай – потом сделаешь также для остальных.

– Что за приложение?

– Программа работает с камерами наблюдения. Там вроде как нейросеть или еще что мне непонятное, но неважно на чем она работает, на нейросетях или на дровах березовых, главное, что программа безошибочно определяет момент когда еще нормальный человек начинает превращаться в тварь. Ты помнишь те видео? Одни из первых – где человек идет по улице, потом вдруг замирает ненадолго, словно костенеет…

– Помню!

– Такое не забудешь! – добавил Виктор и смущенно осекся – Простите…

– Там кроме внезапной остановки есть еще немало признаков, как оказалось – куда менее явных. Но это не самое важное! Оказалось, что таких вот признаков скорого обращения в тварь куда больше, чем несколько – там счет на десятки мельчайших нарушений в поведении, в речи, в жестикуляции, в скорости ответов и в реакции на те или иные раздражители. Причем речь не только о потерянном умении сложить два плюс два, а и о выросших и улучшившихся показателях. Например, когда со стола слетает сбитый локтем телефон, а ты вдруг успеваешь его поймать, хотя успеть не должен был… Понимаешь?

– Да! Обалдеть!

– Хорошо. Слушай дальше. Поймать момент, когда до превращения осталось меньше минуты – уже хорошо, даже отлично, есть время среагировать и ствол направить на нужную голову, но запущенная программа может определить эту максимально херовую новость не за минуту, а порой даже за день, два, а где‑то и за неделю. Процесс внутреннего изменения происходит не сразу, а поэтапно и программа умеет их замечать и немедленно сообщать об этом. Самый простой вариант личного использования – когда у тебя в комнате пара камер, за тобой день и ночь наблюдает приложение, а как только засекает что‑то тревожное, то тут же врубает условную сирену или что ты поставишь на оповещение, рассказывает тебе подробно что именно её напрягло, а затем уже ты сам принимаешь необходимые меры во избежание…

– Меры? – я удивленно заморгал – А что тут уже можно сделать и чего можно избежать?

– Смерти других! – сердито рявкнул Бажен – Не думай лишь о себе любимом!

– О… понял… то есть если мне сообщают, что скорей всего через часик другой я перестану быть человеком…

– То ты первым делом приковываешь себя к условной батарее отопления, оповещаешь соседей и друзей, прощаешься со всеми, а потом наливаешь себе вискарика, может успеешь приготовить последний ужин, врубаешь любимый фильмец и наслаждаешься с полным на том правом обреченного на смерть. Если кого предупредил – они подтянутся, понаблюдают, ободрят, а как ты того… то и пристрелят тебя, чтобы подыхать в муках у батареи.

– Да… звучит ужасно грустно и при этом справедливо…

– Такова жизнь. Лучше сдохнуть, чем убить сожрать к примеру собственную мать, верно?

– Не поспоришь…

– В программе два режима – для личного использования и группового. Про личный режим я тебе рассказал, там же можно назначить того, кому приложуха сообщит о нехороших с тобой изменениях. Как раз на тот случай, если ты уже превратился и сам никого предупредить не успел.

– Чтобы пришел и пристрелил.

– Да. И второй режим – групповой. Это уже идеально для любой семьи или просто сожителей. До пятнадцати человек поддерживает в этом режиме. Камеры в каждом помещении, отслеживают непрерывно, любые изменения передают сразу несколькими назначенными ответственным людям, они уже применяют меры. Многие прячутся от апокалипсиса в частных хлипких домах‑курятниках, так и стены порой не сдержат тварь, так что знать заранее и обездвижить человека вовремя – дело крайне важное. И третий режим…

– Ты сказал режима всего два…

– И третий режим скоро будет – там в целом обещают то же самое, но уже для целой коммуны, однако для стабильной работы понадобится железо гораздо мощнее, чем домашний ПК. Этот режим будет крайне полезен большим поселениям. Кстати! Приложение в любом режиме способно с очень большой точностью определять человек это или тварь!

– Так ты уже говорил об этом…

– Не совсем об этом. Я про вышедшего, к примеру из какого‑нибудь здания на улицу человека – одетого, обутого, идущего спокойно, без следов крови на лице и руках. Он уже может быть новообращенным монстром, но еще не успел изгваздаться в грязи, раздеться, убить кого‑нибудь и улиться кровью жертвы – так сходу сразу не определишь даже вблизи. А если ты подошел так близко, что невооруженным взглядом разглядел лицо с фирменной кривой улыбчкой психопата… то значит ты подошел слишком близко. Эта функция нужна как раз таким вот поселкам как ваш и наш – прибывают какие‑то люди, иногда идут пешком и очень неплохо, если мощная камера еще на подходе сообщит, что к вам бодро шагает не будущий сосед, а монстр.

– Ясно…

– Программу разошли как можно большему числу людей. В неё вшита функция автообновления, так что главное быть на связи, чтобы получать новые версии. Разработчики обещают очень большой функционал, включая сопряжение с оружейными системами.

– Это блин как?

– Это блин тот же дрон с системой сброса и гранатой в подвеске под управлением программы. Приложение засекает движение, оценивает угрозу, опознает тварь, поднимает беспилотник, наносит удар, сажает беспилотник. Тебе остается подвесить еще одну гранату. Ну или прямо реальный автомат закрепленный на подвижной платформе где‑нибудь на крыше сопряженный с камерами, снабженными прогой прицеливания и разрешением на ведение огня на поражение.