— Да, они даже в разных комнатах спали! — подхватила сестрёнка, поддерживая брата. — Но уже помирились. Сейчас они вообще тихие, особенно когда узнали про убийство...

— В смысле, про какое убийство? — перебила я девочку, чувствуя, как внутри всё холодеет. Пауза повисла тяжёлая, и я заметила, что Аля тоже насторожилась, перестав перебирать лямку своей сумки.

— Ну так оборотня, — отмахнулась деловая мадам, словно обсуждать такое для неё было в порядке вещей. — Мама, как только про это прочитала, так в обморок грохнулась! Папа её потом отпаивал. После этого они заперлись в кабинете и что-то обсуждали.

— Но мы подслушали, — сдал сестру брат, за что получил осуждающий взгляд, но был быстро прощён — не родителям же сдавать!

— И что? — да, нехорошо так интересоваться, но их поведение было слишком подозрительным. Внутри меня закипала тревога.

— Мама говорила, что кто-то облажался, — поведала Лейси, и мне в реальном смысле поплохело. Земля ушла из-под ног, и я почувствовала, как в груди разрастается холодный ком. Да не могут они быть причастны! Не могут! — Храм не помог.

— А... — с облегчением выдохнула я, понимая, что речь шла не о том. — Боги не спасли этого оборотня?

— Да, он не молился и не посещал храм, — пожала плечами девочка. Для неё это было не более чем захватывающее приключение, о котором интересно рассказывать и узнавать подробности. Она даже не понимала, какую тяжесть обрушила на меня своими словами.

— Мы тоже сейчас не ходим, — хмуро добавил Раен, явно переживая по этому поводу. Его глаза были серьёзными..

— Я тоже не хожу, — улыбнулась я и щёлкнула его по носу, хотя вряд ли от моего признания парню стало легче. Но я хотела показать ему, что он не один.

— Нам сильно задерживаться нельзя, — с сожалением заключила Лейси. — Ты ещё придёшь?

— А вы будете ждать? — это было приятно. На душе стало спокойнее, когда я их увидела. На меня посмотрели две насупленные мордашки, в которых читалось: «Ты дурная или да?». Рассмеявшись, я обняла их на прощание, прижимая к себе так крепко, как только могла. — Конечно приду. Постараюсь навещать вас каждую пятницу и как-нибудь пригласить вас в гости.

— Хорошо, — выдохнули они почти хором и, быстро попрощавшись, мы разошлись. Я смотрела им вслед, чувствуя, как в груди разливается щемящая нежность, и младшие брат с сестрой скрылись за ближайшим поворотом, оставляя меня стоять под мелким, противным дождём. Аля пошла со мной — она вообще была молчаливой и задумчивой почти всё это время.

— Они классные, — сказала она, когда мы уже отошли на приличное расстояние. — Даже грустно стало, что у меня нет своих.

Я только покивала, чувствуя, как внутри разливается тихая печаль. Это точно. Правда, всё равно всех когда-то приходится отпускать. Мы шли молча, каждый погружённый в свои мысли, а серое небо нависало над нами, словно тяжёлое одеяло.

— Пойдём заниматься? — посмотрев на хмурое небо, спросила я девушку, которая, кажется, всё ещё грустила. Она молча кивнула, и мы направились ко мне, устроились на кухне с вкусняшками и тёплым чаем, разложив учебники по всей столешнице. Так нас и обнаружил Ник, вернувшись с работы — он замер в дверях, окидывая взглядом наш уютный беспорядок.

— Однако, — оценил он наше гнездо, и в голосе его послышалась лёгкая усмешка. — Не знал, что у нас гости.

Глава 26. Регрессия

— Привет, — высунула я нос из своего убежища и улыбнулась ему, чувствуя, как от его присутствия по комнате разливается тепло. Познакомила его с Алей и снова вернулась к книге, но голова начинала всё больше и больше ныть, а вместе с ней ныли и глаза. Строчки расплывались перед глазами, и я поняла, что сегодня уже не смогу заниматься. Пришлось закончить чуть раньше — я закрыла книгу с тихим вздохом, чувствуя, как усталость наваливается тяжёлым грузом.

Аля быстро сбежала домой — у неё учёба тоже не шла, и она торопилась хоть немного выдохнуть перед новой порцией семейных расспросов. Я осталась стоять в прихожей, прислонившись к стене, и чувствовала, как усталость наваливается тяжёлым грузом на плечи.

