Отдышавшись, он очень медленно повернул голову ко мне.

– А теперь, Изабелла, будь добра объяснить, что здесь только что происходило?

Я выдохнула, словно и забыла, как дышать все это время.

– Одну секунду.

Бегом я бросилась в мою комнату, увидела Фису, сидевшую на кровати, и обняла ее, с силой прижав.

– Дорогая моя, сегодня не выходи из комнаты. Как только услышишь, что кто-то входит в комнату, быстро прячься под кровать или в шкаф.

Та только кивнула. Было странно видеть Фису молчаливой, но я понимала, какой шок она пережила, услышав этот давно забытый голос в соседней комнате.

– Изабелла! – раздался грозный крик Рагнара, и я поспешила к нему. Рагнар уже сидел на кровати, подкатил кресло и пытался пересесть в него. На этот раз у него получалось гораздо лучше, и это точно был не эффект одного дня занятий на тренажерах.

– Давайте помогу, генерал. – бросилась я к нему.

– Уже сам справился.

Он сел в кресло, подъехал ко мне близко, загоняя к стене, где стоял стул. Я уперлась ногами в стул, и мне ничего не оставалось, как сесть, оказавшись лицом к лицу с Рагнаром.

– Рассказывай.

– Что?

– Изабелла, не строй из себя дурочку. Я принял фиктивную историю о том, что Эрик притащил тебя сюда для лечения. Я поверил, что ты, всю жизнь бывшая магической пустышкой, стала целительницей.

– Да я! – хотела я вскочить на ноги, но Рагнар подпер меня своим креслом.

– Сидеть! – рявкнул он, и мне пришлось откинуться на спинку стула. – Но сейчас произошло то, что происходило многие годы. Каждую грозу мне становилось плохо, да так, что я неделями не мог подняться. А сегодня, не успел закончиться дождь, как я чувствую себя так, словно дракон снова вернулся. А то, что сам королевский следователь приперся в мой дом и хозяйничает тут, как у себя в кабинете, да еще требует вернуть ему то, что ты взяла… Не про эту ли рыжую девчонку он говорил?

Я молчала. Просто потому, что невозможно было в двух словах объяснить ему то, что произошло за те семь лет, что мы не виделись. Да в такое просто невозможно поверить.

– За все годы нашего брака с тобой не было столько проблем, сколько ты принесла за эти три дня, – прорычал он мне в лицо. – Давай по порядку. Ты знаешь этого Руффа? И не говори, что не знаешь, потому что он-то тебя знает хорошо.

Во рту пересохло, язык прилип к небу, а я пыталась произнести хоть слово. Но речь словно отнялась, ноги стали ватными, и теперь я ни за что не смогла бы даже встать. Потому что на меня накатил все тот же животный страх, что и при первой встрече с Руффом.

– Он был моим надсмотрщиком, – еле проговорила я.

– Кем? – повысил тон Рагнар.

– Надсмотрщиком рабов в Черных галерах.

Руки Рагнара, лежащие на подлокотниках кресла, сжались с силой, и дерево под его пальцами заскрипело.

– Как ты попала на галеры? – процедил он, почти не раскрывая рта.

– После того, как я ушла из дома, Элин устроила меня в таверну у дальнего порта. Был набег, всех девушек забрали и отвезли на корабли.

– Почему ты оказалась в порту? Я же велел отвезти тебя в дом твоей няни!

Я вскинула голову. О таком предложении я слышала впервые, поэтому замотала головой.

– Ты отдал мне только договор о разводе и больше ничего.

Он приблизился ко мне вплотную, и я снова почувствовала едкий запах сандала и табака.

– Не делай из меня монстра, Изабелла. Даже после того, что ты со мной сделала, я велел кучеру отвезти тебя в дом няни.

Я отчаянно замотала головой. Не было никакой няни, никакого родного домика. Был лишь ужас работы подавальщицей и еще больший кошмар в качестве рабыни.

Одним ударом он смахнул всю посуду с прикроватного столика.

– Какого демона?!

Слезы у меня катились градом из глаз, я не могла остановить их и только всхлипывала. Я снова чувствовала себя незащищенной, снова боялась, и так хотелось почувствовать, чтобы кто-нибудь обнял и сказал, что решит мои проблемы. Но Рагнар был в ярости, и я по привычке старалась не влезать и не разговаривать с ним в такие моменты.

