Вся эта драма заставила меня настолько сильно понервничать, что когда в чате какая‑то тетенька с цветами на аватаре начала причитать о том сколько сейчас несчастных домашних питомцев оказались заперты в квартирах и неизбежно умрут от голода и жажды, я не выдержал и возможно излишне грубо высказал мнение о том, что лично мне сейчас как‑то глубоко пофигу на всех этих кошечек, собачек, попугайчиков и всех прочих, ведь прямо сейчас умирают дети и думать надо именно о них, а не о животных. Высказавшись, чуть остыл, покурил, хотел уже было извиниться, но тетенька вдруг выдала длиннющее полотнище обиженного текста о том, что каждая живая тварь является тварью божьей, имеет право на жизнь и сострадание, а она всего лишь хотела привлечь наше внимание к зверюшкам и что может найдется кто смелый, что походить по домам, послушать у дверей и взломать те, за которыми исходят криком несчастные пушистики.
Охренеть...
У меня на секунду аж пальцы свело судорогой над клавиатурой. Захотелось сразу и ответить ей и одновременно забанить к чертям. Но я не успел – вмешались другие обитатели чата, начав разносить защитницу животных на атомы, а я вернулся мыслями к попавшей в беду осиротевшей девчонке.
Адрес я уже знал. Даже сверился по навигатору. До нее мне ехать четыре часа, хотя по прямой расстояние меньше ста километров. Навигатор, кстати, показывал почти все дорожные артерии мертвенно багровым, а там, где обычно всегда показывали рекламу, теперь мигал призыв оставаться дома и воздержаться от путешествий. Не успел я подумать о об этом, как на экран выскочил прямоугольник рекламы какого‑то местного парка улетных развлечений... Да уж, реклама неистребима – даже во время апокалипсиса. Скорей всего в конце останутся только две живые силы – тараканы и реклама.
Зная адрес и понимая, что сам я скорей всего не доберусь, составил короткое ёмкое сообщение, отправил его в чат и стал ждать реакции. И как только я написал о запертой в ловушку девчонке сироте, та тетка с цветочным аватаром тут же ответила на него, предложив, чтобы кто‑то по пути подумал и о песиках... щелчок мышки, и тетка улетела в бан вместе со всеми своими прежними сообщениями. В чате стало чище.
Как?! Как вообще можно думать о животных в подобной ситуации?!
Пока думал над этим, искал другие случаи, собирал их в отдельный текстовый файл, попутно создал еще один информационный канал и начал одно за другим постить в него короткие сообщения. Все посты я создавал в одном и том же шаблоне.
Населенный пункт такой‑то, ситуация такая‑то, количество нуждающихся в помощи и то, какая именно помощь требовалась.
Четыре старика в укрепленном доме. Еда, вода и все необходимое имеются, но один из стариков серьезно разодрал руку, рана воспалилась, температура скачет, требуются антибиотики или хотя бы квалифицированная медицинская консультация по мессенджеру. Вот контакты для связи. На этот призыв откликнулась женщина прямо из чата, сообщив, что она врач и что немедленно свяжется с ними.
Одинокая женщина нуждается в эвакуации до ближайшего блокпоста. Спряталась в многоэтажке там‑то, здорова, спокойна, ситуацию воспринимает адекватна, готова ждать на месте. От нее до блокпоста меньше шести километров – но пешком не вариант. Вот данные для контакта.
И таких сообщений меньше чем за час я составил и отправил в новый канал больше двадцати. На примерно треть из них откликнулись. И к моей радости небольшая группа из трех семей на трех же машинах сообщила, что будут проезжать через тот район где на верхнем этаже спряталась измотанная сирота. Оба в прошлом военные, опыт имеют, рискнут быстро зайти, забрать её и также быстро уйти. Довезут до блокпоста армейского и сообщат в чат. А нам спасибо за сбор информации и за то что остаемся людьми даже в такое непросто время.
Поблагодарив в ответ, я победно вскинул гудящие от боли руки к потолку и... беззвучно завибрировал стоящий на подзарядке смартфон.
Звонил Бажен.
‑ Привет, дружище!
‑ И тебе, Тихыч. Слушай... ты что творишь?