— Кажется, у меня снова падает зрение, — поделилась я тем, что признавать в последнее время не хотелось. Слова дались с трудом, и я сама удивилась, как легко они сорвались с губ.

— Это было ожидаемо, — вздохнул Ник, но всё равно обнял меня со спины, чтобы выразить поддержку. Его руки легли на мои плечи, согревая, и я почувствовала, как напряжение потихоньку отпускает. Я откинула голову ему на грудь и вздохнула, чувствуя, как его дыхание касается моей макушки. Да, сейчас сдвиги были совершенно небольшие, но прошло не больше двух недель, а мне уже хуже. Мысль об этом пугала, но я гнала её прочь.

— Как день прошёл? — спросил он, и в голосе его послышалась мягкая, почти невесомая забота.

— Решил меня отвлечь? — фыркнула я, но настроение и правда стало чуточку лучше. Я чувствовала, как от его присутствия по комнате разливается тепло, и улыбнулась сама себе.

— Просто интересно, чем занималась сегодня, — ухмыльнулся он по-доброму, не отрицая, но и не подтверждая мой вопрос. В его глазах плясали знакомые искры, и я поняла, что он действительно хочет знать.

— Ну, слушай... — я уселась на стул, обняв колени руками, и начала рассказ. Поведала про детей, их осведомлённость про убийство и мои опасения насчёт адекватности моих родителей. Они пока ничего плохого не делали, но ключевое слово — «пока». Я говорила, а голос мой звучал ровно, хотя внутри всё клокотало от тревоги.

— Они настолько верующие? — спросил Ник вопрос, который показался мне не совсем уместным, но я не напряглась. Я и сама относилась к этому со скепсисом.

— Они меня постоянно по храмам таскали, так что... да, — кивнула я, вспоминая, как мне не хотелось туда идти. Почти каждый поход становился пыткой, хоть и бывали мы там не больше получаса. Я продолжила рассказывать новости, а он в этот момент просто смотрел на меня, опираясь подбородком о кулак. Его взгляд был рассеянным, и в какой-то момент мне даже показалось, что он заснул.

— Эй, есть кто? — пощёлкала я пальцами у его глаз, и только тогда его взгляд перестал терроризировать пространство и сфокусировался на мне. — О чём задумался?

— А, да так, ни о чём, — очнулся он, снова уставившись на меня, но в его глазах мелькнула та самая тёплая искорка. — Ты не хочешь пойти со мной в кафе?

— Снова какая-то встреча? — едва сдержала я вздох. Публичности с меня было достаточно на ближайшее время.

— Нет, просто... — растерялся он, и я увидела, как он на миг смутился, словно не ожидал такого вопроса.

— А-а, ну конечно, могу ли я отказать своему любимому фиктивному мужу в поддержании нашей легенды? — улыбнулась я и встала, чтобы шутливо поцеловать его в щеку. Губы коснулись его кожи, и я почувствовала, как он на миг замер. — Спасибо за приглашение, драгоценный супруг.

— Какая у меня добрая и покладистая жена... — протянул мужчина, принимая правила игры, хотя я на миг увидела в его глазах грустинку. — Интересно, а была бы ты такой, будь настоящей?

— Ну... — этот вопрос заставил меня серьёзно задуматься. Представить Ника в роли настоящего мужа оказалось сложно, но если размышлять только о подобных ситуациях... — Наверное, я бы чаще отказывала.

— Фиктивно покладистая, — тут же кивнул муж, фыркнув от смеха. Я тоже не удержалась от смешка, чувствуя, как между нами повисла лёгкая, почти невесомая теплота, от которой на душе становилось светлее.

— Сегодня спим вместе? — сразу перешла я на деловой тон. Если идём на фиктивное свидание, то пропахнуть я должна была весьма натурально. Я смотрела на него, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё трепетало от ожидания. — Как твой зверь?

— Спокоен, — кивнул Ник, и зелень его глаз на миг стала глубже, словно в них отразилась бездна, которую он тщательно скрывал. — Но всё так же не понимает меня.

— Как же вы уживались раньше? — покачала я головой, чувствуя, как внутри разливается странное любопытство. Мне хотелось понять, что происходит в его душе, что за буря бушует за этим спокойным взглядом.