— Целительница? — у него поднялась вторая бровь, и во взгляде мелькнуло что-то похожее на охотничий интерес. — И в таком состоянии? — потом перевёл взгляд на мои ужасные очки. И я не преувеличиваю, когда говорю, что они ужасные. На пол-лица, большие, с толстыми линзами, в дешёвой поцарапанной оправе, они портили моё лицо почти до неузнаваемости, но без них я почти ничего не вижу. — И с дефектом зрения?

— Несостоявшаяся, — буркнула я, а после решила обратить это в тост и залпом опрокинула в себя очередной бокал.

— Не поступила? — с лёгкой усмешкой произнёс он, но я его снова удивила.

— Поступила, — со вздохом протянула я, суя в рот ножку запечённой птицы и с мрачным удовольствием вгрызаясь в поджаристую кожицу.

— Тогда почему несостоявшаяся? — запутался зеленоглазый маг, чуть наклонив голову набок.

Я показала ему размокшие ошмётки своего зачисления, разложив их прямо на залитом вином столе.

— Родители не одобрили, — пожаловалась я и процитировала с горькой усмешкой: — Магия — это бред, тебе это не нужно, дело женщины — быть женой и матерью.

— И что, есть кандидатуры? — сморщился мужчина, двумя пальцами брезгливо подняв мокрый комок бумаги со стола.

— Есть, — протянула я ещё тоскливее и опрокинула в себя ещё одну рюмку. Обжигающая жидкость прокатилась по горлу, на миг притупляя горечь внутри. — Граф Блэр. «Это честь для нашей семьи и для тебя, мы не можем упустить такую возможность», — процитировала я мать, старательно копируя её слащаво-наставительный тон. У мужчины вытянулось лицо. Да, я тоже обалдела, когда мне сообщили о руке, сердце и других конечностях графа. Так что могу понять этого блондинистого. Он даже как-то растерянно моргнул, и в его зелёных глазах на мгновение промелькнуло что-то похожее на неверие пополам с отвращением.

Больше зеленоглазый маг ничего не сказал, а я вернулась к вину. Голова уже приятно кружилась, мысли вязли в тумане, точно мухи в патоке. Как меня разнесло с бутылки… и это я её ещё не допила. Интересно, а мне можно будет тут переночевать? Я покосилась на барную стойку, за которой протирал кружки сурового вида трактирщик. Надеюсь, потому что до дома я не дойду. Ноги стали ватными, а перед глазами всё плыло, стоило только пошевелиться.

— Хочешь, мы заключим сделку? — через час, когда я уже почти засыпала за столом, уронив голову на сгиб локтя, вдруг выдал мужчина.

Глава 2. Предложение

Я тут же подскочила, едва не опрокинув недопитую бутылку. Сон как рукой сняло.

— Фиктивный брак на год! — выпалила я то, что у самой крутилось всё это время в голове, пока я сидела и жалела себя, разглядывая дно бокала. — Я как раз тогда стану совершеннолетней, и на меня больше не смогут давить, тогда я смогу поступить в академию! — протараторила я, надеясь, что он понимает мою заплетающуюся речь. Слова вылетали быстро, скомканно, но я молилась, чтобы он уловил суть.

— Однако… — пробормотал мужчина, разглядывая меня как-то по-новому, с холодным, оценивающим прищуром. В полумраке бара его светлые волосы казались почти серебряными, а глаза блестели, точно у настороженного зверя. — Как догадалась?

Я фыркнула, откинув со лба влажную прядь волос.

— Не знаю, — призналась я честно. Или не очень. Просто очень-очень надеялась. Наверное. А может, мой пьяный мозг смог заметить его напряжённость, бегающие мысли и постоянные, какие-то чересчур пристальные поглядывания на меня и пришёл к выводу, что магу от меня что-то надо, а поскольку у меня ничего нет… кроме самой себя. И проблем.

— Интуиция хорошая? — хмыкнул он, найдя для себя объяснение, и я не стала его в этом разубеждать. — И когда пойдём?

— Да хоть счас, — заявила я, но тут же поникла, плечи опустились. — Только родители приказали мне выйти за графа Блэра, и я не смогу нарушить их запрет. Магия сковывает, ты же знаешь.