‑ А что я опять не так творю? – не понял я и встал, чтобы налить себе слабенькую Куба Либре – Ты про что вообще?
‑ Я про твою службу спасения девять‑один‑один!
‑ Да! Работает! Блин жаль не на все откликнулись люди, но...
‑ Погоди! Ты вообще понимаешь, что творишь, Тихон? Ладно попавшие в ловушку уже не соображают и орут на весь мир. Но ты то мозги включи!
‑ Да о чем ты?
‑ О чем? Ты выкладываешь в канал их текущее местоположение!
‑ Само собой! А как их еще найдут и спасут?! – не выдержав, я рявкнул в ответ и едва не расплескал драгоценный виски – Людей вытаскивать надо!
‑ Надо, не спорю – чуть спокойней заговорил Бажен – Тут ты прав. Но ты все равно не догоняешь, идеалист ты чертов! Задумайся над тем, что ты пишешь в общий эфир, который слушает в том числе и всякая мразь. Ты пишешь – по такому‑то адресу скрывается перепуганная одинокая тридцатилетка, безоружная, ждет помощи. Ты даже фото ее выложил – с аватара Телеграм скопировал, где эта фитоняша в шортиках облегающих позирует с широкой обещающей улыбкой. Потом ты пишешь – там‑то и там‑то беспомощная девушка подросток скрывается, полностью подавлена... Следом добавляешь – а неподалеку от этого места есть дом с припасами, охраняемый четырьмя хилыми стариками из которых один в горячке... Это сука как приглашение для всех гребаных маньяков – вот по этому адресу одну можешь изнасиловать и тебе за это ничего не будет, там дальше можешь изрезать девчонку или еще что хуже сделать, а потом, если проголодаешься, постучи в дверь к старичкам, убей их к хренам чтобы не мешались и спокойно набей машину их продуктами. Да, кстати – тридцатилетку или подростка можешь не убивать, трамбани связанными в багажник, чтобы потом еще позабавиться. Тебе ведь за это все равно ничего не будет...
‑ Вот черт...
‑ Именно! Так делать нельзя! Первое что ты должен сделать прямо сейчас – удалить нахер всю информацию о местоположении попавших в беду людей! Оставить только общее – название города и район, например, чтобы желающие помочь осознавали, где это примерно. Но без улицы и дома. И в чат вывеси и закрепи сообщение о том же – чтобы люди в первую очередь боялись других людей, а не тварей, чтобы не орали свой адрес на весь мир, добавляя при этом – я тут безоружная такая, за спиной рюкзак с тушенкой и двумя бутылками водки... Дошло, специалист по спасению?!
‑ Дошло! Слушай... перезвони попозже чуть, а?
‑ Исправляй наделанное! Пока не стал пособником уродов...
До меня на самом деле дошло. Проглотив коктейль, я налил еще один покрепче, закурил и скрючился за клавиатурой.
Вот же дерьмо...
Пальцы стремительно стучали, удаляя лишнюю информацию. Едва закончив с этим, написал сбивчивую простыню текста и выложил в канал, закрепив и в чате. И плевать что там от спешки ошибок больше чем в диктанте первоклашки – главное предупредить людей.
Вот же дерьмо...
Я на самом деле полный дебил. И даже хуже – я торопливый дебил. А это прямо в пять раз хуже...
Исправление наделанного я закончил через десять минут, отправил еще сообщения модераторам, попросил предупреждать тех, кто все же пишет свой адрес под призывом помочь, а также регулярно повторять мое последнее сообщение.
Откинувшись в кресле, я отпил большой глоток бодрящего алкоголя и выдохнул сигаретный дым, добавляя спертой атмосфере комнаты еще больше едкости.
Вот же я дебил...
Так, стоп... но ведь помогать людям все равно надо. И как мне теперь понять, кому можно давать чужой адрес, а кому нет? Ведь никак не определить, что за человек тебе пишет или даже звонит по видеосвязи. Улыбчивый парнишка может оказаться жесточайшим насильником и палачом, а угрюмый одноглазый дед с наколками на лице вполне себе может быть милейшим и честнейшим человеком...
Кажется, я попал в тупик...
И чем дольше я обдумывал эту проблему, подступаясь к ней со всех проблем, тем отчетливее понимал – здесь нет единственно верного решения.