– Что он хочет от девчонки?

Я моментально перестала плакать, вытерла мокрые щеки. Защитить Фису – это единственное, что я должна сделать.

– Я сбежала, забрав ее с собой. Ты знаешь, маленькие девочки высоко ценятся на аукционах, поэтому он хочет вернуть ее назад.

Ох, Рагнар, если бы ты знал, за чем на самом деле охотится Руфф! Но наша магия, которую мы получили по великой случайности, не должна попасть не в те руки.

– Я решу вопрос с обвинением, за давностью лет это будет легко сделать. Грамоту о неприкосновенности выбью у Эрика. Но ты уберешься из моего дома, и чтобы больше ни тебя, ни девчонки я не видел. А теперь – вон из моей комнаты!

Он закрыл глаза и сжал подлокотники так, что они треснули, приложил руку к правой стороне груди, где когда-то жил его дракон.

Рагнар

Я видел ее слезы, ее страх перед этим человеком. Буквально чувствовал так, словно это был мой страх, словно он разрывал меня на части. И я боялся. У меня не было этого чувства, когда шел в бой, когда сражался плечом к плечу с солдатами. Но сейчас я явственно чувствовал горьковатый вкус страха на губах. И это был страх не за себя.

Видел, как она отреагировала на слова Руффа о девочке. Паника пропала мигом, уступив страху за другого. И я боялся, что он что-то сделает, что отнимет ее у меня.

Когда-то давно я уже испытывал это чувство. Еще тогда, когда у меня был дракон, он нашел свою истинную, он рвал и метал, когда кто-то прикасался к Изабелле, чувствовал за многие километры, что ей грозит опасность. Именно это чувство разбудило меня сейчас, буквально вырвало из сна, и тело среагировало моментально, откинув обидчика в сторону.

Еще вчера я знал, что силы дракона во мне нет, как нет больше истинной, нет Изабеллы. Она пропала вместе с силой дракона, вместе с магией, забрав и мое сердце. Это место заняла Исия, красивая и своевольная, полная противоположность покорной Изабелле. Это будоражило дракона, заставляло его рычать и требовать брать добычу каждый раз, когда видел ее.

Дракон пересиливал, поэтому выгнать Изабеллу не составило труда. Были мысли, что я делаю что-то неправильно, но я был убежден, что Изабелла находится в доме своей няни, и даже не думал о ней.

Конечно, когда болезнь сломила меня, я часто вспоминал ту, кто травила годами, кто говорила, что любит, а сама каждый раз по крупице забирала жизнь. Она все отрицала, но я не верил до последнего, пока Исия холодно и расчетливо не разложила передо мной все факты. Никто, кроме жены, не мог подойти ко мне настолько близко, чтобы пробить всю мою защиту. И я забывался в ее объятиях, забывал Изабеллу, забывал истинность, вырвав ее из своего сердца.

Сейчас, смотря на нее, повзрослевшую, ставшую совсем другой и чужой за эти годы, я не испытывал ничего. Лишь желание, чтобы она завершила свое дело, чтобы не заставила меня мучиться в этом кресле всю свою жизнь. Но как бы я ни старался, не мог вызвать у себя ту ненависть, на которую рассчитывал. Она изменилась. Стала мудрее, получила навыки, которые, казалось, могли помочь мне. Или я просто хотел поверить в это.

Я сидел в кресле, уставившись в окно, крепко сжимал подлокотники и пытался сдержать дракона. Нет, я не чувствовал его зов, но ощущал незримое присутствие чужой сущности внутри.

И это бесило. Два дня она в моем доме, а вокруг стало происходить столько событий, сколько за годы до нее не было. Но сегодня все изменилось. Я снова чувствовал злость и раздражение. Приезд Исии, которая притащила этого следователя и без моего согласия накатала заявление, сильно раздражал. А будущая комиссия и отлучение от армии злили.

Дверь комнаты открылась, и вошла Исия. Вальяжно покачивая бедрами, она подошла ко мне сзади, обняла за шею и поцеловала в щеку.

– Давно я не была здесь. Так много дел оказалось при дворе.

– Так много, что ты не знала о приезде комиссии? Могла бы предупредить, чтобы я хоть оделся посолиднее.