— За это не переживай, я всё устрою, — его взгляд стал пакостным, в зелёных глазах заплясали лукавые искры. Я заинтересованно, хоть и раскосо на него посмотрела. Даже так? Маги, конечно, все непросты, но вот так, идти против прямого приказа, а по сути против воли богинь… Мне стало немного страшно. Холодок пробежал по позвоночнику и устроился где-то в районе лопаток. Но интересно. Но страшно.

— Вот теперь стала, — пробулькала я, ощущая, как желудок с вином начинает бунтовать, подкатывая тошнотой к горлу. — А с другой стороны… ик… плевать, домой не вернусь, пока не прикажут.

— Тогда мы должны успеть, — пробормотал мужчина и поднялся, а после поднял и меня за шкирку, точно котёнка. Пальцы у него оказались сильные, цепкие. — Пойдём к моему знакомому жрецу, по пути составим магический договор, идёт?,

— Ну, рискнем, — согласилась я, имея в виду, что риском будет сейчас не договор и заключение брака, а именно путь. Вскочила — и тут же села обратно: перед глазами всё закружилось и замутило меня чуть сильнее. Икота усилилась, вырываясь из груди резкими, неприятными толчками. Мужчина это понял и, чертыхаясь сквозь зубы, потащил меня на улицу, где меня вывернуло наизнанку. Прямо под проливной дождь, в тёмную, мокрую траву у крыльца. Пару раз. После голова слегка прояснилась, дождь приятно холодил разгорячённое лицо, а мужчина всё это время держал мои волосы, убирая их с лица. Молча, но я буквально кожей чувствовала его недовольство — оно исходило от него волнами, плотное, почти осязаемое.

— Всё, порядок, — просипела я, тяжело садясь прямо на мокрую траву. Незнакомец снова выругался — на этот раз на каком-то незнакомом языке, звучавшем резко и отрывисто, — и рывком меня поднял, после усадил на ближайшую лавочку под чахлым навесом. — Я пойму, если передумаешь.

— Ну уж нет, вторую такую я точно не найду, — то ли оскорбил, то ли восхитился мужчина. Я на него покосилась с сомнением. — Так что если ты всё ещё хочешь за меня выйти, то поспеши.

— Пойдём, — скорбно согласилась я и попыталась встать. Получилось, но желудок всё ещё ныл, мир покачивался, а тело было ватным и непослушным. Хотелось только лечь спать и забыться.

— Хвала богам, — пробормотал мужчина, хватая меня за ледяную ладонь. Его рука была горячей и сухой, и этот контраст немного отрезвлял. — Говори условия.

— Развод через год, — мозг взбунтовался и ничего другого не придумал.

— И всё?

— А у тебя какие требования? — решила подойти к делу с другой стороны. А ещё перешла на «ты». А то выкать после того, что между нами было…

— Никаких чувств, не лезть в мои личные дела, играть любовь на публике, — начал перечислять мужчина, загибая пальцы. Голос у него был сухой, деловой, будто мы не о браке договаривались, а о торговой сделке.

— У меня нет денег, — призналась я сразу же, поёжившись. Оглядела мага, но по мужчине в плаще сложно было оценить его денежное состояние: ткань тёмная, добротная, но без вычурности, перстни на пальцах вроде бы не из дешёвых, но и не кричащие о богатстве.

— Выделю тебе ежемесячную сумму на содержание, — скрипнул зубами мужчина, и на его скулах заходили желваки. — Превысишь — справляйся сама!

— А живём где? — поинтересовалась я, стараясь не отставать от его широкого шага. — Спать нужно в одной постели? Насколько убедительно играть любовь?

Теперь мозг забуксовал у мужчины. Он замолчал, и в тишине слышны были только наши шаги и хлюпанье воды под ногами. Мы шли куда-то по ночному городу. Ливень уже прошёл, небо расчистилось, открывая свои глубины, полные звёзд — ярких, колючих, рассыпанных по бархатной черноте, точно алмазная крошка. Под ногами хлюпали лужи, в которых дробилось и переливалось лунное серебро, а мои башмачки с жадностью впитывали эту влагу, чавкая при каждом шаге. Погода была прохладная, с реки тянуло сыростью и прелыми листьями, и я стала дрожать во влажной одежде, обхватив себя руками за плечи. Маг это заметил, бросил на меня короткий взгляд и за один миг высушил мне одежду, заодно её и согрев — по ткани пробежала волна приятного, обволакивающего тепла. Я чуть не растеклась лужицей от блаженства и готова была выйти за него хоть сейчас!